Учебно-методический центр

по аттестации научно-педагогических работников ВУЗов




Главная | Философия | Обществоведение | Книги | Учебники | Методики | История | Религия | Цели и задачи | Материалы

Три группы функций

Слово «функция» латинского происхождения, означает «круг деятельности». Обычно функцией называют часть, сторону, элемент, этап  любой социальной деятельности. Она выступает как совокупность действий человека (группы управленцев – профессионалов) для достижения необходимой подцели в рамках более широкой целенаправленной деятельности. Функции являются специфическими частями управленческой деятельности, которые в совокупности образуют социальное управление как таковое.

В составе социального управления можно выделить по меньшей мере три основные группы функций: информационные, технологические и организационные. В информационную группу входят пять основных функций: 1) социального познания, 2) социального оценивания, 3) социального запоминания, 4) социального целеполагания и 5) социального нормирования. В технологической группе вполне определенно выделяются три функции: 1) подготовки социальных управленческих решений, 2) принятия социальных управленческих решений, 3) выполнения социальных управленческих решений.

Поскольку технологические и организационные функции являются предметом рассмотрения других тем, то непосредственным предметом анализа данной темы будут лишь информационные функции социального управления.

В литературе нередко социальную информационную деятельность сводят только к познанию, т.е. получению знаний. Однако, это не соответствует реальному положению вещей. Социальная информационная деятельность включает не одно познание людей, но также их оценочную деятельность, запоминание целеполагание и нормирование. Кроме того, в современных условиях социальная информационная деятельность дифференцируется еще на два уровня – на обыденную и профессиональную управленческие деятельности. Основное различие между ними сводится к следующему:

1) обыденная управленческая деятельность осуществляется всеми людьми, тогда как профессиональная социальная обязанность специально подготовленных работников;

2) в обыденной управленческой деятельности обычно отсутствуют какие-либо специальные средства, тогда как в профессиональной они обязательно должны быть;

3) в отличие от обыденной профессиональная управленческая деятельность осуществляется, как правило, на теоретическом уровне и имеет соответствующие профессиональные информационные результаты, отличающиеся определенной завершенностью и достаточно высоким качеством.

Познавательная информационная функция составляет основу всей управленческой деятельности людей (социальных общностей). Для того, чтобы начать регулировать какой-либо процесс, взаимодействие предметов или социальных общностей, необходимо их вначале изучить, получить достоверные знания об их сущности и  особенностях. Познание есть идеальное воспроизведение людьми (социальными общностями) особенностей тех предметов и людей, с которыми они взаимодействует. В познании отражаются реальные свойства и связи внешнего и внутреннего мира, но лишь того, который уже есть, т.е. реально существует. Результатом познания являются знания. Они выступают субъективными копиями объективно существующих предметов или их свойств. Следовательно, функция социального познания заключается в сборе различных знаний об управляемых объектах, обобщении и систематизации этих знаний для выяснения состояния и дееспособности данных объектов.

Получение и накопление знаний, передача их от одних поколений к другим оказывают существенное влияние на характер общения людей, на согласование их действий в процессе труда и всего поведения в обществе. Другими словами, знания самым непосредственным образом участвуют в управлении человеческими делами. Поэтому в современном мире знания являются национальным богатством и величайшей социальной ценностью.

В процессе исторического развития познавательная деятельность претерпела глубокие изменения. Из управленческого элемента, вплетенного в повседневную жизнь людей, она превратилась в эпоху капитализма в особую отрасль профессиональной деятельности. В настоящее время познание осуществляется в двух основных формах – обыденного познания и профессионального научного познания.

Обыденное познание исторически сформировалось в процессе каждодневной или обыденной деятельности, в основе которой лежал труд, производство необходимых средств жизни. Здесь получение знаний еще не выделяется в самостоятельный вид социальной деятельности и основной целью познания является решение практических задач, с которыми люди сталкивались в процессе труда, отдыха, бытовой деятельности. На данном этапе получение знаний еще не отделилось от сферы их практического использования.

Результатом обыденного познания являются обыденные знания, существующие в виде разнообразных трудовых рецептов, суждений, пословиц и поговорок, в которых закрепляется опыт поколений людей. Именно в этих рецептах содержатся сведения о том, каким должно быть исходное состояние используемых орудий и предметов труда; каким должен быть конечный продукт; какие конкретные действия и в какой последовательности необходимо совершить. Знания, накопленные многими поколениями людей, использовались в социальном управлении, в орошении и осушении земель, в ремесленном производстве, в строительстве, в приручении и разведении животных, в народной медицине, в национальной кухне и т.д.

Научное познание (или наука) – отрасль профессиональной деятельности, основной целью которой является выработка и теоретическая систематизация объективных знаний о действительности. Как самостоятельная отрасль профессиональной деятельности оформилась в 17 – начале 18 в.в., когда в Европе были образованы первые научные общества, академии и началось издание научных журналов. Предмет научного познания – природа, общество и мышление. Оно отражает мир в понятиях, категориях, законах, истинность которых доказывается общественной практикой.

Характерная черта научного познания – строгая и неукоснительная доказательность всех положений, непринятие ничего на веру. Сила науки заключается в ее опоре на факты, в ее обобщениях, в том, что она случайным, единичным она находит необходимое, закономерное и на этой основе осуществляет предвидение, имеющее огромное практическое значение.

В условиях капитализма наука не только возникает, но и довольно скоро превращается в непосредственную производительную силу. Это означает, что здесь ни одно сколь-нибудь значительное социальное действие не осуществляется без предварительной научной проработки, без всестороннего научного изучения. Данное обстоятельство привело к тому, что с конца прошлого века многие государства, предпринимательские и коммерческие структуры стали создавать по ключевым для них проблемам научно-исследовательские институты и лаборатории с мощной технической базой.

В современных условиях в России основные проблемы социального управления решаются только с использованием науки. Подготовка практически любого федерального и большинства региональных законопроектов, других основных нормативных актов проводится с привлечением профессионалов – ученых, специализирующихся в конкретных областях научных исследований, а также высококвалифицированных практиков-упавленцев. Во всех федеральных министерствах и ведомствах созданы отделы науки, которые координируют научные исследования, проводимые отраслевыми и академическими институтами по заказам министерств и ведомств. Думается, что аналогичные отделы были бы уместны и в структурах руководителей исполнительной власти субъектов федерации.

Система научного обеспечения социального управления должна включать:

1) подготовку научных кадров;

2) создание в структурах государственных органов специализированных подразделений по  научному сопровождению государственного управления, а также

3) организацию специализированных информационных сетей и банков данных научной управленческой информации.

Познание, будучи исходной функцией социального управления, сопровождает осуществление всех других функций и этапов этого управления. Оценивание, запоминание, целеполагание и нормирование всегда протекают с участием познания, хотя каждое из них сохраняет свою специфику как особых функций социального управления.

Это малоисследованная в науке функция. Она состоит в выработке оптимальных оценок той или иной деятельности управляемых объектов, выявлении их значимости в данной системе социальных связей.

Оценивание есть сравнение оцениваемого объекта с потребностями оценивающего субъекта. Получив знания о предметах и процессах природы или общества, люди сразу же пытаются определить, что полезного для них содержится в этих предметах и процессах. В результате оценивания приоритет получают всегда, те предметы и процессы, которые несут какую-либо пользу или благо для людей. Следовательно, оценивание – это выражение интересов оценивающего субъекта в отношении к оцениваемому объекту.

В ходе оценивания определяющую роль играют два момента. Во-первых, природные или социальные свойства предмета или процесса. А, во-вторых, их значимость для деятельности людей, для удовлетворения их потребностей. Если в познании выясняется, что представляет собой данный предмет (процесс), то в оценивании задача состоит в том, чтобы выяснить его полезность для людей.

Социальные общности в своем оценивании выражают одобрение или неодобрение, принятие или непринятие данных предметов (процессов), или каких-либо их свойств. Оценивание всегда связано со сравнением предметов ( процессов) , их свойств между собой и выделением наиболее полезных для какой-либо деятельности. Сравнение – определяющий момент (операция) в процессе оценивания.

Как осуществляется данное сравнение? Оценочное сравнение производится путем сопоставления, сличения двух и более предметов (процессов) между собой и выделения одного из них. Обычно данное сравнение осуществляется по какому-нибудь социально значимому основанию или эквиваленту (лат., имеющему равную цену, значение, силу). В качестве таковых используются чаще всего три основания или три вида оценочных эквивалентов:

1) социальные нормы, которые в процессе оценки выступают как эквиваленты (например, законное и незаконное, справедливое и несправедливое, истинное и ложное, доброе и злое, прекрасное и безобразное и пр.;

2) другие соизмеримые предметы или однопорядковые процессы (например, «заниматься спортом лучше, чем проводить время в праздном безделье»; «книги приносят больше пользы, чем кинофильмы»; «федерация лучше конфедерации» и т.д.);

3) какие-либо оценочные символы (например, «природа словно мать», «мирская слава как полевая трава», «окрестности как на картинке» и др.).

Чем обусловливается выбор оценочного эквивалента? Он зависит, во-первых, от актуального интереса оценивающего субъекта, а, во-вторых, – от предшествующего опыта этого субъекта. Таким образом, оценивание – это деятельность по выяснению социальной ценности того или иного  предмета или поступка.

А что такое социальная ценность? Социальная ценность есть объективное свойство предмета (процесса), которое способно приносить людям пользу, какое-либо благо. Ценность проявляется, в основном, в трех вариантах: (1) как позитивная, если является предметом неудовлетворенной потребности людей (социальных общностей); (2) как негативная, если несет какую-либо угрозу предметам человеческих потребностей; (3) как нулевая, если удовлетворяет какие-либо потребности полностью,  без остатка.

Результатом оценивания является оценка. Она выступает как субъектное мнение о каком-либо объективно существующем предмете или свойстве этого предмета, т.е. о его ценности. Социальная оценка есть средство определения значимости вещи для деятельности людей, для удовлетворения их потребностей.

Стало быть, оценка есть проявление ценности в конкретной жизненной ситуации. Поэтому она (оценка) изменяется вслед за изменением жизненной ситуации. Одна и таже ценность в зависимости от жизненной конъюнктуры получает различные оценки. Ценности  объективны, оценки – субъективны. Ценности – общезначимы, оценки в своем большинстве имеют частное (партикулярное) значение. Особенности оценок: 1) это всегда мнения людей о чем-либо; 2) данные мнения носят обычно утилитарный характер; 3) они сопровождают все этапы социального управления.

Классификация оценок обусловливается, во-первых, их социальным содержанием, а, во-вторых, – уровнем социальной адекватности. По социальному содержанию различают оценки экономические, производственные, политические, правовые, моральные, художественные и др. В соответствии с социальной адекватностью выделяют оценки истинные, гипотетические и ложные. Истинные оценки характеризуют предметы (процессы) в соответствии с объективным характером их значимости. Гипотетические оценки – это предположительные, вероятностные заключения о ценности предметов (процессов). Ложные оценки формируют искаженное (превратное) мнение о ценности (полезности) тех или иных предметов (процессов).

Оценивание в настоящее время осуществляется в двух основных формах – обыденного оценивания и профессионального экспертного оценивая. Обыденное оценивание в своей массе выступает как общественное мнение, которое сейчас стремятся изучать не только ученые, но и политики с тем, чтобы использовать в своей политической борьбе.

Общественное мнение – это состояние сознания какой-либо социальной общности, выражающее ее отношение (скрытое или явное) к событиям и фактам социальной действительности. Оно возникает как продукт осознания назревших и требующих решения социальных проблем и проявляется в сопоставлении, а иногда и столкновении различных взглядов и позиций по обсуждаемому вопросу, в одобрении, поддержке или, наоборот, отрицании, осуждении тех или иных действий, поступков или линии поведения людей. Общественное мнение выражается обычно в различных оценочных суждениях о законности и незаконности, справедливости и несправедливости, моральности и аморальности и т.д. тех или иных действий людей. Субъектом общественного мнения являются любые социальные общности – от семьи, трудового коллектива до населения страны в целом.

Общественное мнение может формироваться стихийно (под влиянием жизненных обстоятельств) и сознательно (под влиянием СМИ). Сейчас правящие круги на различных уровнях и в различных сферах достаточно часто прибегают к манипулированию общественным мнением, что ведет к формированию искаженного, превратного общественного мнения. На основе ложного (неадекватного) общественного мнения вырабатываются ложные (неадекватные) социальные нормы, которые направляют социальную энергию людей на достижение ложных (нередко антиобщественных) целей. Поэтому формирование правильного, исторически прогрессивного общественного мнения всегда, в том числе и в настоящее время, является чрезвычайно важной и приоритетной задачей.

Профессиональное оценивание осуществляют профессионально подготовленные специалисты и эксперты. Данный уровень оценивания пока не вполне выделился в самостоятельную отрасль профессиональной деятельности. В стране не ведется подготовки оценщиков (аксиологов) – профессионалов. Оценочные (аксиологические) проблемы разрабатываются г лавным образом философами и социологами.

Вместе с тем, стихийно общество движется к осознанию и осмыслению исключительной важности оценочной (аксиологической) проблематики, что выражается в постепенном формировании социальной экспертизы    (лат.   expertus – опытный, профессиональное заключение о ч.-л.). Становится все более очевидным, что в социальном оценивании, помимо обыденного оценивания, необходимо высококвалифицированное экспертное оценивание, для которого нужны соответствующим образом подготовленные профессионалы. Пока в качестве профессионалов – экспертов выступают как практики, так и ученые.

В настоящее время социальная экспертиза осуществляется в четырех основных формах: служебной, правовой, экономической и научной. Служебная экспертиза проводится обычно по отраслям профессиональной деятельности. В государственном управлении – в виде согласования проектов нормативных актов с государственными органами, которые в соответствии с их компетенцией заинтересованы или как-либо связаны с решением вопросов, регулируемых издаваемым актом. Служебная экспертиза (согласование) может быть двух видов: внутренней и внешней.

Внутренняя служебная экспертиза проводится соответствующими структурными подразделениями органа, издающего нормативный акт. В зависимости от содержания этого акта она включает выяснение мнений:

1) функциональных, отраслевых и совещательных подразделений органа, издающего акт;

2) работников, должностные обязанности которых связаны с функциональной структурой данного органа управления (главных специалистов и т.д.);

3) заместителей руководителя коллегиального органа, заместителей министра или руководителя ведомства, ведающего вопросами, разрешаемыми в проекте нормативного акта;

4) правового отдела (управления);

5) главного (старшего) бухгалтера.

Внешняя служебная экспертиза осуществляется подчиненными и неподчиненными органами, имеющими непосредственное отношение к  вопросам, содержащимся в проекте акта. В этом случае выясняется мнение:

1) подчиненных и неподчиненных органов – в случаях, когда последние будут нести какие-либо обязанности вследствие издания нормативного акта, или в случаях, когда содержание этого акта затрагивает их непосредственные интересы;

2) органов вневедомственного государственного контроля в определенной области (санитарного, пожарного, экологического и др.);

3) вышестоящих органов общей или специальной компетенции, когда законодательством предусматривается возможность совершения тех или иных управленческих действий только с разрешения этих органов.

Формами выражения мнения (фиксированных оценок) по проекту согласуемого нормативного акта являются: 1) визирование проекта, применяемое при согласии с ним; 2) изложение в письменной форме замечаний при несогласии с проектом или отдельными его частями; 3) представление протокола обсуждения проекта нормативного акта на заседании коллегиального органа (при согласовании его с коллегиальным органом).

Служебная экспертиза или согласование имеет большое значение для обеспечения обоснованности проектов, учета множества различных ситуаций, возможных отрицательных и положительных факторов, обеспеченности материальными, денежными, трудовыми и др. ресурсами. При  этом расширяется и углубляется оценка проектов и их отдельных частей специалистами, компетентными органами, обогащается их содержание. Полезность согласования проектов определяется также выработкой новых социальных целей, более точных и всесторонних расчетов и т.д.

Однако, нельзя не учитывать и некоторых отрицательных последствий служебной экспертизы (согласования). Иногда она приобретает формальный характер и сводится лишь к получению «виз»; ее рамки в ряде случаев искусственно расширяются во времени и по кругу участников. В результате у работников, которым поручено подготовить проект нередко обнаруживается стремление снять или уменьшить вою ответственность за его качество, прикрыться коллективной ответственностью лиц, участвующих в этой работе.

Как соотносятся между собой социальное познание и социальное оценивание, знания и оценки? Нередко оценивание рассматривается как элемент познания, а оценки – как вид знания.[1] Однако это неправильно. Оценивание сходно с познанием лишь в одном – оба являются элементами социального отражения. А в остальном они различаются как по механизму, так и по результату. Оценки – это не знания, а утилитарные отношения людей к тем предметам, другим людям, с которыми они взаимодействуют.

Анализ этих функций также затрудняется незначительным количеством публикаций по данной проблеме. Вместе с  тем, названные функции играют исключительно важную роль в любой системе социального управления.

Функция социального запоминания включает выработку и использование социальных технологий накопления и сохранения необходимой социальной информации. Данную функцию можно назвать социальной памятью общества. В ее основе лежит социальный, и, прежде всего, государственный, документ. Социальный (государственный) документ – это деловая (служебная) бумага, подтверждающая какой-нибудь факт или право на что-нибудь, официальное письменное свидетельство о чем-нибудь. Документирование – это процесс составления какого-либо документа, а документооборот – социальное движение документов.

Стало быть чтобы свободно пользоваться поступающей к ним в процессе познания и оценивания информацией. Люди должны иметь возможность ее запомнить. Социальное запоминание – это форма сознательной (духовной) деятельности, посредством которой происходит накопление информации о мире в головах людей. Результатом социального запоминания является социальная память.

Социальная память есть способность социального сознания сохранять информацию о событиях внешнего мира и реакциях социального организма и многократно вводить ее в сферу управленческой деятельности. Без памяти невозможно нормальное существование ни человека, ни общества. В значительной мере благодаря своей качественно своеобразной памяти, ее многопорядковому превосходящему объему (в сравнении с памятью высших животных) люди смогли выделиться из животного мира и достигнуть того интеллектуального потенциала, которым в настоящее время располагают. Дальнейший прогресс человечества также во многом обуславливается совершенствованием мнемологической (лат. запоминающей) функции социального управления.

С точки зрения деятельностного метода память – это форма накопленной деятельности, свойственная управленческой деятельности. В памяти люди сохраняют большую часть той информации, которая проходит через их головы. Реально память выступает как совокупность полученной прежде информации, сохраняющейся и использующейся в человеческой деятельности. Структурно в составе социальной памяти можно выделить четыре основные подфункции: сохранение, забывание, узнавание и воспроизведение.

Нередко в состав памяти включают еще социальное запоминание. Но это равносильно тому, как если бы в состав знаний включали познание, а в состав оценок – оценивание. Как знание – результат познания, оценки – результат оценивания, так память есть результат запоминания. Стало быть, запоминание – это не память, но лишь та функция управления, которая производит память как таковую.

Итак, социальная память является результатом социального запоминания. Также как и другие информационные функции социального управления социальное запоминание осуществляется в обыденной и профессиональной формах. Обыденное запоминание сопровождает обыденную (повседневную, текущую) деятельность людей, а профессиональное запоминание является функцией особых профессионалов – архивариусов (архивных работников), библиотекарей, музейных работников, операторов-программистов и др. Их усилиями создаются различные организации профессионального запоминания, а, следовательно и профессиональной памяти, услугами которых могут пользоваться в основном профессионалы других отраслей управленческой деятельности: ученые, эксперты, прогнозисты, юристы и др.

Следовательно, по сравнению с обыденным профессиональное запоминание образует особую отрасль профессиональной деятельности людей. В настоящее время в России ведется подготовка специалистов для этой отрасли в архивных и библиотечных институтах, на исторических факультетах университетов, в институтах электронной техники. Недостатком проводимой здесь работы является то, что выпускники данных учебных заведений мало ориентируются на участие в управленческой деятельности. Их подготовка в значительной мере носит абстрактный и отвлеченный характер. Вместе с тем, для работников архивов, библиотек, музеев, компьютерных банков данных самой приоритетной должна быть задача по сохранению и выдаче необходимой информации прежде всего для целей социального управления.

К числу основных информационных функцией социального управления относится также социальное целеполагание. Данная функция формируется обычно на базе трех уже рассмотренных функций – социального познания, социального оценивания и социального запоминания. После того, как предмет (процесс) познан и оценен с точки зрения его полезности для людей, всегда, и вполне естественно, возникает вопрос о возможности его использования на практике. Социальное целеполагание есть интеллектуальная деятельность людей по выработке целей своей деятельности. Под социальной целью обычно понимается желаемое состояние системы, отличное от существующего; это осознанный образ потребного результата деятельности, Следовательно, в процессе целеполагания происходит выработка идеального «образа потребного будущего» (Н.А.Бернштейн), в котором найдут применение полезные свойства изученного и оцененного предмета (процесса).

Функция социального целеполагания заключается в выработке профессиональными управляющими (или учеными) социального прогноза (предвидения) для формирования оптимальной цели при решении какой-либо актуальной социальной проблемы.

Каков смысл и назначение социального целеполагания? Выработанная социальная цель как осознанный образ будущего результата деятельности обычно приобретает побудительную силу. Она выступает как определенный механизм интеграции различных социальных действий в систему, ориентированную на достижение этой социальной цели. Поэтому социальное целеполагание – это выработка сущностного проекта деятельности, определяющего характер и системную упорядоченность различных конкретных социальных актов и операций.

Поскольку потребности людей многообразны, то многообразны и вырабатываемые ими социальные цели. Последние можно классифицировать по четырем основаниям: 1) по социальному содержанию различают цели экономические, производственные, политические, религиозные, научные, управленческие и др.; 2) по времени действия – стратегические (долгосрочные), тактические (среднесрочные), оперативные (краткосрочные);  3) по характеру – общие, частные; 4) по уровню социальной адекватности – истинные, гипотетические, ложные.

В процессе целеполагания приходится иметь дело с «веером целей» и «деревом целей». Что это такое? «Веер целей» – это набор альтернативных целей деятельности, которые разрабатываются на основе приоритетных вариантов решения какой-либо социальной проблемы. Они располагаются одна возле другой («веером»), конкурируя между собой за право стать приоритетной. Данный веер возможных целей деятельности оценивается с тем, чтобы выбрать из них наиболее приоритетные. Именно на основе приоритетных целей (а это тоже «веер целей», но сокращенный, урезанный) вырабатываются возможные проекты нормативных актов. «Дерево целей» есть система соподчиненных целей деятельности, вырабатываемых для практической реализации принятого нормативного акта. Здесь цели располагаются одна вслед за другой, фиксируя основные этапы, стадии, фазы в процессе достижения главной цели, сформулированной в данном нормативном акте.

Социальное целеполагание – сложная управленческая деятельность, в которой можно выделить две основные стадии: 1) выработка социального предвидения (предсказания) и 2) выработка на основе данного предвидения определенной социальной цели. Социальное предвидение – это предположение о том, что должно произойти, наступить. Любая социальная цель формируется лишь на основе социального предвидения. Категория цели настолько близка понятию предвидения, что их нередко отождествляют. Основное различие между предвидением и целью заключается в том, что социальное предвидение дает образ (или образы) возможного будущего, тогда как социальная цель – образ желаемого, потребного будущего. Из различных вариантов предполагаемого развития событий люди выбирают те, которые сулят (обещают) наибольшее социальное благо. Поэтому некоторые предвидения не становятся основой для выработки целей.

Поскольку цель формируется на основе предвидения, то все положительные и отрицательные свойства последнего самым непосредственным образом сказываются на качестве вырабатываемой на его  основе цели. Если предвидение оказывается ложным, то и соответствующая цель оказывается ложной. Здесь достаточно вспомнить наше недавнее прошлое, когда на основе ложного предвидения была поставлена ложная и явно невыполнимая цель – построить в отдельно взятой стране коммунизм к 1980 г. Качество предвидения напрямую зависит от качества знаний и оценок, на основе которых вырабатывается предвидение.

В современных условиях предвидение осуществляется в двух основных формах – обыденного предвидения и профессионального научного предвидения. В обыденном предвидении преобладают элементы стихийного, интуитивного, опирающиеся на повседневные знания и опыт. Чем эти повседневные знания и опыт больше, тем больше вероятность удачного предвидения, когда оно совпадает с реальным ходом дальнейших событий.

Поэтому обыденное предвидение, как правило, не использует особых методов построения конкретного предвидения.

Научное предвидение обычно определяют как предположение о ненаблюдаемых (неизвестных) предметах (процессах) прошлого и настоящего, а также о возможных явлениях будущего, выдвигаемое на основе сформулированных теорий, законов, гипотез.[1] Во многих случаях оно предусматривает большую исследовательскую работу, в том числе и экспериментальную, но само его непосредственное осуществление выглядит как логический вывод, умозаключение главным образом от прошлого к будущему.


[1] Виноградов В.П., Гончарук С.И. Законы общества и научное предвидение. – М., 1972, с.17.

Логический вывод о предполагаемых событиях становится возможным именно благодаря предсказательным функциям научных теорий, законов, гипотез. Последние в силу своей природы обладают свойством всеобщности (универсальности), что позволяет выявлять характерные тенденции развития какого-либо предмета (процесса) в будущем. Опираясь на знания об этих тенденциях, их оценках обычно и  формулируется умозаключение о том, что может произойти в дальнейшем.

Научное предвидение получило в ХХ в. Название «научного прогнозирования» (от гр.prognosis – предвидение, предсказание), а науку о научном прогнозировании стали называть «прогностикой». Думается, в связи с этим, что в обществе всю деятельность по выработке предвидений (предсказаний) можно назвать социальным прогнозированием, которое структурно будет включать две составные части – обыденное прогнозирование и научное прогнозирование.

Научное прогнозирование осуществляется профессионалами – прогнозистами, т.е. учеными (научными работниками), специализирующимися на прогнозировании предполагаемых событий и изменений в узких, хорошо им известных, областях природной и социальной действительности. К сожалению, у нас пока не ведется специальной подготовки ученых – прогнозистов. Таковыми становятся некоторые ученые стихийно, в силу особого склада ума, сами по себе. Результатом научного прогнозирования являются научные прогнозы, которые используются при выработке социальных целей.

Каково место прогнозирования в структуре социального управления? В литературе почему-то чаще всего рассматривается вопрос о соотношении прогноза с планом. Видимо, что было связано с прошлой практикой составления пятилетних и др. планов, разработать которые без предварительных прогнозов было явно невозможно. При этом, одни авторы считают, что прогнозирование – это разработки, предшествующие планированию. Другие – что это этап, следующий за планированием, охватывающий время более далекого будущего, которое непосредственному планированию не поддается. Третьи противопоставляют прогнозирование как подход  к стихийным, неуправляемым процессам природы или общества, планированию как способу регулирования управляемых социальных процессов.[1]

Думается, однако, что все эти утверждения одинаково неверны. Прогнозирование напрямую с планированием не связано. Между ними существует только опосредованная связь. В качестве посредствующих звеньев выступают цель и норма. Только после выработки и принятия цели и нормы возникает вопрос о плане реализации (выполнении) этой нормы. Поэтому прогнозирование непосредственно предназначено только для одного – выработки на его основе социально значимой цели. Прогноз – это база и основа для формулирования цели.

Каков механизм выработки цели? Очевидно, что он опирается на познание, оценивание, запоминание и нормирование. И действительно,  прогнозирование вырабатывает возможные варианты наступления тех или иных событий. Задача состоит в том, чтобы эти варианты изучить, оценить, выбрать из них наиболее приемлемые (желаемые, потребные) и закрепить их в качестве приоритетных целей при решении той или иной социальной проблемы. Когда будет приниматься людьми социальное решение (норма), одна из этих приоритетных целей станет главной, определяющей сущность и основное содержание данного решения.


[1] Бестужев-Лада И.В. Окно в будущее. Современные проблемы социального прогнозирования. – М, 1970, с. 22.

 

Нередко роль цели в процессе управления преувеличивается, она рассматривается в качестве главного регулятивного фактора. В результате управление сводится к двум основным этапам – «целеполаганию» (выработке цели) и «целеосуществлению» ( выработке и использованию средств ее реализации)[1]. Однако, подобная трактовка места цели, совершенно очевидно, расходится с реальным процессом управления.

Поскольку цель концентрирует в себе актуальную потребность, она определяет способ и характер деятельности людей, но, по большей части, не непосредственно, а через социальное управленческое решение, в которое включается в качестве главного элемента. Цель – это идеальное предвосхищение результата деятельности, выступающее мобилизующим фактором в процессе решения конкретной проблемы прежде всего в тех случаях, если она становится частью соответствующих нормативных актов, а также и тогда, когда рекомендуется в качестве приоритетной цели.

Следовательно, по роли в составе управленческой деятельности цель проявляет себя двояко: во-первых, она является основой для выработки и принятия основного регулятора деятельности – нормы, а, во-вторых, и сама непосредственно служит некоторым регулятором этой деятельности. Как только цель вырабатывается и попадает после оценки в число приоритетных, она начинает регулировать деятельность людей как фактор, который может приобрести обязательный, т.е. нормативный характер.

Как соотносятся между собой цель и средства ее осуществления? На практике, в своем большинстве, опираясь на здравый смысл,  люди достаточно правильно решают данный вопрос, а именно – они считают , что цель должна определять не только содержание предстоящей деятельности, но и ее средства. Какая ставится цель, такие должны использоваться и средства. Другими словами, если ставится гуманная и благородная цель, то и средства должны использоваться гуманные и благородные. С другой стороны, очевидно, что разбойные и низменные цели нельзя осуществить гуманными и благородными средствами.


[1] Украинцев Б.С. Самоуправляемые системы  и причинность. – М., 1972, с. 177.

 

Пятой основной информационной функцией социального управления является социальное нормирование. Она связана с выработкой и принятием моральных и правовых норм для решения назревшей социальной проблемы. После того как предмет (процесс) познан, оценен и выработана цель как его использовать в интересах людей, вполне естественно, необходимо принять решение о путях и средствах достижения (выполнения) данной цели. Сущность всякого решения составляет управленческая деятельность по выработке и выбору оптимальной нормы предстоящей должной деятельности, т.е. нормирование.

Социальное нормирование – это процесс выработки устойчивых стандартов и правил, с помощью которых регулируется (упорядочивается) деятельность людей. Посредством социального нормирования подготавливается система регламентированных требований, которые предъявляются в конкретном периоде к условиям и процессам жизнедеятельности людей.

Результатом социального нормирования являются социальные нормы. Норма (лат. Руководящее правило, образец) есть правило, типичный уровень требований к тем или иным сферам, отраслям, участкам человеческой деятельности. Это регулятор социальных взаимодействий различных социальных групп и их членов.

Понятие «норма» является сравнительно устоявшимся по содержанию.  И потому даваемые ему в различных источниках определения имеют лишь незначительные различия. Социальное нормирование необходимо людям для регуляции их совместной деятельности. При этом, нормы играют роль своеобразных мер обязательных и допустимых типичных вариантов поведения, способствующих сохранению социальной общности людей как некоторой целостности. Представление о нормах можно получить из таких примеров как правила внутреннего распорядка того или иного предприятия (учреждения),  установленная длительность рабочего времени, оптимальные режимы труда и отдыха и т.д.

По сравнению со знаниями, оценками целями и памятью нормы обладают наибольшей силой влияния на регулирование человеческой деятельности. Возможно поэтому некоторые авторы наделяют нормы материальным характером. Например, Е.А.Мушкин утверждает: «Органы и нормы управления являются орудиями, материальными средствами управления».[1] Если «органы управления» действительно в совей большинстве выступают как материальные по своей природе, то о «нормах управления» этого сказать никак нельзя. Нормы являются продуктом сознательной (духовной) деятельности людей и имеют всецело духовный характер.


[1] Мушкин Е.А. Государство и право – исторические разновидности органов и норм управления. – Л., 1969, с. 16.

 

Особенности социальных норм: 1) они носят общий характер для всех членов данной социальной общности; 2) выражают существенные и необходимые связи и отношения в данной общности; 3) имеют деонтический (должный) характер для всех членов общности.

Классификация норм может быть проведена по трем основаниям: 1) по социальному содержанию, 2) по силе и характеру социального воздействия, 3) по уровню социальной адекватности. По социальному содержанию различают нормы производственные, экономические, технологические, политические, художественные, религиозные, педагогические и др. По силе и характеру социального воздействия все нормы делят на юридические (правовые), устанавливаемые или санкционируемые государственными органами; гражданские, устанавливаемые и поддерживаемые органами управления гражданского общества; моральные (нравственные), поддерживаемые силою общественного мнения.

По уровню социальной адекватности нормы дифференцируют на истинные и ложные. Истинными нормами обычно называют те, которые соответствуют (адекватны) реальной действительности и подтверждаются общественной практикой. Они эффективно регулируют человеческую деятельность и способствуют укреплению породившей их социальной системы. Ложные нормы, напротив, не соответствуют действительным связям и отношениям, а потому дезорганизуют человеческую деятельность и разрушают ту социальную систему, которая их продуцировала.

Как соотносятся между собой в процессе управления социальные цели и социальные нормы? В.Д.Плахов предлагает четыре варианта ответа на данный вопрос:»1) социальные нормы выступают в качестве цели управления…; 2) сложная цель, или «дерево целей», содержит в себе в качестве составного компонента те или иные нормообразования…; 3) цели управления нормооформлены…; 4) цель управления детерминирована социальными нормами либо частично, с какой-нибудь стороны».[1] Думается, что ни один из предложенных вариантов ответа не может быть принят из-за их расхождений с общепринятой технологией социального управления.

И действительно, социальное управление всегда конкретно. Оно охватывает лишь определенный сегмент (часть) социальной деятельности, в определенных условиях и в определенное время. Если же берется конкретная управленческая деятельность, то она с необходимостью распадается на пять вышеперечисленных функций, которые осуществляются в довольно строгой последовательности. Уже было показано, что сначала выполняется познание. Затем на его основе проводится оценивание. Знания и оценки запоминаются. На базе последних осуществляется целеполагание. И только на основе выработанных и отобранных в качестве приоритетных целей проводитя нормирование.


[1] Плахов В.Д. Социальные нормы: философские основания общей теории. – М., 1985, с.203.

 

Поэтому в конкретном социальном управлении, во-первых, социальная норма никогда не может быть «целью управления», так как она всегда составляет сущность социального управления; во-вторых, «дерево целей» не содержит в своем составе «тех или иных нормообразований», а складывается («выращивается») из соподчиненных целей и подцелей; в-третьих, не все цели управления «нормооформлены», некоторые из них довольно длительное время выполняют регулятивную роль в качестве приоритетных целей; в-четвертых, цель ни в какой своей части не детерминируется нормой, так как обе они детерминируются (обусловливаются) социальной проблемой. При этом, снова повторим, что все функции  социального управления оказывают регулятивное воздействие на деятельность социальных общностей не только в своей совокупности, но и каждая сама по себе. Конечно, сила и характер регулятивного воздействия различных функций различны, но они присущи каждой из них.

В литературе иногда делаются попытки систематизировать и как-то классифицировать «социальные регуляторы». При этом, все они делятся на две группы: «нормативные» и «ненормативные». В состав нормативных регуляторов включаются «правовой, моральный, юридико-технический, нормативно-технический, групповой (нормы организаций и объединений), обычаи, иные». Среди ненормативных называются «ценностный, директивный, информационный, иные»[1]. Очевидным недостатком предложенной классификации «социальных регуляторов» является отсутствие надежных объективных оснований (критериев) для межгруппового и внутригруппового деления. Вряд ли можно признать удачным, что для межгруппового деления в качестве основания берутся социальные нормы. А почему для этого не использовать функции социального управления? Почему внутри нормативной группы выделяются как самостоятельные «правовой» и «юридико-технический» регуляторы? Ведь понятия «правовой» и «юридический» – это понятия синонимы. Точно также некорректным является дифференциация регуляторов на «моральный» и «обычай», так как обычаи – это в большинстве случаев элемент морали и т.д.

Методологически более весомые эвристические возможности при анализе нормирования дает деятельностный подход. Если же рассматривать нормирование в качестве особой части социальной деятельности, то в ней также как и в других частях управленческой деятельности, можно выделить два основных уровня – обыденное нормирование и профессиональное правовое нормирование.


[1] Венгеров А.Б., Барабашева Н.С. Нормативная система и эффективность общественного производства. – М., 1985, с.21.

 

Обыденное нормирование осуществляется всеми людьми в процессе их повседневной деятельности. Ни одна социальная общность не может начать свою деятельность не выработав и не приняв некоторого количества регулятивных социальных норм. При этом, особое значение всегда имеют нормы трудовой деятельности, поскольку все остальные так или иначе складываются на их основе. Обыденные нормы чрезвычайно разнообразны по своему составу. Сюда входят нормы так называемого «обычного права» (неписанные нормы социального взаимодействия), традиции, обычаи, нравы, привычки, пословицы, поговорки и т.д. Обыденное нормирование – это сфера действия морали.

Мораль, как известно, есть совокупность стихийно сформировавшихся норм и правил, деятельности людей  которые поддерживаются силой общественного мнения. Моральные требования обычно принимают форму безличного долженствования, равно обращенного ко всем, но ни от кого конкретно не исходящего. Эти требования имеют относительно устойчивый характер. Они не локализуются в какой-то одной, ясно очерченной сфере деятельности, а регулируют человеческие отношения в любой сфере – на производстве, в быту, учебе, проведении досуга. Нормы морали, будучи универсальными по сфере действия, вместе с тем  глубоко индивидуальны по своему конкретному содержанию. Императивы (поведения) морали опираются на особые психологические механизмы, неизвестные другим способам освоения мира, а именно – на совесть и долг.

Совесть – это способность личности осуществлять моральный самоконтроль, самостоятельно формулировать для себя нравственные обязанности, требовать от себя их выполнения и производить самооценку совершаемых поступков. Совесть повелевает человеку быть честным, выполнять свои обязанности не в ущерб другим людям, сохранять честь и достоинство. Долг требует от человека следовать добру и сопротивляться злу, обеспечивает необходимое отношение личности к обществу, превращение требований морали в личную задачу данного конкретного лица. С помощью этих и подобных им механизмов морального сознания каждому человеку удается в обыденной жизни правильно ориентироваться в обстановке, уметь в самых различных ситуациях согласовывать свое поведение с избранной им системой социальных норм.

Любое социальное взаимодействие, даже между двумя индивидами (скажем, между мужем и женой в семье), с необходимостью требует введения социальных норм.

Действенность (эффективность) обыденных норм обеспечивается, в основном, силой общественного мнения. Здесь прямо пропорциональная зависимость – чем сильнее общественное мнение, тем выше действенность (эффективность) обыденных норм. Выполнение человеком моральных требований контролируется всеми, причем его моральный авторитет не связан с какими-либо официальными полномочиями.

Обыденное нормирование в значительной мере отличается конвенциональным и ситуационным характером. Оно достигается путем всякого рода соглашений между участниками в зависимости от специфики той или иной жизненной ситуации.

Профессиональное правовое нормирование – это выработка и принятие системы обязательных для всего общества норм и правил поведения, охраняемых силой государства. Правовое нормирование осуществляется государственными органами с помощью профессионалов-юристов (правовиков, правоведов). Это сфера действия права.

Право представляет собой систему общеобязательных государственных норм, регулирующих социальную деятельность. Связь права с государством не следует понимать так, что первое есть продукт свободной воли последнего. Право всегда, прежде всего, обуславливается экономическим строем общества и его социально-политической структурой. Но государство обычно играет определяющую роль в формировании той или иной системы права, так как без него социальные нормы не могут получить правового (юридического) характера. Только прохождение социальных норм через государственные структуры делает их нормами права.

Характерные признаки права: 1) его нормы устанавливаются компетентными государственными органами, которые либо издают новые нормы, либо санкционируют в качестве правовых другие социальные нормы (например, уставы общественных организаций); 2) его реализация обеспечивается мерами государственного принуждения, к нарушителям правопорядка соответствующие государственные органы могут применять юридические санкции, предусмотренные нормами действующего права.

Поскольку право нормирует все основные сферы жизнедеятельности людей, то они дифференцируется на различные отрасли: конституционное право, административное право, трудовое право, гражданское право, уголовное право, международное право и др. Кроме того, по способам воздействия на людей правовые нормы делят на три группы: обязывающие, запрещающие и уполномачивающие.

Обязывающие нормы в категорической форме предписывают тот или иной вид положительного поведения, указывают, как надо поступать. Запрещающие нормы, наоборот, предписывают воздерживаться от определенных действий, указывают, как не надо поступать. А уполномачивающие нормы представляют субъектам правоотношений возможность выбора варианта поведения, свободного распоряжения своими правами.

Каждая правовая норма имеет определенную внутреннюю структуру. В ней условно различают три элемента: гипотезу, диспозицию, санкцию.[1] Гипотеза определяет условия, при которых может применяться данная норма. В диспозиции излагается поведение, которое требуется от участников правовых отношений, их права и обязанности. В санкции указываются те меры воздействия, которые применяются государственными органами к лицам, не исполняющим требования правовой нормы.

Правовые нормы всегда получают письменное выражение в различных государственных решениях, которые называются нормативными актами. Последними оформляется установление, изменение или отмена правовых норм. Определяющую роль среди нормативных актов имеют законы, принимаемые законодательной властью. Нормативные акты, принимаемые исполнительной властью для исполнения законов, обычно называют подзаконными актами.

Контрольные вопросы:

1.  Что такое управленческая функция? Каковы основные функции социального управления?

2.  Охарактеризуйте познавательную функцию социального управления.

3.  Проведите анализ оценочной функции социального управления.

4.  Определите сущность и особенности функции социального запоминания. Как соотносятся между собой социальное запоминание и социальная память?

5.  Какова роль функции социального целеполагания? Как соотносятся предвидение и цель, обыденное предвидение и научное прогнозирование?

6.  В чем специфика нормативной функции социального управления? Какую классификацию социальных норм Вы можете предложить? В чем различие между обыденным и профессиональным нормированием, между моралью и правом?

7.  Как соотносятся между собой знания, оценки, память, цели и нормы? В чем их единство и различие?

Литература:

Бестужев-Лада И.В. Окно в будущее. Современные проблемы социального прогнозирования. – М., 1970.

Бестужев-Лада И.В. Прогнозное обоснование социальных нововведений. – М., 1993.

Бобнева М.И. Социальные нормы и регуляция поведения. – М., 1978.

Брожик В. Марксистская теория оценки. – М., 1982.

Венгеров А.Б., Барабашева Н.С. Нормативная система и эффективность общественного производства. – М., 1985.

Герасимов И.Г. Структура научного исследования (Философский анализ познавательной деятельности в науке). – М., 1985.

Граждан В.Д. Государственная служба как профессиональная деятельность. – Воронеж, 1997.

Граждан В.Д. Деятельностная теория управления. Учебное пособие по спецкурсу. – М., 1997.

Казакевич Т.А. Целесообразность и цель в общественном развитии. – Л., 1969.

Колеватов В.А. Социальная память и познание. – М., 1984.

Коршунов А.М., Мантатов В.В.Диалектика социального познания. – М., 1988.

Немов Р.С. Психология. Учебник. Кн. 1. – М., 1994.

Общая теория управления. Курс лекций. – М., 1994.

Плахов В.Д. Социальные нормы. Философские основания общей теории. – М., 1985.

Роговин М.С. Философские проблемы теории памяти. – М., 1966.

Слепенков И.М., Аверин Ю.П. Основы социального управления. – М., 1990.

Хофман И. Активная память. Экспериментальные исследования и теории человеческой памяти. – М., 1986.


[1] Понятия «гипотеза» и диспозиция» используются здесь не в общеупотребляемом смысле, а только в специфически-правовом.

Состояние обществознания, прежде всего – экономической науки, права, общей теории управления, теории государственной службы, и невостребование даже того, что они могут дать сегодня, приводят к парадоксальной ситуации: хотя в России «идут поиски собственной модели общественного и государственного развития с учетом ее особенностей, традиций, места в сообществе народов мира, а также на основе творческого использования опыта других стран»[1], в стране нет стратегической программы, получившей национальную поддержку. Разработанная Правительством Российской Федерации система мер по выходу из кризиса по общей оценке не стала стратегической программой. Между тем и общая теория систем свидетельствует о том, что поиск разумного баланса между функционированием и развитием, качественным обновлением сложных систем (с чем столкнулась Россия в переходный период) с необходимостью приводит к стратегическому и ситуационному управлению. Именно стратегическое управление по сути своей ориентировано на будущее, на достижение общесистемных перспективных целей, а ситуационное управление обеспечивает надежную реализацию стратегии.

В качестве крупнейшего недостатка государственной службы, как и кадровой политики, Президентом РФ отмечалось отсутствие системности, последовательности, а главное – стратегического видения. Каково будущее организации государственной службы России? И может ли быть стратегия в государственной службе, если государственная служба является лишь обслуживающим механизмом?

Считаем целесообразным поставить на обсуждение две проблемы, которые станут основными в лекции:

  1. Стратегическое управление.
  2. Смысловые и технологические проблемы ситуационного управления.

[1] Государственное управление и развитие. Национальный доклад к 50-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН. – М., 1995. – С. 4.

Осмысление стратегического подхода к социальному управлению будет, на наш взгляд, более плодотворным, если извлечь некоторые уроки из истории стратегического менеджмента.

Стратегический менеджмент 90-х годов выступает как одна из новейших систем управления стратегическими проблемами, способ удовлетворения стратегических потребностей в ситуации возрастающей открытости социальной системы. Его значение возрастает в условиях общего кризиса государственной службы, кризисных явлений в предпринимательстве, с чем связано появление феномена, названного антикризисным менеджментом.

Логика возникновения и развития стратегического менеджмента связана с эволюцией систем управления, появлением больших сверхсложных социально-технических систем, а в последнее время – с усилением внимания к социобиотехносфере.

В пятидесятых годах как реакция на быстрый рост, размеры и сложности в управлении производством, сфере обслуживания, других сферах возникла управленческая система «Долгосрочное планирование». Для нашей страны весьма существенным является опыт планирования в масштабе пятилеток, являющийся определенным вкладом в систему «Долгосрочное планирование». Долгосрочное планирование, как правило, осуществлялось на основе экстраполяции сложившихся тенденций роста.

В шестидесятых годах была создана более адекватная новым обстоятельствам управленческая система «Стратегическое планирование». Создание стратегического планирования обычно связывают с именем Р.Макнамары, реорганизовавшего оборону Соединенных Штатов Америки (система ППБ: планирование, программирование, бюджет), с деятельностью Америкен Телеграф энд Телефон Компани (АТТ), Дженерал Дайнемикс (самолетостроение, ракеты), Мартин-Мариетта (ракетно-космическая компания), некоторыми другими компаниями. Опыт стратегического планирования в государственном масштабе нашей страны также неоценим.

В системе стратегического планирования экстраполяция была замененена стратегическим анализом, выбором стратегических позиций. Характерным для этой системы стал анализ перспектив, не обязательно лучших; позиций в конкурентной борьбе; путей диверсификации, т.е. переориентации на более разнообразные виды деятельности.

Стратегический план, к примеру, американской компьютерной компании ИБМ включает в себя, по-существу, три плана: базовый план (первоначальный); целевой план (выход за пределы первоначального); проблемный план, сопряженный с риском, с расчетом на непредвиденные обстоятельства.

Определенной особенностью отличается стратегическое планирование Франции, где оно разрабатывалось как индикативное планирование в четыре этапа: прогнозный (определение основных тенденций экономического развития на длительный период и будущих поворотов и «разрывов»); разработка стратегической концепции по использованию и развитию ресурсов и общему росту экономики; разработка среднесрочных планов (установление конкретных целей хозяйства на 4-5 лет и средств их достижения); разработка конкретных «адресных» программ на 1-2 года. По мере развития рынка в этой стране отпала необходимость среднесрочных планов и краткосрочных программ, но по-прежнему разрабатываются прогнозы и реализуются стратегические концепции развития народного хозяйства. Кроме того, в рамках существующей государственной собственности осуществляется стратегическое планирование в таких крупных государственных корпорациях, как «Газ Франции», «Электричество Франции».

При всех несомненных достоинствах стратегического планирования его нельзя идеализировать. Организация может стать заложником решений, принимаемых где-то наверху. Инициативы при стратегическом планировании поддерживаются лишь на этапе мыслительной работы, а не на этапе действий. Стратегия чаще всего оказывалась привилегией высшего руководства (Б.Карлоф).

В семидесятые годы стратегическое планирование становится частью более совершенной системы «Стратегическое управление».

Отдавая должное той роли, которую сыграли отдельные фирмы и корпорации в становлении системы стратегического управления, следует сразу подчеркнуть, что стратегическое управление не является исключительной прерогативой фирм и корпораций, входит в естественную ткань государственной службы.

Ретроспективный анализ концептуального и технологического оформления стратегического управления позволяет связать его «рождение» с реализацией сложных государственных программ в ряде стран (и проектов с участием нескольких стран), с проектированием больших технических систем. Вспомним хотя бы:

  1. США («Манхеттенский проект» – создание атомной бомбы, программы «Поларис», «Трайдент», «Спейс-Шаттл», «Челленджер» …;
  2. Советский Союз (создание атомного и водородного оружия, программы «Восток», «Восход», «Союз», «Буран» …);
  3. Франция – Англия (программа «Конкорд»).

Предварительно отметим, что стратегическое управление есть стратегическое планирование, обогащенное стратегическим прогнозированием, проектированием и программированием, плюс стратегическое действие. Центр тяжести переносится в сферу реализации стратегии, под которой понимается обобщенная модель мышления и действий в условиях динамичного изменения внешней среды, связанная с выбором приоритетов, альтернатив, предпочтений, созданием потенциала будущего. Стратегическое управление осуществляется на основе ранжирования стратегических задач; смены организационных возможностей; с учетом стратегических неожиданностей,  отсюда – система чрезвычайных мер;  это – управление по сильным и управление по слабым сигналам.

Стратегическое управление предполагает определенный отход от технократического рационализма,  от изначального убеждения в том,  что успех организации определяется прежде всего факторами внутренней среды. При традиционном подходе организация рассматривается как «закрытая система», ее цели и задачи считаются заданными и остаются,  как и условия деятельности,  достаточно стабильными в течение длительного периода времени. К примеру, московские правительственные структуры можно рассматривать как «достаточно гибкие, но все-таки информационно закрытые общественные институты, мало заинтересованные в гласности, проводящие политику дозированного информирования»[1].


[1] См. об этом: Государственная служба и средства массовой информации. – М., 1996. – № 5. – С. 25.

 

В механизмах управления при этом решающее значение имеют исполнительность и контроль.

Технократ ориентируется на критерии технической или экономической рациональности, не учитывающей человеческие ценности и возможности. «Традиционно руководство компаний стремится минимизировать риск, что служит надежной тактикой в средне и краткосрочной перспективе, – подчеркивает Б.Карлоф, – но, заглядывая далеко вперед, скажем, что подобный подход – это дорога в пропасть, так как он неизбежно ведет к сокращению масштабов деятельности»[1].

В «философии» стратегического менеджмента организация рассматривается как «открытая система». Главные предпосылки успеха отыскиваются не внутри, а вне ее. Следовательно, стратегическое мышление – это парадоксальное мышление, получающее все более широкую поддержку, поскольку опыт показывает его более высокую эффективность в условиях быстрых перемен, когда уровень предсказуемости весьма низок.

Объективности ради заметим, что при функционировании системы стратегического управления может произойти усиление негативных последствий ошибок стратегического предвидения, особенно для организаций, осуществляющих «безальтернативный путь».

Поскольку государственное управление является несущим стержнем социального управления, представим алгоритм стратегического подхода к государственной службе, отталкиваясь от идей О.С.Виханского. (См. схему 1).

Обозначим основные характеристики данного алгоритма.

Анализ государственных задач и среды государственной службы выступает прежде всего как анализ будущего. Управлять – значит предвидеть, то есть подготавливать будущее (А.Файоль). Эволюция функций государства может означать появление нового качества, нового типа государства. Об этом, по существу, идет речь в Посланиях Президента Российской Федерации Федеральному собранию[2]. Об этом свидетельствует также Указ Президента РФ «О концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию», подготовленный Правительством РФ[3]. Последовательный переход к устойчивому развитию может обеспечить сбалансированное решение социально-экономических задач и проблем сохранения благоприятной окружающей среды и природно-ресурсного потенциала в целях удовлетворения потребностей нынешнего и будущих поколений людей. Государственная служба, в связи с этим, очевидно будет претерпевать существенные изменения, ибо ее роль в решении подобных проблем постоянно возрастает. Проблема в том, как вписать в принятую мировой цивилизацией модель устойчивого развития концепцию реформирующейся государственной службы России? Одно из возможных решений может заключаться в стабилизации государственного управления и государственной службы, эффективном участии государственной службы в решении стратегических задач.


[1] Карлоф Б. Деловая стратегия. – М., 1991. – С. 11.

[2] Россия, за которую мы в ответе (О положении в стране и основных направлениях политики Российской Федерации). – М., 1996; Общими силами – к подъему России. – М., 1998.

[3] См.: Концепция перехода Российской Федерации к устойчивому развитию // Российская газета. – 1996. – 9 апреля.

 

Анализ среды государственной службы представляет собой: а) анализ внутренней среды (сильных и слабых сторон организации государственной службы, ее кадрового состава, организационно-управленческой среды, организационной структуры, коммуникативных процессов и т.д.); б) анализ  внешней среды (какие угрозы она представляет для организации государственной службы, в том числе в условиях нарастания конкурентной борьбы с гражданской (негосударственной) службой, другими организациями гражданского общества;  какие возможности таит внешняя среда для организации государственной службы).

Определение миссии государственной службы. Миссия как вектор движения организации государственной службы включает в себя предназначение (какого типа организацией она хочет быть, что она хочет делать),  смысл существования (отличие от подобных организаций), ценности, принципы деятельности. И далеко не праздный вопрос, кому служит государственный служащий – начальнику, ведомству, государству, обществу или гражданам, народу.

Выбор стратегии государственной службы и ее реализация составляют основную часть содержания стратегического подхода.  Стратегия государственной службы выступает прежде всего как долгосрочное качественно определенное направление развития ее организации. Обозначим основные стадии реализации стратегии государственной службы.

Дадим краткую характеристику основных компонентов стратегического управления с акцентом на государственную службу, используя при этом развертку управленческого цикла.

  1. Фундаментальные исследования.  Поскольку примерно с 70-х годов внимание стало фокусироваться на «высоких технологиях», потребовались масштабные, междисциплинарные исследования.  Возникли наукоемкие технологии, ориентированные  на  завтрашний день. Стали необходимостью фундаментальные исследования в области государственной службы.
  2. Определение миссии, целей и задач,  принципов организации. В самом общем виде миссия государственной службы просматривается в ст. 2, а также – 5 о принципах государственной службы Федерального закона “Об основах государственной службы Российской Федерации”. Государственная служба выступает как социальный институт реализации функций государства, механизм государственной власти, обеспечение полномочий государственных органов.

Определение миссии позволяет конкретизировать видение различных видов государственной службы, осуществить постановку целей, формулировку и реализацию стратегии, направленной на достижение общесистемных целей.

  1. Стратегическое планирование, прогнозирование изменений. О стратегическом планировании уже шла речь. Классический пример стратегического планирования дан в работе Грейсона Дж.(младшего) и Карлы О’ Делл[1].
  2. Выбор стратегии, стратегических альтернатив. Речь, в первую очередь, идет здесь об основополагающих решениях в области государственной службы.
  3. Стратегическая подготовка кадров.  Подготовка кадров – та часть организации, которая прежде всего работает на стратегию. Если хотим осуществить коренные преобразования, следует заблаговременно подготовить соответствующие кадры через адекватные новым целям программы, обучающие технологии, привлечение лучших преподавателей. Ключевое звено здесь – опережающая подготовка кадров.

[1] См.: Грейсон Дж./мл./, О’Делл К. Американский менеджмент на пороге XXI века. – М., 1991.

Адаптация к изменениям может выглядеть как отрицание (не принимаются никакие нормы и ценности); конформизм (принимаются все нормы и ценности); мимикрия (соблюдаются необязательные нормы и ценности, маскирующие неприятие основных норм и ценностей); адаптивный индивидуализм (обязательные нормы и ценности приняты, необязательные принимаются частично, либо не принимаются полностью).

  1. Стратегический контроль. Традиционный контроль связан с корректировкой реализации, изменением целей. Опережающий контроль, наряду с функциями коррегирования и изменения целей, обладает функцией переоценки стратегии. То есть контроль приобретает не только опережающий, но и стратегический характер. Наряду с внутриведомственным, особое значение для государственной службы приобретает социальный контроль.

Стратегический менеджмент тесно связан с глобальными проблемами[1] управления. Прислушаемся к В.И.Вернадскому: «Нельзя безнаказанно идти против принципа единства всех людей как закона природы. Вселенскость человечества, единство человечества – это не нравственная идея, а природный факт, задача государственных преобразований». Здесь, добавим, альфа и омега участия государственной службы в решении глобальных проблем управления, и не только России, ибо Россия волею судеб оказалась в эпицентре развития мировой цивилизации.

Решение глобальных проблем очевидно потребует глобального управления. В этой системе управления, по нашему мнению, естественная перспектива развития стратегического управления. Мы не будем пытаться как-то охарактеризовать эту систему, что вышло бы за рамки темы лекции. Скажем лишь, что проблема глобального управления занимала многие великие умы. Среди них и Т.Веблен (комитет инженеров), и Дж.Бернхэм (революция управляющих), и А.Д.Сахаров (теория конвергенции).

Развитие международного менеджмента также подтверждает наступление эры глобального мышления и, как следствие, глобального управления. В этом направлении развивается Европа (ЕЭС), что не умаляет роли каждого отдельного европейского государства в единой интеграционной системе. Очевидно, что страны СНГ выйдут на более прочный экономический союз, вслед за которым последует укрепление и иных связей, в том числе – создание межгосударственной службы, в которой стратегические задачи становятся приоритетными.

Таким образом, стратегическое управление как способ перехода от «выживания к развитию» определяет поведение государственной, предпринимательской, общественной организации в долгосрочной перспективе, поддерживает баланс в обмене с внешней средой, учитывает циклическую динамику развития. Следовательно – это одна из важнейших функций и государственной службы, раскрывающаяся как стратегия развития государственной службы, как стратегия производства государственных социальных услуг для гражданина, как стратегия в отношении персонала государственной службы (кадровая стратегия).


[1] Глобальные проблемы – »комплекс проблем, затрагивающих жизненные интересы народов и человечества, требующих коллективных усилий, конструктивных решений  государств и всего мирового сообщества» (Социальное управление. Словарь. – М., 1994. – С. 31).

 

В социально-философской литературе ситуация определяется как совокупность отношений между необходимостью и возможностью возникновения и развития общественных процессов. Управленческая ситуация – обобщенная характеристика состояния организационно-управленческой среды, взаимодействия субъекта и объекта управления в решении управленческой задачи в конкретно-исторически определенный временной период. Данный подход позволяет выделить компоненты управленческой ситуации:

  • состояние субъекта управления
  • управленческое взаимодействие
  • состояние среды

Ситуационный (кейсовый – от англ. case – ситуация)менеджмент возник в 80-е годы, был разработан как способ мышления, метод решения проблем в конкретной ситуации в Гарвардской школе бизнеса (США). Ситуационное управление дополняет стратегическое управление, является в значительной мере его частью, неотъемлемым компонентом организации.

Диалектику этой взаимосвязи убедительно характеризует «Система чрезвычайных мер при стратегической неожиданности» (по И.Ансоффу):

  1. Когда возникает стратегическая неожиданность[1], начинает работать коммуникационная сеть связей для чрезвычайных ситуаций.  Эта сеть действует, пересекая границы организационных подразделений,  фильтрует информацию и быстро передает  ее  во  все звенья организации.
  2. На время чрезвычайного положения необходимо перераспределить обязанности высшего руководства:

а) одна группа посвящает свое внимание контролю и сохранению здорового морального климата в организации;

б) другая группа ведет обычную работу с минимальным уровнем срывов;

в) третья группа занимается принятием чрезвычайных мер.

  1. Для выработки этих мер вводится в действие сеть оперативных групп:

а) руководители и члены оперативных групп, невзирая на сложившиеся каналы внутриорганизационных взаимосвязей, составляют подразделения стратегического действия, а не просто планирования;

б) связь между оперативными группами и группой управляющих высшего звена строится по схеме «звезды», напрямую;

в) группа управляющих, принадлежащая к высшему руководству, формулирует общую стратегию, распределяет ответственность между исполнителями и координирует управление;

г) низовые оперативные группы выполняют работу на своих участках общей стратегии.

  1. Оперативные группы и связь между ними организуются заранее и проходят испытания:

а) может быть заранее организовано несколько систем связи различного назначения;

б) оперативные группы обучаются быстро реагировать на принципиально новые проблемы, сочетая точные методы анализа с творческим подходом.

  1. Связи проходят испытания в некризисных условиях, причем решаются реальные стратегические задачи, как если бы они возникли неожиданно[2].

[1] Стратегическая неожиданность – внезапное, вопреки ожиданиям, возникновение проблемы, задачи, не соответствующей прошлому опыту, требующей нового способа деятельности.

[2] См.: Ансофф И. Стратегическое управление. – М., 1989.

 

Смысл ситуационного подхода можно было бы свести к следующим позициям:

  1. Неопределенность условий управления – важнейшая детерминанта, предопределяющая выбор методов, форм и структур социального управления.
  2. Ситуационный подход акцентирует внимание на управленческом событии, его осмыслении в контексте обстоятельств, среды. Необходимо соотносить «контекстуальные» переменные обстоятельств с главными внутренними характеристиками организационной системы (структура, процессы, поведение, лидерство, стиль руководства и т.д.).
  3. Управленческая ситуация имеет собственную логику развития, есть процесс.
  4. Ситуационный подход актуализирует роль случайности, интуиции в социальном управлении как науке и искусстве.
  5. Ситуационный подход заранее подготавливает руководителя, государственного служащего, менеджера к запрограммированным оптимальным решением в нестандартных ситуациях, формирует умение контролировать ситуацию.

Основное конструктивное положение ситуационного подхода – проектирование (формирование) внешней среды[1], в том числе административной, в которой люди,  совместно работающие в организациях и группах,  могут достичь поставленных целей. Для этого со стороны государственного служащего, менеджера необходимы: учет внешних для социальной системы сил, влияющих на ее деятельность, идентификация, оценка, реагирование, прогнозирование.

Гарольд Кунц,Серил О’Доннел выделяют такие секторы (соответственно, виды) внешней среды: экономический, технологический, политический, социальный, этический. Менеджер учитывает вид среды,  ее особенности и компоненты. К компонентам внешней среды эти авторы относят: воззрения, убеждения, ценности, ожидания (соответственно – экономические, социальные и т.д.)[2].

Идея проектирования среды находит свое развитие в планировании как рациональном средстве достижения целей при наличии неопределенности и непредвиденных ситуаций.


[1] Среда, по А.А.Богданову, «есть совокупность внешних воздействий, под которыми находится система, но взятых именно по отношению к ней» (Богданов А.А. Тектология: Всеобщая организационная наука. Кн. 2. – М., 1989. – С. 110.

[2] См.: Кунц Г., О’Доннел С. Управление: системный и ситуационный анализ управленческих функций. – М., 1981.

Таким образом, «процесс управления есть искусство, суть которого состоит в применении норм (основ организованного знания в области управления) к реальностям любой ситуации… Не существует универсального, «наилучшего способа» достижения определенных результатов при любых обстоятельствах… Эффективное управление – это всегда управление по обстоятельствам, ситуационное управление»[1]. Ситуационный подход как принцип управления ориентирует субъекты государственной службы на:

— поиск движущей пружины ситуации (анализ, характеристика проблемы, «основное звено», управленческая задача, расстановка сил, социальные технологии). Метод – ситуационный анализ;

— нахождение связей данной ситуации с предшествующими обстоятельствами (исторический метод), прогноз (прогнозирование развития ситуации). В противном случае – поверхностное решение, очередное «открытие велосипеда»;

— соотнесение управленческой ситуационной задачи с задачами глобального уровня, развития целостной системы (системный метод). Иначе – «ситуационный плен», «текучка»;

— обоснование и использование оптимальных методов, форм, технологий решения управленческих проблем данной ситуации. Иначе наступит обострение ситуации;

— формирование адаптивного стиля управления: новая тактика в новых обстоятельствах. Иначе – отставание, застой, регресс, крах.

Для государственного служащего, менеджера, предпринимателя исключительно важным является вопрос о механизме реализации ситуационного подхода (технологический аспект). Как подчеркивает Мэри Фоллетт, «работа должна быть организована таким образом, чтобы вместо отдачи приказов и начальник и подчиненный следовали тому, «чему требует ситуация». Тогда место «личного контроля» займет «контроль фактов»»[2].

В этой связи возникает вопрос: возможна ли стандартная процедура принятия управленческих решений в различных обстоятельствах? Вряд ли стоит искать универсальную технологию, например, выхода из кризиса. Она всегда конкретна и довольно уникальна.

Поставим вопрос иначе. Возможны ли алгоритмы решения различных управленческих ситуаций? Напомним, что алгоритм в управлении – конечный набор правил, позволяющий решать любую конкретную задачу из некоторого класса однотипных задач. Следовательно, если мы типизируем управленческую ситуацию, то для однотипных задач и ситуаций единый алгоритм возможен.

Используем в качестве примера разработанный автором данной лекции один из алгоритмов ситуационного подхода, который может быть представлен в виде технологической матрицы.


[1] Там же. – С. 28, 61.

[2] Цит. по: Гвишиани Д.И. Организация и управление. – М., 1970. – С. 138-139.

 

ОПЕРАЦИЯ 1

Анализ и диагностирование ситуации (определение главных проблем ситуации, ее основных противоречий, доминирующих тенденций, поиск аналогов состояний).

ОПЕРАЦИЯ 2

Реконструирование управленческого события.

ОПЕРАЦИЯ 3

Выдвижение управленческой задачи.

ОПЕРАЦИЯ 4

Определение факторов среды и внутренних факторов, влияющих на принятие решений.

ОПЕРАЦИЯ 5

Разработка альтернативных курсов действий, процедур преобразования ситуации.

ОПЕРАЦИЯ 6

Оценка каждой альтернативы, выбор (определение) наиболее соответствующей требованиям ситуации.

ОПЕРАЦИЯ 7

Разработка конкретного курса (программа действий), который будет эффективен с точки зрения перевода данной управленческой ситуации в более благоприятную и с точки зрения решения глобальной управленческой задачи.

ОПЕРАЦИЯ 8

Подготовка подстраховочного варианта.

Алгоритмы ситуационного подхода используются в деятельности ситуационных центров – Президента РФ, министерства по чрезвычайным ситуациям РФ, военных структур, некоторых регионов.

Таким образом, ситуационное управление есть профессиональное управление в условиях нарастания неопределенности внешней среды и доминирующего влияния ситуации на взаимодействие субъекта и объекта управления.

Общий вывод: Стратегическое и ситуационное управление представляют собой дополняющие друг друга системы современного социального управления (двойную структуру целостной системы управления), служат предпосылкой возникновения элементов глобального управления в национальных и наднациональных рамках. Реализация стратегического и ситуационного подходов к государственной службе является вкладом в строительство новой системы государственной службы в канун XXI века.

Контрольные вопросы:

  1. Почему, на Ваш взгляд, стратегическое управление не получает достаточного признания и поддержки со стороны некоторых как государственных, так и предпринимательских структур?
  2. Каковы перспективы стратегического и ситуационного управления для России?
  3. Не станет ли ситуационный подход основанием для разрушения научного компонента социального управления?

Литература

Конституция Российской Федерации. – М.,  1993

Общими силами – к подъему России. Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию. – М., 1998

Государственное управление и развитие. Национальный доклад к 50-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН // Российская газета. – 1996. – 9 апреля

Концепция перехода Российской Федерации к устойчивому развитию. // Российская газета. 1996. 9 апреля

Национальная доктрина России (Проблемы и приоритеты). – М., 1994

Об основах государственной службы Российской Федерации. Федеральный Закон. – М., 1994

Ансофф И. Стратегическое управление. – М., 1989

Виханский О.С. Стратегическое управление. – М., 1995

Грейсон Дж./мл./, О’Делл К. Американский менеджмент на пороге ХХI века. – М., 1991

Доблаев В.Л. Теория организаций. – М.,1995

История менеджмента. Учебное пособие. – М., 1997

Карлоф Б. Деловая стратегия:  концепция, содержание,  символы. – М., 1991

Карпичев В.С. Стратегическое управление // Общая теория управления. Курс лекций. – М., 1994

«Кейс стадис» как метод исследования // Философия и методология науки. – М., 1996

Кунц Г.,  О’Доннел С. Управление: системный и ситуационный анализ управленческих функций.  Т. 1-2. – М., 1981

Мерсер Д.  ИБМ.  Управление в самой преуспевающей корпорации мира. – М., 1991

Проблемы управления в чрезвычайных ситуациях. Конф. Тезисы докл. – М., 1992

Социальная и социально-политическая ситуация в России: Анализ и прогноз. —М., 1993

Тацуно Ш. Стратегия – технополисы. – М., 1989

Ученые предупреждают. Ред. сб. – М., 1988

Фоллетт М.-П. Динамическая администрация. – М., 1948

Написано: admin

Октябрь 10th, 2019 | 2:24 пп