Учебно-методический центр

по аттестации научно-педагогических работников ВУЗов




Главная | Философия | Обществоведение | Книги | Учебники | Методики | История | Религия | Цели и задачи | Материалы

Переход к рыночной экономике

К теме: Профессиональная мотивация и карьерный рост муниципальных служащих

Переход к рыночной экономике страны, негативные изменения в демографии, необходимость обеспечения устойчивого развития повышает роль “человеческого фактора” на государственной и муниципальной службе, производстве, бизнесе, сфере обеспечения.

Решающим фактором становится работа с персоналом. Изучение и формирование условий для сотрудников, чтобы они могли работать с полной отдачей сил, заинтересованностью – одна из важнейших задач кадрового менеджмента. Предлагаемый учебный материал по теме “Профессиональная мотивация и карьерный рост” предполагает изучение мотивационной сферы личности.

В материалах рассматриваются теоретические основы мотивации трудовой деятельности, дана классификация мотивов и стимулов, использованы наиболее известные процессуальные и содержательные теории мотивации, часто встречающиеся в практике управления персоналом. Учебный контент ориентирует слушателей на самостоятельное изучение материала, использование своего практического опыта по ряду проблем мотивационного менеджмента.

В результате освоения слушатели должны знать:

  • понятия “потребности”, “мотивы”, “стимулы”,
  • специфику профессиональной деятельности работников органов местного самоуправления и виды их мотивации,
  • стимулирование деятельности муниципальных служащих,
  • взаимосвязь профессиональной мотивации и социально-психологического климата,
  • сущность и мотивы профессионального и карьерного роста муниципальных служащих.

В учебных материалах использована литература в области психологии, управлении персоналом, муниципальной службы. Рекомендуется также пользоваться дополнительными источниками.

К теме: Профессиональный стресс в управленческой деятельности

Содержание учебного контента раскрывает основы понимания профессионального стресса и его видов, природы и источников. Предлагаются рекомендации по профилактике стресса, развития стрессоустойчивости.

После изучения слушатель должен знать:

  • понятие “профессиональный стресс”, его природу, источники, виды и динамику,
  • основные стрессовые факторы управленческой деятельности и их характеристики,
  • характеристики трех основных типов личности в зависимости от стрессоустойчивости,
  • личностные различия в предрасположенности к стрессу,
  • основные проявления коммуникативного стресса.

Слушатель также должен уметь:

  • владеть техниками делового общения,
  • контролировать свое поведение в стрессовых ситуациях,
  • сформулировать отказ в деловом общении.

При подготовке материалов использовался опыт отечественных и зарубежных авторов. При изучении материала рекомендуется использовать дополнительные источники информации, периодические издания, ресурсы internet.

К теме: Конфликты в организации и способы их регулирования

Конфликты возникают практически во всех сферах человеческой деятельности, они неизбежны. Особенно часто происходят конфликты в сфере делового общения. Поэтому управленцу необходимо иметь устойчивые знания о конфликтах, способах поведения в конфликтных ситуациях, способах их разрешения.

Основной задачей учебного контента является формирование у слушателей современных знаний в области теории управления, социальной психологии и конфликтологии.

После освоения учебных материалов слушатель должен знать:

  • понятие и виды конфликтов,
  • причины конфликтов в организации,
  • конфликтогены и их роль в возникновении и развитии конфликта.

Слушатель также должен уметь:

  • урегулировать конфликты в своей организации,
  • использовать межличностные способы (стратегии) разрешения конфликтов.

При изучении материала рекомендуется пользовать дополнительными источниками информации, ресурсами internet.

Мировой опыт цивилизации свидетельствует: государство, если оно желает процветать, должно передавать местным властям под их ответственность ресурсы, полномочия, чтобы люди сами распоряжались своей судьбой, боролись за социальные блага, сами решали, как воспитывать своих детей, лечить больных, заботиться о престарелых, как строить дома и дороги, правильно использовать ресурсы.

Роль органа местного самоуправления и принимаемых им решений в новых условиях резко возрастает с усилением самостоятельности города и широким, быстро меняющимся спектром возможностей рыночных отношений, правильное и своевременное использование которых может привести к его процветанию, а неправильное – к его разорению. Поэтому актуальными становятся следующие вопросы:

  • Как при любых внешних обстоятельствах оперативно сформировать и реализовать наиболее выгодный для муниципального образования вариант развития?
  • Что является главными факторами, определяющими будущий успех или неудачу, на которые органы самоуправления в первую очередь нужно обращать внимание?
  • Как выделить и использовать эти факторы? Какие реальные проблемы стоят на пути к успешному социально-экономическому развитию города?
  • Какие задачи надо решать для этого?
  • Что надо знать и уметь работникам органа местного самоуправления?
  • Есть ли конкретные конструктивные методы и технологии эффективного управления в быстро меняющейся внешней ситуации?

Ответить на эти вопросы без муниципальной науки сегодня нельзя. Поэтому в местных сообществах стран Европы, Америки, Азии не только растет муниципальная собственность, развивается местное производство, возникают промышленно-финансовые группы, муниципальные предприятия, банки, страховые компании, совершенствуется социальная инфраструктура, но и демократизируется местное самоуправление на основе профессионального муниципального менеджмента, развития науки, культуры, образования.

Большинство ученых разных стран сходятся во мнении, что основы современной муниципальной науки закладывались в XIX веке. Наиболее богатый источник муниципального знания находится в Германии. Характерной чертой муниципальной науки является ее синтетический характер. Долгое время она развивалась не как самостоятельное научное направление, а как отдельная научная дисциплина.

С середины ХХ века муниципальная наука как наука об управлении местными сообществами приобретает более определенный предмет исследования. Это происходит благодаря продвижению исследований в области психологии, социологии, управления и экономики, ориентированных на изучение поведения групп людей, социальных организаций, образующих сообщества различного рода.

Эволюция концепций о развитии местных сообществ привела к существенным изменениям в подготовке профессиональных кадров. Возникла новая профессия – специалист по развитию местных сообществ. Тем самым происходит процесс становления новой, нарождающейся науки – муниципальный менеджмент.

Муниципальный менеджмент как прикладная теория и практика управления развитием территорий и регионов сформировался на Западе в результате осуществления научно-технической, информационной и последовавшей за ними управленческой революции.

Его появление неразрывно связано с возникшей необходимостью коренным образом изменить эффективность управленческих воздействий на рыночные структуры, муниципальную экономику, муниципальные финансы, социально-экономические отношения в местном сообществе. Предметом ее изучения является забота о благополучии людей, благоустройстве территории и развитии способностей сообщества адаптироваться к переменам.

Гарантированный успех стратегических преобразований – четкое разграничение полномочий между представительной и исполнительной властью, создание работоспособного управленческого механизма. Без наличия консолидированной и эффективной муниципальной власти невозможно решение неотложных социально-экономических проблем. Есть только один конструктивный механизм – согласие и сотрудничество. Этот механизм необходимо сделать главным в общей работе местной власти. Таково требование жизни, таково требование стратегии развития.

Что сегодня определяет деятельность органов местного самоуправления?

1. Сложная социально-экономическая обстановка и бюджетный дефицит требующие объединения и маневрирования ресурсами для решения жизненно важных проблем (тепло, свет, горячая вода, транспорт, дороги, содержание ЖКХ).

2. В сознании людей укрепилась мысль, что противостояние власти – безрезультативный, бесперспективный тупик, поэтому общество особенно болезненно и остро переживает попытки столкнуть ветви власти, посеять недоверие и подозрительность.

3. Бюджетные действия центральной власти подразумевают снижение доли общих налоговых поступлений в местные бюджеты, это, в свою очередь, ухудшает финансовое положение как региональных, так и муниципальных субъектов хозяйственной деятельности. Поэтому городу нужна гибкая самостоятельная политика в расчете на собственные силы.

4. Агрессивная экспансия на региональный и муниципальный рынок экономически сильных рыночных субъектов (из других регионов) требует разработки мер коллективной безопасности.

5. Наркомания, преступность, бедность, коррупция, экологические проблемы, демографическая ситуация – это общие проблемы, для решения которых нужны согласованные, продуманные, взаимные действия всех уровней власти.

Для того чтобы в России активно формировалось подлинно демократическое движение за местное самоуправление, ориентированное на ценности гражданского общества, на освоение принципов и институтов местного самоуправления на муниципальном и региональном уровнях, необходимо дальнейшее укрепление институциональных основ местного самоуправления.

При этом усиление роли государства в отношении муниципальных образований должно осуществляться не в направлении непосредственного участия в решении вопросов местного значения, а в направлении усиления его роли в координации всех процессов государственного строительства, оказывающих влияние на развитие муниципальных образований. В данном контексте более эффективным является переход от эпизодических мер государственной поддержки развития муниципальных образований к системной работе по управлению реформой в направлении создания институциональных условий развития местного самоуправления.

Таким образом, местное самоуправление не только оппонент, но и партнер в реализации функций государственной власти. Развитое местное самоуправление освобождает органы государственной власти от “текучки”, позволяет сконцентрироваться на решении проблем, которые иначе как на национальном или, соответственно, региональном уровне, решены быть не могут, способствует оптимизации государственного управления.

Первым и основным элементом в муниципальной социально-экономической системе является человек, причем коренной (то есть родившийся на территории муниципального образования) и постоянный житель муниципального образования. Данное исходное положение является первым признаком муниципальной социально-экономической системы.

Вторым существенным признаком термина “муниципальная социально-экономическая система” являются институты, определяющие характер взаимоотношения и взаимодействия всех людей как экономических агентов.

Третьим признаком дефиниции “муниципальная социально-экономическая система” выступает деловая среда взаимодействия людей.

Четвертым признаком муниципальной социально-экономической системы является ее системообразующий фактор – цель. Цель функционирования муниципальной социально-экономической системы – это повышение уровня качества жизни каждого жителя муниципального образования.

Ослабление социально-экономической целостности муниципальных сообществ проявляется сегодня в снижении уровня внутренней консолидации и координации бизнес-процессов на предприятиях различной формы собственности. Такие функции управления, как маркетинг, логистика, организация производства, кадровые процессы и т.д., недостаточно скоординированы, не имеют стратегического плана и порождают излишние издержки.

Муниципальный менеджмент – это профессиональная деятельность по соединению ресурсов и энергии населения муниципального образования, направленная на социальное и экономическое саморазвитие территории, устойчивое повышение качества жизни каждого человека.

В области науки муниципального менеджмента на Западе работают тысячи ученых разного профиля, существуют десятки научных школ. В США с 1947 года во многих ведущих университетах существует специальность “специалист по развитию местного сообщества”. В Германии первые высшие учебные заведения, подготавливающие специалистов по муниципальному управлению, открыты в 1911 году в Дюссельдорфе – Академия коммунального управления и в 1914 году в Кельне – Высшая муниципальная школа.

Муниципальный менеджер – это не просто руководитель, а руководитель-предприниматель, создатель новых муниципальных социально-экономических систем, качественно превосходящих существующие. Муниципальный менеджер обеспечивает налаживание партнерских отношений между органами местного самоуправления, населением и капиталом; организацию защиты социально-экономических интересов жителей муниципальных образований, привлечение самих граждан к финансированию программ развития своей территории, эффективному использованию местных ресурсов и формирование местной социально-экономической инфраструктуры; воспроизводство экономического потенциала муниципального образования.

Муниципального менеджера делает менеджером не власть, не ранг, а ответственность за результаты работы всей корпоративной организации муниципального образования. Муниципального менеджера можно сравнить с дирижером оркестра. Но у дирижера есть партитура, написанная композитором, он только интерпретирует. Менеджер одновременно и композитор и дирижер. Другая задача муниципального менеджера – гармонизировать в каждом решении и действии требования немедленного и отдаленного будущего повышения качества жизни людей.

В деятельности муниципального менеджера отмечается пять базовых операций:

1) проектирование модели и определение цели социального и экономического саморазвития муниципальных образований в соответствии с принципами современного хозяйствования; определение задачи в каждой группе целей. Менеджер решает, что должно быть сделано, чтобы достичь целей; эффективно организует население для достижения целей;

2) организация создания собственных корпоративных систем среди населения муниципального образования. Менеджер анализирует виды деятельности, вырабатывает решения, формирует корпоративные отношения в местных сообществах, необходимые для выполнения задач по достижению целей социально-экономического и экономического саморазвития, выбирает специалистов для решения этих задач;

3) поддержание мотивации и налаживание коммуникаций, формирование команд из людей, ответственных за различные виды работы;

4) анализ и оценка результатов;

Система местного самоуправления занимает особое место в государстве в силу своей общественно-государственной природы. Она осуществляет связь между государством и населением, а также между государством и мелким собственником. В связи с этим важно определить отличия местного самоуправления от государственной власти и муниципального хозяйства от государственного и частного.

Современное экономическое пространство Российской Федерации включает множество больших и малых территорий, характеризуемых особой степенью остроты социальных, экономических, экологических проблем. Поэтому стратегически важным для России является проведение государственной территориальной политики, направленной на сглаживание темпов социально-экономического развития. Устойчивый и стабильный рост национальной экономики невозможен без улучшения условий жизни населения в регионах нашей страны.

Анализ процессов в сфере государственного строительства показал, что становление и развитие местного самоуправления не может осуществляться вне рамок общего процесса развития российской государственности, то есть как самостоятельное направление в отрыве от других направлений государственного строительства, прежде всего процессов реформирования: системы публичной власти; системы управления, включающей в качестве подсистем системы государственного и муниципального управления; бюджетно-налоговой системы и т.д.

Что сегодня определяет деятельность органов местного самоуправления?

  • Сложная социально-экономическая обстановка и бюджетный дефицит, требующие объединения и маневрирования ресурсами для решения жизненно важных проблем (тепло, свет, горячая вода, транспорт, дороги, содержание ЖКХ).
  • В сознании людей укрепилась мысль, что противостояние власти – бесперспективный тупик, поэтому общество особенно болезненно и остро переживает попытки столкнуть ветви власти, посеять недоверие и подозрительность.
  • Главным препятствием социально-экономического развития территорий является действующая в настоящее время система межбюджетных отношений. Бюджетные действия центральной власти предполагают снижение доли общих налоговых поступлений в местные бюджеты, а это, в свою очередь, ухудшает финансовое положение как региональных, так и муниципальных субъектов хозяйственной деятельности.
  • Агрессивная экспансия на региональный и муниципальный рынок экономически сильных рыночных субъектов (из других регионов) требует разработки мер коллективной безопасности.
  • Наркомания, преступность, бедность, коррупция, экологические проблемы, демографическая ситуация – это общие проблемы, для решения которых нужны согласованные, продуманные, взаимные действия всех уровней власти.

В Конституции РФ зафиксирован принцип отделения местного самоуправления от системы органов государственной власти. Для его реализации необходимо обеспечение экономической базы местного самоуправления, межбюджетных отношений, участниками которых являются муниципальные образования.

Необходимость согласования действий местного уровня управления реализуется посредством таких государственных механизмов, как прогнозные схемы, карты размещения производительных сил (автострады, высшие учебные заведения и т.д.), а также программы приоритетных действий в ряде секторов. Эти механизмы стали опорой для политики договорных отношений между уровнями управления, которые реализуется как в форме неформального сотрудничества, так и непосредственно на договорной основе.

Таким образом, местное самоуправление не только оппонент, но и партнер в реализации функций государственной власти. Развитое местное самоуправление освобождает органы государственной власти от “текучки”, позволяет им сконцентрироваться на решении проблем, которые иначе как на национальном или, соответственно, региональном уровне, решены быть не могут, способствует оптимизации государственного управления.

Изучение проблем местного управления связано с необходимостью решения целого ряда задач, в том числе:

  • определение сущности местного самоуправления и его положения в системе территориального управления государства;
  • выявление основных тенденций развития местного самоуправления в других странах, а также ключевых противоречий и форм их разрешения, с которыми имеют дело местные сообщества, и использование этого опыта в специфических условиях России;
  • оценка реального положения местного самоуправления в нашей стране;
  • разработка системы мер по внедрению принципов бюджетного федерализма в отношениях между субъектами Федерации и местным самоуправлением.

Особенности положения местного самоуправления в государстве и прежде всего его двойственная природа накладывают отпечаток и определяют особенности муниципального хозяйства: муниципальное хозяйство отличается от государственного достаточно широкими правами в области производственной деятельности и прежде всего в области распоряжения собственными ресурсами, а от частного хозяйства – общественным характером использования результатов деятельности.

Управленческая деятельность органов местного самоуправления включает в себя вопросы как общего взаимодействия органов местного самоуправления с хозяйствующими субъектами вне зависимости от формы собственности, так и более глубокого регулирования хозяйственных отношений для муниципальных предприятий и учреждений.

Соразмерность полномочий местного самоуправления материально-финансовым ресурсам – один из главных принципов местного самоуправления. Более чем столетний опыт деятельности органов местного самоуправления в западноевропейских странах и в дореволюционной России показывает, что местное самоуправление только тогда превращается в систему, обладающую реальными полномочиями и возможностями для решения по существу вопросов местного значения, когда обретает прочную материально-финансовую базу для своей деятельности.

В частности, органы государственной власти РФ в соответствии с Законом “Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации” (ст. 4 и 5):

1. регулируют порядок передачи объектов государственной собственности в муниципальную собственность;

2. передают органам местного самоуправления материальные и финансовые средства, необходимые для осуществления отдельных государственных полномочий, которыми законодательно могут наделяться данные органы;

3. разрабатывают и устанавливают государственные минимальные социальные стандарты;

4. регулируют отношения между федеральным и местным бюджетами, между бюджетами субъектов РФ и местными бюджетами;

5. обеспечивают сбалансированность минимальных местных бюджетов муниципальных образований на основе нормативов минимальной бюджетной обеспеченности;

6. обеспечивают гарантии финансовой самостоятельности местного самоуправления;

7. компенсируют местному самоуправлению дополнительные расходы, возникшие в результате решений, принятых органами государственной власти субъектов РФ;

8. участвуют в решении местных задач через целевые федеральные и региональные программы.

Признание и гарантированность государством местного самоуправления предполагают определенные обязательства со стороны государства по созданию необходимых экономических, финансовых и правовых условий и предпосылок для развития местного самоуправления. Реальность и эффективность местного самоуправления, как подтверждает опыт стран с развитым местным самоуправлением, определяются прежде всего материально-финансовыми ресурсами, имеющимися в его распоряжении. Произошедшее увеличение функций, выполняемых муниципальными властями, повлекло за собой увеличение аппарата управления, который стал громоздким и плохо управляемым. Средств муниципального бюджета на реализацию муниципальных программ развития постоянно не хватает. В этой ситуации стала необходимой разработка системы управления муниципальными образованиями, которая обеспечивала бы не только текущее управление, но и стратегическое управление их развитием.

Под местным самоуправлением понимают определяемую государством систему органов и должностных лиц (в первую очередь выборных), осуществляющих местное самоуправление на конкретной территории с установленной степенью автономии и самостоятельности относительно органов государственной власти, располагающую необходимой компетенцией в решении основных государственных дел и местных вопросов с учетом специфики территории, ее экономических, социальных, национальных, географических, исторических и прочих особенностей, формирующую местный бюджет, обеспечивающую сбор местных налогов, сборов, а также управление муниципальной собственностью на основе федерального и регионального законодательства и собственных учредительных и прочих нормативно-правовых актов.

Экономика муниципальных образований, регионов и России в целом есть прежде всего созидание предпринимателей, муниципальных менеджеров и населения, “берущих дело в свои руки”. Экономика муниципальных образований как результат деятельности муниципальных менеджеров есть социальный институт, который является лучшим из всех, что люди могли бы создать для совместной работы, для сотрудничества и достижения целей (повышения качества жизни каждого человека) не за счет друг друга, а вместе друг с другом для получения социально-экономического результата, который они не смогут достичь в одиночку.

По отношению к бизнесу государство обеспечивает гарантии прав собственности, благоприятный предпринимательский климат, поддержку бизнеса за пределами России, получая взамен поддержку политики государства со стороны национального капитала и строгое соблюдение установленных государством правовых норм и правил.

Это предполагает эффективное выполнение ключевых функций государства. Прежде всего его способность сформировать и обеспечить правовой и экономический порядок в рамках реализации норм и правил поведения в отношениях экономических агентов, поддержать макроэкономическое и структурное равновесие в той части, в которой рыночный механизм оказывается не в состоянии это сделать, создать благоприятные социальные условия функционирования экономики, включая обеспечение социальной поддержки целей и средств реализации национальной стратегии развития, обеспечить экономическую безопасность и эффективное противодействие угрозам и факторам нестабильности.

Одной из ключевых проблем сегодня становится ориентация бюджетной системы на закрепление за муниципальными бюджетами таких доходных источников, которые обеспечивали бы стабильное поступление доходов для выполнения возложенных на местное самоуправление функций. Весьма актуальна и проблема формирования оптимальной модели взаимодействия местного самоуправления с системой органов государственной власти.

Таким образом, стратегическими направлениями, отражающими рост качества государственного и муниципального управления, являются:

  • повышение способности органов исполнительной власти и местного самоуправления достигать общественно значимых результатов;
  • повышение качества и доступности государственных и муниципальных услуг;
  • снижение избыточного вмешательства государства в экономику;
  • снижение издержек от неэффективности закупок для государственных и муниципальных нужд;
  • снижение уровня коррупции;
  • повышение общественного доверия к государству.

Для практической реализации этих целей необходимо решать следующие задачи:

  • внедрить современные методы и механизмы управления по результатам в органах исполнительной власти и местного самоуправления в координации с внедрением бюджетирования по результатам;
  • обеспечить ориентацию деятельности органов исполнительной власти и органов местного самоуправления на потребности общества и конкретных клиентов;
  • оптимизировать административно-управленческие процессы за счет внедрения стандартов государственных и муниципальных услуг, а также административных регламентов, включая электронные административные регламенты;
  • обеспечить реформирование и повышение эффективности системы закупок для государственных и муниципальных нужд;
  • создать особые механизмы регулирования в коррупционно опасных сферах;
  • внедрить механизмы досудебного обжалования и административной юстиции;
  • завершить оптимизацию функций органов исполнительной власти и создать механизмы, препятствующие неэффективному государственному вмешательству в экономику;
  • провести реформу контрольно-надзорных органов;
  • развить систему аутсорсинга административно-управленческих процессов;
  • обеспечить внедрение механизмов прозрачности и эффективного взаимодействия органов исполнительной власти со структурами гражданского общества;
  • сформировать систему мониторинга результатов деятельности и оценки органов местного самоуправления;
  • сформировать необходимый кадровый и информационный потенциал, обеспечивающий реализацию стратегии развития местных сообществ;
  • содействовать распространению лучшей практики.

Закон “Об антикоррупционной экспертизе» носит рамочный характер, поскольку не имеет четкой структуры, не отражает в достаточной мере необходимых условий, оснований и порядка его реализации. В частности, в Законе отсутствует преамбула, в которой была бы сформулирована направленность и сфера его действия, он не включает в себя организационные основы антикоррупционной экспертизы.

Не отвечающий предназначению Закон «Об антикоррупционной экспертизе» создает иллюзию существования в обществе механизма борьбы с коррупцией. Применительно к условиям действительности (социальной, политической, экономической сферам) процедура не сформулирована четко  и оттого непонятны меры, которые необходимо осуществлять поэтапно в случае совершения каждого действия: будь то выявление коррупционного фактора; его ликвидация или преодоление этого фактора в НПА правовым методом; или  применение мер ответственности к лицам, допустившим появление в НПА коррупционных статей, и допустившим неисполнение или нарушение данного базового в области борьбы с коррупцией Закона.

Необходимо отметить, что в указанном Законе отсутствует порядок проведения антикоррупционной экспертизы, а также не предусмотрена его регулярность, даны широкие полномочия государственным органам, и мнения представителей гражданского общества не являются приоритетными, хотя законы создаются для людей, для их комфортного взаимодействия в социуме.

Не прописан порядок и механизм реализации решения и рекомендаций общественной экспертизы, что затрудняет учет мнения граждан по созданию  Закона который бы работал и был бы ориентирован на  демократизацию управленческого процесса, соблюдение прав и свобод граждан, учет и защиту их интересов. Соответственно, мы не можем говорить о том, что полноценно соблюдаются права и свободы граждан на реализацию прав на участие в управлении государством.

В то же время важно обратить внимание и на то, что субъектами экспертизы, в соответствии с действующим Законом «Об антикоррупционной экспертизе» являются те же органы и должностные лица, которые применяют данный Закон. В связи с этим совершенно очевидно, что основные положения Закона формулируются в интересах этих лиц (очень узкой группы).

Поскольку не создан и не закреплен в законе механизм согласования интересов субъектов экспертизы, затруднен и учет мнения каждой из групп общественности, имеющей свои интересы в социальных областях (защита материнства и детства, сохранение природных богатств, оказание психологической помощи, поддержка инвалидов, сопровождение замещающих семей, реабилитация больных наркоманией и алкоголизмом и т.д.) и внесение ими экспертных заключений для последующего учета значимых поправок.

Таким образом, Закон «Об антикоррупционной экспертизе» не выполняет своей основной регулирующей задачи, ради которой он был принят, – не устанавливает правовые и организационные основы антикоррупционной экспертизы НПА и проектов НПА в целях  выявления в них коррупциогенных факторов и последующего устранения.

Необходимо  указать виды ответственности за неисполнения закона. В Законе не предусмотрены санкции за внесение законопроекта в качестве законодательной инициативы, содержащего  коррупционные факторы  и некачественное проведение и неусмотрение явных признаков коррупции в нормативном правовом акте или его проекте. В кодекс об административных нарушениях внести специальные статьи ответственности должностных лиц, нарушающих данный вид законодательства.

Из смысла статьи 5 непонятно, каким образом институты гражданского общества и граждане будут получать информацию о проектах  нормативных правовых актов, требующих проведение независимой антикоррупционной экспертизы.

Исходя из сложившейся в обществе ситуации и учитывая рассмотренные предпосылки для ее регулирования целесообразно внесение поправок в отдельные статьи существующего закона. Таблица поправок приведена ниже.

Индекс поправки Текст в законопроекте Предложенная редакция текста Фактор
Пункт 1, 2
статьи 2
1) обязательность проведения антикоррупционной экспертизы проектов нормативных правовых актов;2) оценка нормативного правового акта во взаимосвязи с другими нормативными правовыми актами; 1) обязательность проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов);2) оценка нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов) во взаимосвязи с другими нормативными правовыми актами;В п.2 добавить следующие принципы: системность, публичность подготовки проведения антикоррупционной экспертизы, открытость и доступность для ознакомления результатов ее  проведения,

учет результатов проведения антикоррупционной экспертизы.

Существование собственно пробела в правовом регулировании – отсутствие в проекте документа нормы, регулирующей определенные правоотношения, виды деятельности и так далее;
Пункт 4
статьи 2
4) компетентность лиц, проводящих антикоррупционную экспертизу нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов); Исключить Наличие завышенных требований к лицу, предъявляемых для реализации принадлежащего ему права – установление неопределенных, трудновыполнимых и обременительных требований к гражданам и организациям.Юридико-лингвистическая коррупциогенность.
Пункт 1, 2, 3 части 1 статьи 3 1. Антикоррупционная экспертиза нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов) проводится:1) прокуратурой Российской Федерации – в соответствии с настоящим Федеральным законом и Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации», в установленном Генеральной прокуратурой Российской Федерации порядке и согласно методике, определенной Правительством Российской Федерации;2) федеральным органом исполнительной власти в области юстиции – в соответствии с настоящим Федеральным законом, в порядке и согласно методике, определенным Правительством Российской Федерации;

3) органами, организациями, их должностными лицами – в соответствии с настоящим Федеральным законом, в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующих федеральных органов исполнительной власти, иных государственных органов и организаций, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, и согласно методике, определенной Правительством Российской Федерации.

1. Антикоррупционная экспертиза нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов) проводится прокуратурой Российской Федерации, органами государственной власти, органами местного самоуправления, их должностными лицами, институтами гражданского общества, в том числе некоммерческие организации и их объединения,  гражданами в порядке, установленном Правительством Российской Федерации и в случаях, установленных частью 2 настоящей статьи. Широта дискреционных полномочий – отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения, наличие дублирующих полномочий органов государственной власти или органов местного самоуправления (их должностных лиц).Нарушение баланса интересов
Часть 2, 3
статьи 5
2. В заключении по результатам независимой антикоррупционной экспертизы должны быть указаны выявленные в нормативном правовом акте (проекте нормативного правового акта) коррупциогенные факторы и предложены способы их устранения.3. Заключение по результатам независимой антикоррупционной экспертизы носит рекомендательный характер и подлежит обязательному рассмотрению органом, организацией или должностным лицом, которым оно направлено, в тридцатидневный срок со дня его получения. По результатам рассмотрения гражданину или организации, проводившим независимую экспертизу, направляется мотивированный ответ, за исключением случаев, когда в заключении отсутствует предложение о способе устранения выявленных коррупциогенных факторов. Исключить, дополнив часть 1 статьи 4 нормой об обязательных требованиях к содержанию заключения. Злоупотребление правом заявителя – отсутствие четкой регламентации прав граждан и организаций.
ст.1дополнить  новым п.3 Статья 1 п. 1 и 2. Статья 1 п. 3Введение дополнительного пункта 3 – перечня факторов коррупции, по которому требуется проведение антикоррупц., в т.ч. гендерной экспертизы. Фактор:-Наличие собственно пробела в правовом регулировании-отсутствие административных процедур (отсутствие устоявшихся практик проведения А экспертизы)

Обоснование:

Дополнения к статье регламентирует и определяет перечень причин для проведения антикоррупционной (в т.ч.  гендерной) экспертизы

Статья 3. п.  4 и 5дополнить словами «институты гражданского общества» после слов: Органы, организации, 4. Органы, организации,  «институты гражданского общества», их должностные лица проводят антикоррупционную экспертизу принятых ими нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов) при проведении их правовой экспертизы и мониторинге их применения. Фактор: злоупотребление правом заявителя (отсутствие чёткой регламентации прав граждан и организаций)
статья 5_Э3 1. Институты гражданского общества и граждане могут в порядке, предусмотренном нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет собственных средств проводить независимую антикоррупционную экспертизу нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов).2. В заключении по результатам независимой антикоррупционной экспертизы должны быть указаны выявленные в нормативном правовом акте (проекте нормативного правового акта) коррупциогенные факторы и предложены способы их устранения.3. Заключение по результатам независимой антикоррупционной экспертизы носит рекомендательный характер и подлежит обязательному рассмотрению органом, организацией или должностным лицом, которым оно направлено, в тридцатидневный срок со дня его получения. По результатам рассмотрения гражданину или организации, проводившим независимую экспертизу, направляется мотивированный ответ, за исключением случаев, когда в заключении отсутствует предложение о способе устранения выявленных коррупциогенных факторов «Общественная палата Российской Федерации, общественные палаты субъектов Федерации, иные институты гражданского общества, а также граждане   могут за счет собственных средств проводить независимую антикоррупционную экспертизу нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов)» Указать виды ответственности за неисполнения закона. В кодекс об административных нарушениях внести специальные статьи ответственности должностных лиц нарушающих данный вид законодательства.Целесообразно выделить Общественную палату РФ

«Практический опыт взаимодействия властных структур

и негосударственных организаций в условиях

социально-экономического кризиса».

В ходе формирования гражданского общества актуальным становится целый комплекс конструктивно выстроенных шагов. Особое значение приобретают вопросы определения сущности, роли и места организованной негосударственной деятельности (деятельности в сфере гражданского общества), а также вопросы установления взаимодействия между властными структурами и негосударственными организациями. История показывает, что время социально-экономических преобразований не тормозит  процесс развития этих вопросов, поскольку определяющим двигателем в этом направлении становится то, что система негосударственных структур позволяет выявить весь комплекс многообразных интересов различных социальных слоев населения и учесть их при разработке механизма взаимодействия негосударственных организаций (как структур гражданского общества) и органов государственной власти. На этой волне начинаются преобразования в законодательстве. В недавнем прошлом,  а именно в начале 1990-х годов социальные элементы гражданского общества еще недостаточно осознавали свою значимость, законодательство, касающееся этих институтов, было не сформировано. Нормативные акты, регулировавшие правовой статус негосударственных организаций, оставались бессистемно разбросанными в актах различной юридической силы. Причем основным способом регулирования избирались  преимущественно подзаконные акты. Наверное,  1995 год можно считать переломным в решении вопросов правового обеспечения статуса и деятельности негосударственных  организаций. С 1 января 1995 года вступила в действие часть первая Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепившая в специальном разделе (ст.ст. 116- 123) практически все действующие нормы о некоммерческих организациях. (2) В 1995-1996 годах Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации принимает сразу пять федеральных законов, определяющих правовой статус основных видов некоммерческих организаций. Среди всех законов,  наверное, основным, базовым для всех форм и видов организованной негосударственной деятельности (деятельности в сфере гражданского общества) можно считать Федеральный закон «Об общественных объединениях», вступивший в силу 25 мая 1995 года. Данный закон носит либеральный характер, защищая свободы граждан и общественных объединений, предоставляя им дополнительные права. Среди них – право легального существования без государственной регистрации, что не снимает ответственности таких объединений за совершенные ими противоправные деяния, а также право самостоятельного выбора общественными объединениями своей организационно-правовой формы из перечня, предложенного в законе. Четко разделив сферу государственной деятельности и общественной инициативы, закон кардинально меняет правовую основу отношений между государством и гражданским обществом. Происходящие преобразования привели к необходимости искать решения многих выявленных социальных потребностей негосударственными организациями но во взаимодействии с структурами власти. Сегодня жизнь выдвигает социально-политические направления на первые места. Ориентация  на стратегию социального прорыва предполагает выработку новых социальных механизмов и технологий, в том числе и отношений социального партнерства межсекторного взаимодействия, способных обеспечить дальнейшую мобилизацию огромного инновационного потенциала, которым располагают институты гражданского общества. Социальный заказ, наиболее перспективное направление развития межсекторного взаимодействия на условиях социального партнерства, вовлечения общественных организаций и бизнес структур в выполнение программ социально экономического развития города, территорий. Именно социальный заказ является инструментом реализации социальных программ. В основе социального заказа лежит идея формирования эффективной социальной политики, построенной на осуществлении гражданских инициатив как способа решения социальных проблем различного уровня на конкурсной основе. В больших административных центрах форма участия общественного сектора в реализации социального заказа в большей степени получила свое распространение в рамках программ социально-экономического развития административно-территориальных округов. Государственным заказчиком в этом случае выступают административные формирования, а также органы местного самоуправления. Социальный заказ, по существу, является формой взаимодействия трех секторов, когда исполнитель (представитель НКО) для выполнения социального заказа, утвержденного органом исполнительной власти, может привлечь средства или иные ресурсы предпринимательских структур. В этом и есть суть межсекторного ресурсного взаимодействия.

Еще одним механизмом межсекторного взаимодействия, предусматривающим целевое безвозмездное и безвозвратное (полное или частичное) финансирование социально значимых проектов, программ и мероприятий, осуществляемых негосударственными некоммерческими организациями – является грант (субвенции). В основе социальной технологии гранта лежит естественно и, прежде всего, гражданская инициатива, способность общественных организаций к поиску социальных проблем и путей их рационального решения. Наряду с этим, органы власти на конкурсной основе вправе реализовать собственные социальные программы с участием негосударственных некоммерческих организаций, а также программы поддержки социально значимых проектов и программ негосударственных некоммерческих организаций. Грантовые механизмы, выявляя эффективность деятельности НКО в социальной сфере, становятся основой для формирования новой политики, ориентированной на прогрессивную модель – модель социального инвестирования.

Большое практическое значение для укрепления российской  государственности имеет межсекторное ресурсное взаимодействие органов государственной власти, институтов гражданского общества и бизнеса. Политически стабильное, экономически сильное государство – важнейший фактор эффективного  социального развития общества. Возрастание роли государства становится инструментом реализации общенациональных интересов, согласование с ними разнообразных корпоративных интересов различных социальных групп, достижения на этой основе социального консенсуса. Поэтому, делая акцент на повышении экономической и социальной роли государства, нельзя допустить перекос – в сторону элементов командно-административного образца, или безответственности и коррумпированности государственных бюрократических аппаратов. Действенный социально-политический механизм предотвращения этих и других аналогичных негативных явлений – многоаспектное взаимодействие органов государственной власти, институтов гражданского общества и предпринимательства. Такое взаимодействие – необходимое условие обеспечения дальнейшей социальной модернизации, социализации личности, мобилизации внутренних резервов экономического потенциала страны.

Проблемы Российского общества

Отвечая на поставленный вопрос, я хотел бы рассмотреть проблемы Российского общества, препятствующие практическому применению теории социальной самоорганизации. На мой взгляд, в Российском обществе в контексте рассматриваемого вопроса существуют следующие проблемы:

  1. Закрытость.
  2. Неактивная гражданская позиция.
  3. Корыстные интересы социальных групп.

Говоря о проблеме закрытости Российского общества, необходимо отметить, что ключевым понятием синергетики является понятие открытой системы, т.е. системы, обменивающиеся веществом, энергией и информацией с другими системами. На этом основании к открытым системам относят и предприятия, и рынок, и человека, и общество. Считается, что открытые системы способны к саморазвитию и прогрессу, а закрытые – нет. Последнее обстоятельство в значительной степени объясняет политический интерес к синергетике.

Необходимо отметить, что в Российском государстве доминирующая роль последнего выражается практически во всех основных сферах жизни общества, что на мой взгляд приводит к закрытости общества. Например чрезмерное присутствие государства в экономике (через участие в акционерном капитале и госкорпорации). Особенное развитие тенденция участия государства в экономике  получила  в кризисный и посткризисный периоды. Согласно отчету Председателя правительства РФ в Государственной думе от 20.04.10 доля социальных расходов в бюджете РФ составляет 50% от общей суммы расходов. Наряду с тотальным огосударствлением экономики данное обстоятельство доказывает наличие тотального регулирования общества.

В отличие от открытого, закрытое общество воплощает идею централизованного контроля и тоталитарного регулирования всех сторон жизнедеятельности людей.    Синергетика утверждает, что развитие открытых и неравновесных систем (а к таким системам синергетика относит практически все социумы) протекает путем нарастающей сложности и упорядоченности.

Проблема неактивной гражданской позиции каждого индивида напрямую вытекает из первой проблемы. Поскольку продвижение к личной свободе связано с преодолением социальной связанности, среда оказывает сопротивление этому продвижению. Точки встречи равных по силе активности индивида и сопротивления среды являются критическими в связи с высокой степенью неопределенности выхода из них (точки бифуркации). Преодоление этой неопределенности реализуется самоорганизацией. Для человека свобода – высшая ценность. Без нее нет здоровья («болезнь – это связанная в своей свободе жизнь»), нет творчества и, следовательно, развития, продвижения в жизнеустройстве. Но в то же время жизнь индивида не мыслима без его отношений с другими людьми, а отношения – это форма связи, ограничение свободы. Возникающую в этом контексте дилемму «индивидуальная свобода – социальная связанность» социальная психология и социология традиционно решают посредством категории «личность», определяемую как совокупность интегрированных в психику индивида норм, принятых в сфере его жизнедеятельности. При этом доминирующей формой процесса социализации считается адаптация, т.е. приобщение человека к социальной среде и ее требованиям. Согласно определению В.Л.Романова, самоорганизация – это процесс, в котором создается и воспроизводится система, обладающая высоким уровнем сложности и большим количеством элементов, связи между которыми имеют не жесткий, а вероятностный характер.
Самоорганизация – это проявление структур в системе, не испытывающей каких-либо целенаправленных внешних воздействий.

Говоря о третьей проблеме, а именно о корыстных интересах социальных групп хочется отметить что, на мой взгляд именно это обстоятельство ставит крест на практическом применении теории социальной самоорганизации. Финансовый и экономический кризис показал уязвимость теории социальной самоорганизации именно «благодаря» корыстным интересам бизнес-структур. Живучесть самоорганизации негативных социальных тенденций огромна. Тем не менее наличие отрицательных сторон представительской демократии, слияние бизнеса и политики не должны склонять нас в сторону автократии, но должны стимулировать поиски путей совершенствования демократии и управления на всех уровнях. Корысть, как нравственный порок свойственна как для открытых так и закрытых обществ. До тех пор, пока в различных социальных группах будут преобладать корыстные мотивы теория социальной самоорганизации не будет иметь фундамента для ее реализации.

«Практическое значение теории социальной самоорганизации на современном этапе развития российского общества».

Говоря о роли теории социальной самоорганизации на современно этапе развития российского общества, нам хотелось бы осветить юридико-институциональный аспект рассматриваемой проблемы. Не обладая достаточными познаниями в тонкостях социологической науки, концепцию социальной самоорганизации мы понимаем, как совокупность научно-мировоззренческих представлений об общественных явлениях (как статических, институциональных, так и динамических, процессуальных), как феноменах, возникающих causa sue, в силу спонтанности, многогранности и многоукладности общественных отношений без какого-либо идейного единства, системного руководства, и внешней организации, и являющихся производными природы социума, его атрибутами. Мы склонны согласиться с истинностью доводов этой концепции и со своей стороны в ее обоснование можем ссылаться на исследования права, проведенные Гегелем и Г. Кельзеном.

Современное российское общество, как бы пошло это не звучало, находится в состоянии перемен и процессе развития и трансформации множества аспектов социального устройства. Уже можно сказать, что переходный процесс, инициированный в последней декаде XX века, подходит к концу: наиболее общий вектор развития социального устройства определен (это может засвидетельствовать факт принятия в начале 2000-х практических всех основных законов, в числе которых процессуальные кодексы, документы о защите рыночной конкуренции, и т.д.), однако теперь начинается еще более масштабный и ресурсоемкий процесс оптимизации сложившихся институтов, приведение их в состояние равновесия, состояние минимизации социальной стоимости и потерь «мертвого груза» (в частности, последние, точечные изменения основных институтов, проведенные новым президентом, направленные на их модернизацию, и в принципе успешно с этой задачей справляющиеся, например пресловутый 94-ФЗ, масштабные изменения в процессуальном, финансовом законодательстве). Вновь приобретает актуальность категория реформа в ее истинный смысл и назначение. В этом свете размышляя о прикладной (а не чисто научной) ценности концепции самоорганизации, можно выявить ее полезное влияние и ценность, как для российского реформатора, так и для общества, участвующего в реформируемых отношениях. Иными словами, и власть и общество должны понять и руководствоваться в качестве принципов некоторые следствия рассматриваемой концепции, а именно:

Власть: законодатель, нормотворец, реформатор должен осознать факт самостоятельности и известного уровня независимости и обособленности от его регулятивной власти общества и его институтов: многие отношения и нормы уже сложились в общественной жизни, приобрели форму традиций, обыкновений, психологических установок – кутюмов в чистом виде, обусловленных эффективностью и рациональностью именно такой конфигурации отношений, и для эффективной реформы достаточно просто институировать эти отношения, обеспечить их юридической защитой и сформировать соответствующие публичные структуры направленные на их обеспечение. Если что-то (конечно, не находящееся в сфере запретного или криминального) существует и работает, это, скорее всего, обоснованно, нужно и правильно, и нет смысла вводить нечто иное, создавая противоречия между формальными и неформальными институтами. Политическо-властная элита должна понять, что если вновь создаваемому институту сопротивляется общество, это не заказ политических оппонентов или незрелость самого общества, но возможно проблема вводимого института.

Общество: социум, как неорганизованный народ, так и объединенные структуры гражданского общества, наполнители контента и создатели смыслов и медийного пространства должны понять, что при формировании новых отношений, никто иной, кроме как само общество, не создаст базу для нормального функционирования новых институтов и что общество, организации и граждане это именно те субъекты, которым жить по закону, реализовывать его, претворять новые концепции в жизнь. А с другой стороны, если общество не довольно действиями власти и установленными нормами, оно не должно ждать, пока кто-то что-то изменит, и сетовать на пробельность закона и отсутствие институтов влияния на него, нужно эти институты создавать, отношения менять, а контроль осуществлять.

Резюмируя некоторым образом сказанное, можно утверждать, что любое полезное и эффективное начинание, реформа (как инициированная «сверху», так и «снизу») в силу трансцедентальных процессов функционирования и развития общества, на определенном этапе существует отдельно от инициатора (в самом социуме) и обретает должный масштаб и энергию и приводит к изменениям вне зависимости от его воли и ожиданий. Если общество в целом и конкретные лица в частности поймут это и будут опираться на это в своей деятельности, социальные издержки общественной жизни качественно уменьшатся в размерах, а эффективность любой реформы выйдет на новый уровень. Любая инициатива в общественной жизни и есть самое конкретное проявление общественной синергетики, самоорганизации, приобретшее словесную, письменную или конклюдентную форму.

«Практическое значение теории социальной самоорганизации на современном этапе развития российского общества»

Процесс социальной самоорганизации в развитии человеческого общества было и остается актуальной проблемой. Некоторые вопросы  были рассмотрены в античной, средневековой философии, в философии Нового времени. Теоретические  истоки социальной самоорганизации, с раскрытием проблем в области  социальных изменений мы изучаем в трудах классиков социологии О.Конта, Г.Спенсера, Э.Дюркгейма. Мы не можем рассматривать  теорию процессов социальной самоорганизации вне  диалектики кризисных процессов, разбирая характер и движущую силу в работах Э. Армонда, Ж. Бодрийяра, В.В. Ильина, Л.Г. Ионина, П. Логадека, А. Менегетти, Ч. Пероу Ф. Риггза и Д. Роуфена. Анализ тематизации управления кризисными явлениями дали Э.Ю.Соловьев, П. Сорокин, В.С.Степин, Б.Н. Порфирьев. Процесс глобализации и системные аспекты модернизации в России

изучали С.И. Агабеков, И.В. Бестужев-Лада, В.Ю. Большаков, Л.Л. Егурнов. Вопросы теории управления в ценностном и социальном аспектах изучали Э. Арато, К. Бланшар, М. Вебер, Н. Винер, Э. Дюркгейм, С. Канингем, М. О’Коннар, А. Коэн, А. Портер. Ф. Варела, Н. Луман, Н.Н. Марфенин, У.  Матурана исследовали процессы самоорганизации в контексте идеи аутопоэсиса. При анализе социально-философской рефлексии по проводу природы кризиса современного общества были актуализированы отдельные интуиции Н. Бердяева, И. Валлерстайна, П.П.Гайденко, Э.Гидденса, К. Гирц, А.У. Гоулднера, и Г. Маркузе. А. Камю, Т. Лессинг, Д.Лукач, М. Хайдеггер разрабатывали концепцию экзистенциального аспекта кризисного социума. Крайне важны  работы по анализу логики развития социальных систем, данны А.А. Зиновьевым и В.Н. Ивановым, В.И. Курбатов и О.В. Курбатова позволили лучше понять стратегию и тактику социального проектирования в условиях системного кризиса. Л.А. Микешина, Э.Н. Мирзоян, Н.Н. Моисеев, Р. Парк, Т. Парсонс разрабатывали онтологический и эпистемологический аспекты социальной самоорганизации. Проблема необратимости в естественных и социальных системах изучалась С. Петровым, И. Пригожиным, И. Стенгерс. Особое значение  занимают исследования по теории самообучающихся организаций таких авторов как П. Сенге, А. Клейнер, Ш. Робертс, Р. Росс, Д. Рот, Б. Смит. Эти теоретики впервые обратили внимание научного сообщества на сам феномен самообучающихся организаций. Они разрабатывают данную тематику средствами теории управления. Впервые обратились к исследованию самообучающихся организаций в социальной философии американский исследователь Дж. Стоунхауз, отечественные исследователи В.Ю. Большаков, А.Л. Свенцицкий, Б.З. Мильнер. Кризисное развитие в условиях информационного общества изучали Э. Тоффлер, А. Турен, У. Уэбстер, Р. Фирт, С.Л. Франк, С.С. Фролов, Э. Фромм, Ю. Хабермас, С. Хантингтон, В.Г. Шолохов, А. Щюц. Благодаря этим и другим работам мы имеем знания о механизмах и закономерностях взаимодействия субъектов истории,  о движущих силах исторического процесса. Кроме того, формируем видение  особенностей процесса самоорганизации и развития социальной системы, которые помогут  объяснить многие исторические факты, события, явления и возможно дадут основу для  сознательного управления историческими процессами. Особенно это важно в контексте десятилетних структурных преобразований в современной России, где мы увидели, что процессы социальной самоорганизации все еще плохо прогнозируемы на основе тех теорий управления, политики и права, которые применялись соответствующими властными инстанциями. Особенно отчетливо эта несостоятельность проявилась в тех сферах социальной жизни, где процессы самоорганизации  обусловлены кризисными явлениями, вызванными самой перестройкой, непродуктивным управлением, отсутствием согласования действий отдельных трансформационных систем и подсистем.

Одной из причин сложившейся ситуации является фрагментарность и бессистемность  исследований, на основе которых строились модели и тренды реформирования тех или иных сегментов российского общества. Правоведы, социологи, экономисты, политологи, теоретики управления и реальные политики не смогли преодолеть дисциплинарную разобщенность. Полагая именно свою сферу социального опыта ключевой, узкие специалисты не обеспечили интегральное видение и глубинное понимание происходящего. Долгое время в отечественной социальной философии господствовала установка на то, что кризис с неизбежностью является источником самоорганизации. В историческом материализме кризис оказывался итогом обострения противоречия, которое считалось внутренне присущим социальной системе или процессу. При этом совершенно игнорировалось то обстоятельство, что кризисы в действительности очень часто становятся причиной разрушения систем, их гибели. И связь между кризисом, с одной стороны, и процессами самоорганизации, с другой, – совсем не так проста и однозначна: это совсем не процесс порождения одного другим. В этой связи, состоящей из множества взаимодетерминирующих процессов, возможно лишь на основе фундаментального социально-философского анализа его источников, движущих сил и закономерностей. Только социально-философское видение и понимание смысла, природы и сущности взаимосвязей кризиса и самоорганизации в обществе может выступить интегративным началом для объединения исследования и прогнозирования,  принятия управленческих решений.

Практическое значение теории социальной самоорганизации на современном этапе развития российского общества

Новая динамика социокультурных процессов создаёт новые конфигурации экономики и социальной жизни.

Каждый человек, даже не знакомый с достижениями современной науки, каждодневно сталкивается, интуитивно чувствует, различает, в той или иной мере лично участвует в многообразных проявлениях Самоорганизации – в природе, в жизни общества, социальных отношениях, бизнесе, искусстве, спорте и, конечно, в индивидуальной жизни. Самоорганизуются, создавая устойчивые структуры все стороны жизни человека. Самоорганизуется социальная жизнь при недостатке регулирующих механизмов. Происходит самоорганизация политической жизни в условиях дефектов традиционных ценностей. При недостатке жизненных ресурсов или при неумении их открывать самоорганизуются в замкнутые, агрессивные анклавы и сообщества этносы. По синергетическим законам, постоянно изменяясь, строятся языки, организуется процесс творчества. В настоящее время, демонстрируя весь набор синергетических принципов, самостоятельно создаётся всемирная информационная сеть – Internet, над которой или рядом с которой невозможно встать, можно только войти в неё, стать её частью и действовать по её принципам.

«Логика развития человечества, – отмечал академик Н.Н. Моисеев, – связана с непрерывным расширением знаний и как следствие развитием техники, включением в жизнь нового ресурса, созданного человеком, исчерпанием старого, непрерывным появлением новых способов обеспечения потребностей человека, перестройкой структуры общества, её адаптацией к новым условиям жизни и т.д. Эти процессы идут спонтанно внутри общества и практически им не контролируются». Вот вопросы, на которые необходимо отвечать сегодня все тем, кто завтра собирается не выживать, а жить.

Познание социальной действительности сегодня обогащается за счет аккумулирования и метафорического переноса достижений, наиболее продвинутых в освоении природы наук. В «диалоге» наук рождаются новые научные подходы, в том числе и новая исследовательская парадигма социального прогнозирования и моделирования.

В новой исследовательской технологии важно то, что при исследовании флуктуаций неравновесных систем (случайные толчки, возникающие в системе после потери устойчивости) теория самоорганизации на базе неравновесной динамики раскрывает механизмы развёртывания, свёртывания и подчинения N-го числа параметров состояния системы, сведение их к одному параметру порядка, редко к немногим, возникновение, которого (которых) происходит неожиданно, но сразу переводит систему в ситуацию выбора нового состояния. Авторитет синергетики в значительной мере связан с открытием именно параметров порядка и их моментальным «узнаванием» в других сферах. Важно то, что параметры порядка или ведущие неустойчивости возникают в результате конкуренции в условиях хаоса и нестабильности, но, появившись сразу «закабаляют» все остальные неустойчивости, резко сокращая число степеней свободы системы и уплотняя ее информацию. В таком виде система уже может описываться, прогнозироваться, моделироваться без привлечения сложнейших теорий. Она становится понятной без упрощения ее сложности. Так, мозг человека состоит из ста миллиардов нейронов и для того, что бы его описать с целью выяснения механизмов генерации идеи необходимо решить несколько уравнений, но озарение возникает после определенных творческих мучений сразу, просто и красиво.

Среди различных новых состояний оказывается и такое, в котором система лучше приспособлена к изменённой окружающей среде, т.е. явления самоорганизации рождаются самой открытой системой спонтанно в результате потери ею предшествующего устойчивого состояния, а выбор, по какому пути пойдёт эволюция после бифуркации (точки надлома процесса, где нет единственности решения), определяется «случайно» в момент неустойчивости.

Если имеется ансамбль систем, и они конкурируют, то флуктуация и отбор приводят к эволюции систем.

При таком «прогрессивном» применении теория самоорганизации теряет своё нейтральное значение как источник знания и начинает выполнять несвойственную ей роль в политической борьбе в качестве аргумента за утверждение нового мировоззрения.

В моменты потери устойчивости система всё делает сама: генерирует и сжимает информацию, выделяет ведущие параметры порядка, упрощает свою структуру, определяет формы взаимодействия и корреляции и т.д. Она самоорганизуется. А вот как её новые формы будут восприниматься – это уже другой вопрос. Поэтому, если в принципе невозможно предвидение тенденции, то вполне возможно предсказание реакции населения на те или иные грядущие изменения.

Имея на вооружении возможные сценарии перевода страны на принципы самоорганизации, возникла потребность определиться в специфике самого материала, участвующего в процессе преобразования. Чаще всего, заимствуя западные методики, мы экстраполируем чуждую специфику и бесполезно ожидаем европейских результатов. Понимание специфики национального материала важно и для того, чтобы понять, в каком цивилизационном русле мы находимся. Или мы представляем собственную цивилизацию, не сводимую ни к Западу, ни к Востоку, ни к Югу. Устраивает ли нас наш канал эволюции и какую цену мы готовы заплатить за изменение русла российской эволюции? Если мы самоиндентифицируемся как часть той или иной цивилизации, то особых проблем нет – рецепты готовы. Однако по всей знаемой нашей истории красной нитью тянется повторяемость ряда специфических явлений.

Среди них: 1) Любые заимствованные «заморские» образцы в России приобретают уродливые формы и не входят без насилия в плоть нации. 2) Власть не признает даже подобия разделения и постоянно стремится к абсолюту, в противном случае она перестаёт быть властью. 3) Любое несовпадение позиций всегда приобретает форму расколов и противостояний. 4) Механизмы принятия решений всегда сакральны и не понятны даже нам. 5) Страна вечно испытывает нужду в генерации национальной идеи, но никогда не в состоянии её сформулировать для себя. 6) Россия постоянно живёт в режиме догоняющей модернизации, но никого не может догнать. 7) Потеря устойчивости происходит систематически и всегда в крайне жёсткой форме (эта особенность хорошо прослеживается в русских сказках). 8) Бифуркации никогда не происходят естественно и своевременно, они либо оттягиваются до последнего рубежа, ликвидируя условия эволюционного решения нарастающих проблем, либо преждевременно провоцируются. 9) Несмотря на все изменения, происшедшие в мире в XX столетии (новая динамика, иные ритмы, НТР и т.д.), интенсификация остаётся недостижимой мечтой России, а экстенсивность, заложенная ещё традициями древнего подсечно-огневого земледелия, продолжает оставаться основным модусом развития. В случае же исчерпаемости этого пути – страна тормозит своё развитие. 10) В России нет и никогда не было конкурентной среды в европейском понимании этого слова. 11) На протяжении веков Россия пытается сорганизоваться в некий суперэтнос, но на крутых поворотах истории вновь рассыпается на части, не оставляя надежды на скорое восстановление.

Следует признать, что существует кардинальное несоответствие нашего пути, нашего сознания европейской ментальности, европейскому вектору развития.

Написано: admin

Октябрь 10th, 2019 | 1:49 пп