Учебно-методический центр

по аттестации научно-педагогических работников ВУЗов

Главная | Философия | Обществоведение | Книги | Учебники | Методики | История | Религия | Цели и задачи

Основания инновационного прорыва — часть 2

Раздел 8. Управление сложностью в социальном контексте — Часть 6

К четвертой группе относятся неопределенности «новой рациональности», включающей иррациональность как норму, как ценность познания и деятельности (законы Мэрфи, законы Паркинсона, российские законы Паркинсона по Ю.М. Лужкову1). Реальное управление может оказаться и оказывается в ситуации, в которой правила меняются «по ходу игры». Видимо, не следует забывать и о том, что еще М. Вебер, разрабатывая управленческую модель «рациональной бюрократии», дал характеристику иррациональной модели бюрократического управления. Так что, поскольку управление не только наука, но и искусство, в этой его действительности всегда найдется место «театру абсурда». И не является ли таковой традиционная для некоторых структур имитация управления?

Пятая группа – неопределенности и иллюзии так называемого «правильного развития», при котором руководители, властные структуры и соответствующие институты прикладной управленческой науки по неизвестной причине «лучше самих граждан» знают, что нужно гражданам для их «счастливой жизни». Не от того ли некоторое время назад и возникла ирония Расула Гамзатова «сижу в президиуме, а счастья нет»? И приходит к управляющим структурам горькое для них понимание, что нельзя строить счастливую «жизнь для людей», это могут сделать лишь сами люди, опираясь на помощь государственных и общественных структур управления и социальной самоорганизации. Привычная абсолютизация целей (как и средств их реализации) в народной мудрости получила выражение «остаться у разбитого корыта».

В шестую группу входят неопределенности, связанные с непредсказуемостью «человеческого фактора», человека как субъекта управления, организации, самоорганизации, дезорганизации. На это указывает и распространенный парадокс: человек думает одно, говорит другое, а делает третье.
Наконец, в седьмой группе — неопределенности, возникающие в конфликтной ситуации, когда противостоящая сторона стремится любой ценой помешать другой стороне достичь той или иной цели. Тут уж не до церемоний, и все средства хороши. Как не вспомнить, в данной связи, мысль Л.Н. Толстого, высказанную им сыну, что «люди поступают так или иначе не потому, что они злы, а потому что действуют в соответствии со своими убеждениями, принятыми за веру».
Рассмотрение и учет видов социальной неопределенности делает более оптимистичным, хотя и не легким, решение сложных социальных задач управления. Неопределенность в управлении выступает как характеристика управленческого процесса, состоящая в акцентировании внимания на отсутствии «достаточной» по фиксированным критериям определенности, оформленности, устойчивости форм текущего процесса, непредсказуемости траектории движения управленческого процесса, негарантированности достижения управленческого результата (О.С. Анисимов).

По логике изложения теперь необходимо обозначить такую инновационную проблему сложности как управление социальными рисками, прежде всего рисками политического и административного государственного управления, муниципального управления.

Риск – социальный конструкт, выражающий меру потребности, возможности, сложности, опасности в организации жизнедеятельности. Ипостаси риска: риск как становление, неопределенность наступления того или иного события, как угроза, как шанс, надежда на выигрыш в конкуренции, успех, обеспечение нового качества жизни («кто не рискует, тот не пьет шампанского», «открытие будет, если рискнешь» – Ю. Нортштейн, автор «Ежика в тумане»).
Социальный риск включает риски межчеловеческие, коллективных, иных, в том числе – институциализированных, взаимодействий. Приобретают особую значимость риски социальной организации и социального управления, включая государственное, муниципальное, конфессиональное, бизнес-управление, риски социальной самоорганизации, а также риски взаимодействия человека с природой и технологией.

Разновидностью социальных рисков является риск управленческий (от франц. risque – опасность, опасный) – возможная опасность и шанс на уверенное будущее в управлении развитием и функционированием организации; специфическая управленческая деятельность (управление рисками) в условиях неопределенности и ситуации неизбежного выбора.
Наблюдаемые характеристики риска: универсализация риска, то есть возможность глобальных бедствий, которые угрожают всем независимо от класса, этнической принадлежности, отношения к власти; глобализация риска, который приобретает необычайный размах, затрагивая большие массы людей; институциализация риска, то есть появление организаций, принимающих его в качестве принципа собственного действия; возникновение или усиление риска в результате непреднамеренного побочного эффекта (либо эффекта бумеранга) человеческих действий (Е.Л. Петренко). Виды управленческого риска: оправданный – неоправданный, определенный – неопределенный, правомерный – неправомерный. Типы управленческого риска: рациональный (обоснованный), нерациональный (необоснованный). Степени управленческого риска: допустимый, критический, катастрофический. Управленческий риск связан с прогнозами рисков (Д.С. Чернявский), управлением рисками, смягчением воздействия риска на результаты деятельности. Риск, связанный с принятием решений, приобретает «эпидемический характер», то есть становится «мегариском» (А. Печчеи); понятие «риска» – центральное в обществе, которое прощается с прошлым, с традиционными способами деятельности, открывается для неизведанного будущего (Э. Гидденс). Время рождает новые управленческие риски; риски формируют время.

Диалектика этого взаимодействия в полной мере характерна для социального времени/пространства и социальной самоорганизации. Важно минимизировать риск, понимая, что излишняя минимизация может привести к проигрышу в стратегии. Проблема проблем в управлении – прогнозирование и предупреждение необоснованных рисков, снижение ущерба от катастроф и социальных катаклизмов. Необходимость политических решений и рисков рождает новые риски в административном управлении; напротив, непринятие или несвоевременное принятие политического решения порождает риск бюрократизации проблемы – «административные волны», создающие имитацию управления. Может стать реальностью риск утраты управляемости.

В свою очередь, управление социальными рисками – одна из ключевых проблем социологии управления. Включает диагностику социальных рисков и альтернатив, оценку и обоснование рисков, рискогенных зон и действий, факторов риска, прогнозирование последствий рискованных решений, инновационных изменений; тесно связано с развитием социальных систем в неравновесном и сильно неравновесном состоянии; имеет существенное значение в стратегическом государственном управлении, предпринимательстве, конфессиональном управлении, опирается на опыт организаций, имеющих дело с рисками во взаимодействиях человека с природой (МЧС, Медицина катастроф, Аэрофлот, Минатом и др.).
Развивая тему социальной сложности, прикоснемся к проблеме, «запретной» для традиционной науки (впрочем, и для управленческой практики) – хаосу как фактору обновления сложной организации.

Предварительно заметим, что уже древним мыслителям было ясно, что хаос не бесструктурен, связан с движением, порядком и беспорядком. В социологии государственной службы возникла идея о том, что дезорганизация может стать не только путем к социально-организационному хаосу и потенциальным катастрофам, но и источником новой организации, в том числе – более высокого уровня2. В современной науке начинает складываться представление, что хаос как сложная взаимосвязь порядка и беспорядка в реальных системах выполняет множество различных функций в процессах самоорганизации в природе, психике человека и обществе:
— как способ выхода на тенденцию самоструктурализации открытой нелинейной среды;
— как способ синхронизации темпов эволюции подсистем внутри сложной системы и тем самым как способ сохранения ее целостности;
— как способ поддержания сложной организации (самоорганизованная критичность) за счет балансирования на краю хаоса;
— как фактор приспособления к изменчивым условиям окружающей среды;
— как способ рождения красоты в процессе перехода от порядка к хаосу, от симметрии к асимметрии, и обратно;
— хаос, точнее доля внутреннего хаоса, как необходимое дополнение к внешнему управлению, контролю, планированию, как способ самоуправления сложной системы;
— хаотичность, разбросанность, разнообразие элементов как основа достижения их единства, организации (единство через разнообразие как принцип теории систем, порядок через хаос/И. Пригожин/, порядок через шум /X. фон Ферстер/, организующая случайность/А. Атлан/);
— как стимул, толчок эволюции, спонтанность как жизненный порыв;
— и, наконец, именно на стадии спада активности и возрастания диссипативных, рассеивающих, хаотических процессов могут устанавливаться новые связи, возникать новые структуры, инициироваться процессы морфогенеза, словом, хаос – это фактор обновления сложной организации3.

К указанным подходам нельзя относиться подобно анархистам, утверждавшим, что «анархия – мать порядка», доводившим ее до абсурда. Впрочем и традиционный ужас управленца перед хаосом в системе управления вряд ли совместим с некоторыми феноменами, выраженными в терминах «контролируемая анархия»4, «творческий хаос» (Ф.Н. Тютчев), «динамический хаос». И социосинергетика, включая в предмет исследования спонтанные, когерентные и иные подобные процессы, выявляет дополнительные возможности для социального управления и самоуправления. Недаром И. Пригожин и И. Стенгерс символично назвали свою уникальную книгу «Порядок из хаоса».

Социальная материя порождает все новые и новые организационные структуры. Как замечал Н.Н. Моисеев, одни из них «определяют на какое-то время «области притяжения» и диктуют в «своей окрестности» определенные правила поведения «траекторий» процессов развития эволюционного (дарвиновского) типа. В других случаях мы видим образования типа «странного аттрактора», порождающие хаос и стохастику, но вместе с тем, содержащие и определенный им свойственный порядок. Существуют и другие формы стабильных и устойчивых образований»5.

1 См.: Лужков Ю. Российские законы Паркинсона. М., 1999.

2См.: Кузнецова М.А. Дезорганизация государственной службы//Теория и практика государственного управления. Международный журнал. 1993. № 6.

3 См.: Князева Е.Н., Курдюмов С.П. Основания синергетики. Режимы с обострением, самоорганизация, темпомиры. С. 106 – 107.

4 См.: Мерсер Д. ИБМ:Управление в самой преуспевающей корпорации мира. М., 1991.

5 Моисеев Н.Н. Расставание с простотой. С. 185.

Раздел 8. Управление сложностью в социальном контексте — Часть 7

Сделаем несколько выводов, как кажется, полезных человеку управляющему, склонному к оценке стабильности, равновесности как некоей абсолютной высшей ценности. Не снимая значимости стабилизации, динамического равновесия в социальной жизни и управлении, отмечу: именно неравновесность (состояние удаленности системы от равновесия под действием сил, которые характеризуются процессами обмена между динамической системой и средой) и есть то, что порождает порядок из хаоса; самопроизвольная самоорганизация возможна только в неравновесных системах (А. Баблоянц). Вдали от равновесия каждая часть системы «видит» всю систему целиком.

Различают слабую неравновесность (состояние системы вблизи точки равновесия, в которую она возвращается при прекращении воздействия) и сильную неравновесность (когда система не может вернуться к прежнему равновесию). В сильно неравновесной системе малый сигнал на входе может вызвать сколь угодно сильный отклик на выходе, а в точке бифуркации принципиально невозможно предсказать, в каком направлении будет происходить дальнейшее развитие: станет ли состояние системы хаотическим или она перейдет на новый, более дифференцированный и более высокий уровень упорядоченности или организации. Неравновесность социальных процессов – важнейшая особенность современного развития. Примем ли мы ее как норму и ценность, хотя и парадоксальную, но неотъемлемую для современной управленческой ситуации?

Для автора синергетика – не единственный «свет в ночи», но прорыв к новым мирам и новой науке. Она, особенно социосинергетика, может дать дополнительные возможности для успешного управления и может, что не менее важно, инициировать становление постнеклассической социологии, развитие других ветвей социального знания. Полагаем возможным и необходимым для управления социальной сложностью становление социологии неравновесных состояний (В.С. Карпичев, В.С. Капустин), сохраняющей в себе значимость «непреднамеренного» (Э. Гидденс, Р. Мертон), надиндивидуальных социальных фактов, обеспечивающих взаимодействие и единение социальных общностей (способов деятельности, социокультурных установок, коллективных представлений, мнений, идентификации, отношений и связей). Эта отрасль социологической науки, в значительной мере эмерджентная, парадоксальная (Ж.Т. Тощенко), альтернативная, может быть основана на осмыслении нелинейной, неравновесной, необратимой социальной реальности, характеризуемой возможностью внезапных изменений направления течений процессов. Подобно «альтернативной истории» Арнольда Тойнби, получившей своеобразную окраску в России – стране «непредсказуемого прошлого», она опирается на нетрадиционный анализ, имеющий дело с полем возможностей как в отношении человеческих и институциальных взаимодействий в отношении человека и Природы, так и в осознании этих взаимодействий и взаимоотношений.

Провозвестником данной отрасли стали работы Э. Дюркгейма «Самоубийство», П. Сорокина «Человек и общество в условиях бедствия», Э. Тоффлера «Футурошок», Г. Маркузе «Одномерный человек», Г. Лебона «Толпа», некоторые социолого-психологические разработки малых групп, ориентированных на нестандартные ситуации. Возможности успешной реализации социологии неравновесных состояний во многом связаны с попытками рассматривать некоторые социальные системы (может быть большинство?) как диссипативные структуры, в корне меняющие традиционные представления об управлении. Ей на помощь приходит социосинергетика, «сталкивающаяся с необходимостью использовать огромное количество параметров состояний, как явных, так и не актуализированных, с отсутствием четкой локализации, наличием мощных пластов контекстуальности, длительной латентности, размытых образов, «нераспакованных» смыслов и «неформализованных» языков» (В.С. Капустин).

В предметном поле неравновесной социологии могут появится такие проблемы, как резонансные и когерентные социальные процессы, дезорганизация как источник новой организации, социальные противовесы, «компенсирующие механизмы», альтернативные (дополняющие) решения, поддержка спонтанной социальной инициативы, нелинейные сетевые организационные структуры, опережающие технологии подготовки кадров управления, качественные изменения в социальном сознании и самосознании руководителей. Возможно этот путь станет противодействием мощному наступлению корпоративного образования в области социологии, снижению значимости системной фундаментальности, поиску заменяющей ее экзотики, о чем идет речь в аналитическом доклада «Совершенствование социологического образования», в котором представлены основные результаты выполнения программы Инновационного проекта развития образования в области социологии1.

Феномен нарастающей сложности социальной реальности, получивший в специальной литературе статус доминирующей тенденции, по принципу (закону) соответствия требует адекватного усложнения управляющих структур. Следствием этого выступают инновационные социальные задачи высокой сложности.
Задача, по О.С. Анисимову, – нормативное представление о способе достижения мыслительной или деятельной цели, предполагающее переход к реализации содержания способа. Это текст, выражающий фиксированные сведения о «ситуации» и содержание вопроса, ответ на который содержится в сведениях («исходных условиях»). Форма мыслительного процесса, характерная для постановки решения задач, возникает из коммуникации и, более точно, из процесса организации понимания высказывания, процесса «допонимания». Типичным ритуалом допонимания является произнесение фразы: «Я правильно Вас понял, что…?». В нем находится предоснова структуры задачи2.

Решение социальной задачи субъектом управления опирается на логику знаний, прошлый опыт, интуицию и чувства (эмоции). Чувства (тревога, ответственность, долг, страх, справедливость, неуверенность, надежда и др.) непосредственно включены в выбор решения, играют существенную роль в решении задачи. Следовательно, в механизме решения задачи наряду с сознанием участвуют подсознание, «коллективное бессознательное» (К. Юнг), стереотипы, традиции, другие условия и факторы.

1 См.: Константиновский Д.Л., Овсянников А.А., Покровский Н.Е. Совершенствование социологического образования. Аналитический доклад. М., 2005.

2 См: Анисимов О.С. Задача // Методологический словарь для управленцев. М., 2002. С. 45–46.

Раздел 8. Управление сложностью в социальном контексте — Часть 8

Структура и алгоритм 1 решения инновационной
социальной задачи высокой сложности

  •  потребность, вызовы и угрозы Среды как объективная основа инновационной социальной задачи высокой сложности
  •  включение инновационной социальной задачи в реальный контекст доминирующих тенденций управления будущим (высший уровень сложности)
  •  обеспечение формы выражения и средств фиксации инновационной социальной задачи (принцип-задача, закон-функция, миссия, национальный приоритет, постановление, программа решения, «социальный заказ», проект)
  • определение субъекта решения инновационной социальной задачи
  • определение условий реализации инновационной задачи второго уровня сложности (управление настоящим) в новом социальном времени и пространстве, обеспечение легитимности
  • выбор способов (методов) реализации инновационной социальной задачи высокой сложности, включение в механизм «русла следования – параметры порядка – аттракторы», альтернативы
  • поиск алгоритмов технологии реализации инновационной социальной задачи, «свертывания сложности», определение темпов, сроков, контроля, пределов и императивов, ответственности
  •  стимулирование и мотивация решения инновационной социальной задачи
  • обоснование и интерпретация результатов решения инновационной социальной задачи высокой сложности

При анализе сложных систем используется режим с обострением как тип модельных задач, благодаря чему нередко обнаруживаются важные, даже парадоксальные, свойства, которые не видны, затеняются многочисленными побочными факторами при исследовании реальных процессов. Не случайно научная школа, в которой лидировал С.П. Курдюмов, опирается на теорию нестационарных быстроразвивающихся структур в открытых нелинейных средах (системах). В ее проблематику входят способы взаимного переключения лавинообразных процессов, конструктивные принципы коэволюции сложных структур, иначе говоря, принципы соединения, сборки структур «разного возраста», структур, развивающихся в разном темпе, в одну более сложную. Кроме того, исследование эволюционных процессов в мире с точки зрения режима с обострением дает некоторые основания предложить модель мира как иерархии различных темпомиров, зависимых, проникающих друг в друга, или же независимых, параллельных.
Американская пословица гласит: «не думайте о проблемах, а – о том, как их решить». Мы не ставим своей задачей в данный момент обосновать решение какой либо конкретной социальной проблемы (препятствие, несоответствие, противоречие, противодействие, отставание), как пример решения. Наш технологический поиск по-прежнему сосредоточен в области «технологии технологии», технологического решения задач высокой сложности. При этом отдаем себе отчет в трудности получения подобных материалов, что заставляет использовать аналоги из технико-технологических областей творческой деятельности.

Подходы к решению творческих задач
различной сложности
(по Л.П. Гримаку)

Задачи первого уровня решаются применением средств, прямо предназначенных для данных целей. Здесь требуется мысленный перебор лишь нескольких общепринятых и очевидных вариантов решений. Сам объект в данном случае не меняется. Средства решения таких задач находятся в пределах одной узкой специальности.
Задача второго уровня требует некоторого (небольшого) видоизменения объекта для того, что бы получить необходимый эффект. Перебор вариантов в этих случаях измеряется десятками. Средства решения такого рода задач относятся к одной отрасли техники.
Правильное решение задач третьего уровня скрыто среди сотен неправильных, так как совершенствуемый объект должен быть серьезно изменен. Приемы решения задач этого уровня приходится искать в других отраслях техники.
При решении задач четвертого уровня совершенствуемый объект меняется полностью. Поиск же решений ведется, как правило, не в области техники, а в сфере науки, обычно среди редко применяемых физических и химических эффектов и явлений.
На пятом уровне решение задач достигается изменением всей технической системы, в которую входит совершенствуемый объект. Здесь число проб и ошибок возрастает до сотен тысяч и миллионов. Средства решения задач этого уровня могут оказаться за пределами сегодняшнего дня науки; поэтому сначала нужно сделать открытие, а потом, опираясь на новые научные данные, решать изобретательскую задачу.

Одним из важных приемов решения инновационных задач является перевод их с высших уровней на низшие. Таким образом, если задачи четвертого или пятого уровня посредством специальных приемов перевести на первый или второй уровень, то далее срабатывает обычный перебор вариантов. Проблема сводится к тому, чтобы научиться быстро сужать поисковое поле, превращая «трудную» задачу в «легкую»2.

Другой аспект проблемы решения задачи, используя моделирование, рассматривают С.П. Капица, С.П. Курдюмов, Г.Г. Малинецкий. Они обращают внимание на обстоятельства, которые условно можно назвать выделением части из целого и «презумпцией оптимизма», подчеркивают, как стало ясно со времен Френсиса Бэкона, возможность выделить из огромного множества явлений и процессов небольшой круг, точно поставить вопрос и, пользуясь рядом процедур, получить конкретный ответ. И хотя при моделировании социальных систем способ выделения части из целого сейчас является менее очевидным, описанный вариант выделения ведущих переменных (параметров порядка) и построения системы моделей может оказаться полезным исследователям, которые его примут, и тем, кто будет искать убедительные альтернативы3.

С учетом специфики социально-управленческой деятельности данные подходы могут быть использованы при решении инновационных задач высокой сложности в области государственного управления. В этом случае возникает следующая «цепочка»: «практическая проблема» ® «исследовательско-управленческая задача» ® «технология решения задачи».

При этом инновационная деятельность – всегда парадокс. Как свидетельствуют результаты американских исследований творчества, при решении проблем 90% усилий тратится впустую: 50% времени уходит на попытки решения псевдопроблем, а 40% времени – на попытки решения их там, где они не могут быть найдены (Н.В. Гончаренко). Следовательно инновационная деятельность – удел профессионалов высшей квалификации, обладающих соответствующими способностями, культурой, волевыми качествами, в том числе – в духе русского менталитета – готовностью «положить живот свой за други своя». Иначе – государственная и общественная инновационная деятельность пойдет по инновационным вариантам криминала, проходимцев всех типов и мастей, весьма изобретательным и чувствительным к инновациям за наш счет.

Чтобы избежать «пагубной самонадеянности» в управлении, специально остановимся на проблеме, обозначаемой как область неуправляемости системы – область неэффективного управления, образуемая пороговыми значениями сочетания эндогенных и экзогенных переменных самоорганизации системы и управленческих воздействий. По Ю.Г. Федулову, в этих условиях переменная (параметр порядка), зависящая от значений эндогенных и экзогенных переменных системы и управленческих воздействий, по своему «размеру» оказывается сколь угодно малой в сравнении с размерами областей эффективного управления.

Из этого следует, что в данном состоянии социальной системы нарастают имитация управления, неконструктивная или конструктивная дезорганизация, происходит «всплеск» разнонаправленной самоорганизации. Социальные системы способны совершать иррациональные действия. Такой тип развития для социумов предполагает необходимость иметь технологии измерения риска отклонения, резервы прочности, наличие компенсирующих механизмов.

1 См.: Карпичев В.С. Алгоритмическое (технологическое) мышление. Стереотипы. Мышление в иной системе координат // Управление мыслительными процессами. Технологии. М., 1998. С. 153–173; Василенко Л.А., Мельникова Н.С., Рыбакова И.Н. Инновационные технологии решения сложных задач в государственном и муниципальном управлении. Часть 2.  М., 2007.

2 См.: Гримак Л.П. Резервы человеческой психики. М., 1987.

3 См.С.П. Капица, С.П. Курдюмов, Г.Г. Малинецкий. Синергетика и прогнозы будущего. С. 16.

Раздел 9. Управление изменениями

Мир представляет собою и изменчивость и неизменность, и, более того, их непосредственное единство; в основе этого лежит проходящая через весь мир полярность, антиподы которой столь же противоположны друг другу, сколь и тяготеют друг к другу: в их отношениях проявляется мировое движение, как ритм; благодаря ритму ставшее и еще не наступившее объединяются в одну систему, по которой будущее уже существует и в настоящем, как «ростки» наступающих событий; необходимо и  теоретическое понимание, и практическое осуществление этого.
«Книга Перемен»
На всем протяжении истории изменения воспринимались как катастрофа, а неизменяемость считалась целью организационных усилий человека.
Г. Форд
Способность к взаимодействию– основная причина ускорения изменений. Но хотя это не так явно заметно, способность к взаимодействию должна быть также признана причиной роста нестабильности.
К. Мейер, С. Дэвис
Человек способен приспособиться, только изменяясь.
Э.  Дюркгейм

Изменение — переход социального объекта из одного состояния в другое; любая модификация в социальной организации; процесс новообразований в социальных структурах, институтах, системах социальных отношений, деятельности, сознания. Итак, социальные изменения – все процессы от изменений в жизнедеятельности, отношениях и социальном сознании в планетарном социуме до изменений в организации и семье.

Включают:
а) естественные эволюционные социальные процессы: социальный отбор, становление новых социальных институтов (установлений), социальных услуг, социального рынка, эволюционные кризисы, социокультурные системы, парадигмы;
б) «рукотворные» социальные изменения: социальные эксперименты, нововведения, создание институтов –организаций, кризисы социальной деятельности (к примеру, организация искусственных банкротств, реализация в своей стране внешних «социальных заказов» в интересах тех или иных стран, финансовых групп, в том числе — собственных. В этом случае граждане могут стать беженцами в своей собственной стране). Особая группа социальных изменений — социальные теории, социальные реформы. Разумеется, мы обозначили лишь некоторые из многих типов социальных изменений.

Уже у Г. Спенсера появилась мысль о том, что социология изучает «новый класс факторов, которые становятся все более и более влиятельными причинами изменений»1. Речь идет о накоплении «надорганических» продуктов, вещественных и духовных. Похоже, что в современной теории организаций подобные факторы получают название «вторичных»2. В свою очередь, П. Сорокин представил принципы имманентных изменений социокультурных систем: имманентного порождения последствий; самоопределения системой своей собственной судьбы; самодетерминации как синтеза детерминизма и индетерминизма3.

Теория социальных изменений – социологическая теория, берущая начало от О. Конта, Г. Спенсера, Э. Дюркгейма, центральная идея которой – идея эволюции, закономерности изменений как на макросоциальном уровне (социум, общество), так и на уровне организации, отдельной социальной общности, рассматривающая социальные изменения как результат совокупности индивидуальных действий. Типы теорий социальных изменений, по Р. Будону: 1) стремящиеся выявить и доказать существование более или менее значимых и необратимых тенденций (трендов), этапов, стадий; 2) которые обозначают, формулируют причинно-следственные законы (закономерности), т.е. утверждения типа «если А, то В» или «если А, то (скорее всего) В»; 3) не затрагивающие вопрос о содержании происходящих изменений, а исследующих их форму (к примеру, схема научного развития по Т.Куну: нормальная наука → революция → нормальная наука); 4) в которых рассматриваются причины или факторы социального изменения4.

Поскольку социальное изменение, по П. Штомпке, связано с единичным эпизодом, переходом системы в новое состояние, то описание хода этих изменений, наступающих последовательно друг за другом и взаимно обусловленных изменений (фаз, этапов) системы, является описанием процесса, направленного или циклического (с возвратными состояниями)5.
Анализ синергетических моделей эволюции сложных систем, полагают Е.Н.Князева и С.П.Курдюмов, вероятно, позволит получить объяснение известному, давно описываемому историками феномену – периодичности в истории. Режимы замедления и распада, хотя бы частичного, и объединения, возникновения новых форм построения эволюционного целого, по-видимому, неизбежны. Всюду существуют «петли» процессов даже при слабой нелинейности, происходит перескок на процессы, знаменующие обратное движение по времени. Динамика развития сложных социальных организаций и структур связана с периодическим чередованием режимов убыстрения процессов и их замедления, режимов структурализации и старения различий, частичного распада структур, с периодическим смещением фокуса влияния от центра к периферии и обратно. Попятное движение во времени, частичный возврат к старому, к культурным и историческим традициям являются, наверно, необходимым условием поддержания сложной социальной организации.

Возможно, что ситуации общественных изменений, порождающие социальные конфликты, не идут «вразнос», когда имеются (или удается создать) адекватные социокультурные институты, способные выполнить функцию стабилизации общественной динамики (В.Г. Марача).
Сама инновация служит способом управления изменениями, способом управления развитием. Остановлюсь на социальном эксперименте – важнейшем методе познания и преобразования действительности, который может стать легитимным в управлении изменениями и для управляющих структур, и для граждан. В свою очередь, при удачном исходе, эксперимент превращается в фактор снижения сопротивления социальным нововведениям. Отрицательный же результат эксперимента (при соблюдении всех необходимых требований) также полезен, ибо выявится необоснованность предлагаемых социальных нововведений.

Социальный эксперимент

Социальный эксперимент – способ внедрения в жизнь новых форм социальной организации и оптимизации теории и практики социального управления. Его смысл – в искусственном построении социальной ситуации с целью получения нового знания, обогащающего социальную практику.

Функции социального эксперимента

  • познавательная (открытие новых связей, отношений, способов социальной организации);
  • управленческая;
  • самоорганизации;
  • воспитания (убедить сомневающихся) и др.

Особенности управленческого эксперимента

  • по А.И. Пригожину, есть две основные причины обращения к экспериментам в организациях: преодоление сопротивления изменениям, поскольку стадия эксперимента облегчает их осуществление; снижение риска от непредвиденных последствий радикальных решений;
  • эксперимент захватывает все этапы управленческого цикла (подготовка и принятие решений, организация исполнения, оценка эффективности и др.);
  • ядро управленческого эксперимента – персонал управления, управленческие структуры, управленческие отношения.

1 Спенсер Г. Синтетическая философия. Киев, 1997. С. 253.

2 См.: Организационная культура государственной службы. М., 2001.
С.133.

3 См.: Сорокин П.А. Социальная и культурная динамика: Исследование
изменений в больших системах искусства, истины, этики, права и об-
щественных отношений. СПб, 200. С. 741, 743.

4 См.: Будон Р. Место беспорядка. Критика теорий социального изменения.М., 1998.

5 См.: Штомпка П. Социология. Анализ современного общества. С. 456-458.

Раздел 9. Управление изменениями — Часть 2

Алгоритм социального эксперимента

  • Выдвижение идеи, обоснование, построение гипотезы (научное предположение).
  • Разработка концептуальной модели эксперимента:
  • выделение фактора, определяющего экспериментальную ситуацию (независимой переменной);
  • выделение зависимого фактора (группы следствий);
  • определение критериев оценки эксперимента (проверка гипотезы);
  • определение условий эксперимента.
  • Разработка программы эксперимента (цель,    задачи, объект, субъект, продолжительность, этапы, алгоритмы, результаты).
  •  Выбор и подготовка объекта и субъекта эксперимента (в параллельном эксперименте одновременно участвуют две группы – контрольная и экспериментальная, в последовательном – анализируется одна и та же группа, сначала – в роли контролирующей, затем – эксперименталь-ной; экспериментальный объект подвергается причинным изменениям; контрольный объект (эквивалентный) этим изменениям не подвергается. Лучше иметь несколько контрольных объектов. Выбор рабочей группы и подготовка рабочей группы экспериментаторов).
  • Разработка конкретного плана действий.
  •  Реализация экспериментальной программы (создание экспериментальной ситуации; решение экспериментальных задач; накопление опыта).
  • Измерение (сравнительный анализ) независимой и зависимых переменных в динамике (эмпирическая фиксация исходного и последующего состояний экспериментальных объектов).
  • Контроль и корректировка эксперимента.
  • Предварительная оценка итогов эксперимента.
  • Вывод объекта из экспериментальной ситуации.
  • Осмысление и теоретическая интерпретация итогов  эксперимента (Подтверждение гипотез, прогноз, разработка теории).
  • Разработка научных рекомендаций.

Алгоритмы управления нововведениями интересовали многих исследователей. О некоторых из них (И.В. Бестужев-Лада, Ю.А. Карпова, А.И. Пригожин, Б.Ф. Усманов) в контексте управления я уже упоминал в начале книги. В данный же момент приведу один из алгоритмов, приобретающий характер типового, следовательно методологически значимого в управлении социальными изменениями.
Алгоритм нововведения закономерно включает:

  • Информационно-аналитический этап — сбор и оценка исходных данных, определяющих потребность в изменении положения дел и обосновании инновационной идеи.
  • Этап генерации идей и принятия решений — рассмотрение альтернатив и выбор, формулировка цели, задач, способов преодоления сопутствующих проблем и достижения намеченного результата.
  • Этап проектирования и экспериментальной проверки — научное обоснование и конструирование модели нововведения, апробация проекта в лабораторных или локальных практических условиях, заключение о возможности применения инновации в предусмотренных масштабах.
  • Внедренческий этап — создание на основе апробированной модели технологии реализации нововведения, обеспечение инновационного процесса контрольно- управленческим механизмом, оценка внедрения проекта и перспектив его массового тиражирования.
  • Этап коррекции и оформления в «рыночный продукт» — отработка, доводка проверенных на практике модельных принципов и построений, унификация рабочих схем для сохранения диффузного эффекта в условиях полисистемной организации нововведения1.

Новые грани управления социальными изменениями раскрывает экспериментальный опыт реформирования государственной службы в Российской Федерации, приобретающий сегодня «второе дыхание» на новом этапе ее реформирования.
Реформа (преобразование и восстановление формы, реконструкция) административного управления, механизмом которого и выступает государственная служба, – это «преобразование способа связей (организационной структуры) государственного управления, отдельных видов и параметров связей, характера и состава элементов самих связей, направленное на повышение её эффективности»2, определяемое, в конечном итоге субъектами политического управления. По В.М. Меркулову, к признакам государственной реформы могут быть отнесены – целенаправленность, внутрисистемность, объективная, в том числе политическая, обусловленность, последовательность, направленность «сверху вниз», некоторые другие3.
Алгоритм первого этапа «светился» в ранжировании целей и задач реформы, ее приоритетов.

 

ЗАДАЧИ
ФЕДЕРАЛЬНОЙ ПРОГРАММЫ РЕФОРМИРОВАНИЯ
ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
(2003 – 2005 годы)

  • создание условий для оптимального организационно-правового обеспечения государственной службы
  • определение обязанностей, полномочий и мер ответственности государственных служащих на основе должностных (служебных) регламентов
  • внедрение новых методов планирования, финансирования, стимулирования и оценки деятельности государственных служащих, рациональное использование ресурсов в системе государственной службы
  • обеспечение открытости государственной службы в интересах развития гражданского общества и укрепления государства
  • применение эффективных методов подбора квалифицированных кадров для государственной службы, оценки результатов служебной деятельности государственных служащих, а также создание условий для их должностного (служебного) роста
  • реализация программ подготовки кадров для государственной службы и профессионального развития государственных служащих
  • внедрение механизмов выявления и разрешения конфликта интересов на государственной службе, а также законодательного регулирования профессиональной этики государственных служащих
  • создание оптимальных материально-технических условий для эффективного функционирования государственной службы и исполнения государственными служащими своих должностных (служебных) обязанностей
  • обеспечение развития системы управления государственной службой

Административная реформа, по замыслу российского руководства, осуществлялась в интересах укрепления страны, улучшения качества жизни граждан России. Она предназначалась, чтобы

  • реформировать правительство
  • укрупнить структуры, уменьшить количество промежуточных звеньев
  • соединить функции, избавиться от избыточных функций, когда одну и ту же  задачу решают чиновники различных ведомств
  • придать динамику и самостоятельность
  • повысить личную ответственность руководителя

Новая структура (федеральные министерства, федеральные агентства, федеральные службы) должна быть управляемой, способной выбирать методы и формы реализации решений. Она должна была быть прозрачной, чтобы было видно, кто и чем занимается.
Осмысление и спонтанное, но все же переосмысление итогов первого этапа реформы привело к необходимости ее продления. На необходимость реализации положений федеральных законов «О системе государственной службы Российской Федерации» и «О государственной гражданской службе Российской Федерации» подчеркнул Президент Российской Федерации в своем Указе «О продлении срока реализации Федеральной программы «Реформирование государственной службы  Российской Федерации»(2003–2005 годы) на 2006–2007 годы».
Высветились в качестве существенных и конструктивных такие проблемы как управление государственной службой, функционирование и  перефункционирование, внедрение способов управления, ориентированного на результат, профессиональное развитие, открытость государственной службы, разработка стандартов государственных услуг, административных регламентов, «упорядочение регламентов предоставления государственных социальных услуг, перечня платных государственных социальных услуг» (С.Е. Нарышкин).
Слабое информационное сопровождение административной реформы, как и её невразумительная идеологическая и социально-психологическая поддержка, также нуждаются в научной и технологической разработке.
О концептуальном переосмыслении института государственной службы России.
Основные компоненты социологической матрицы
 проектирования изменений института государственной службы:

  • социальная миссия
  • стратегические цели
  • принципы
  • функции и соответствующие им   структуры
  • социальные роли, статусы
  • номенклатура государственных социальных услуг
  • субкультура (организационная культура), ценностные ориентации
  • система запретов и императивов

Социальный вектор проектирования как определяющий, ведущий  отображает взаимодополняющие векторные величины:

  • социальные потребности и ожидания граждан, институтов гражданского общества
  • социально-темпоральную и социально-пространственную чувствительность института государственной службы;
  • социальную инициативу и ответственность административного института государственной службы;
  • государственная служба обладает автопоэзисом, способностью социальной системы самовоспроизводиться и существовать автономно. Автопоэтическим системам свойственны два принципа самоорганизации:
  • каждая операционально-замкнутая система обладает собственным поведением;
  • каждая операционально-замкнутая система изменяется путем «естественного дрейфа».

1 См.: Усманов Б.Ф. Социальная инноватика. С. 117.

2 Меркулов В.М. Методологические основания современной реформы в России. Реформа как метод повышения эффективности системы государственного управления//Инноватика государственного управления: прорыв в будущее. Материалы международной научно-практической конф. М., 2006. С. 212.

3  См.: Там же. С 215-218.

Раздел 9. Управление изменениями — Часть 3

Развитие института государственной службы опирается на ее доминирующие тенденции в российском социуме:

  • ориентация на основе мировых тенденций и отечественной демократической традиции на поворот государственной службы к гражданам
  • превращение ее в эффективный способ связи государственной службы с институтами гражданского общества, с муниципальной службой
  • развитие государственной службы как субъекта российского рынка социальных услуг для населения
  •  обеспечение конструктивного взаимодействия государственной службы как административного института с политическими институтами государства

Императивы государственной службы
(на материалах социологических исследований)

  • российскую государственную службу и по содержанию, и по организации, и по технологиям, методам, формам необходимо повернуть к гражданам, институтам гражданского общества
  • необходимо преодолеть разрыв, существующий между политическим и административным управлением, приводящий к низкой эффективности государственной службы
  • должна быть предпринята система мер по глубокому осмыслению и разработке государственной идеологии, отражающей коренные интересы народов России, способов государственного идеологического воздействия
  • российская государственная служба должна быть готова принять нравственный императив: не воровать, преодолеть коррупцию, бюрократизм, служить гражданам России
  • опираясь на отечественный опыт, в том числе на реальный опыт выхода России из системного кризиса, необходимо удержаться в русле общемировых тенденций развития государственного управления и государственной службы
  •  институт российской государственной службы, исходя из роли, миссии России в мировом социальном пространстве, должен смотреть в будущее, уже сегодня решать глобальные проблемы завтрашнего дня, за которые, кроме государства и института реализации его функций – государственной службы, скорее всего не возьмется никакой другой институт

Ключевые параметры проектирования изменений выступают алгоритмом социально-организационного проектирования института государственной службы.

Ключевые параметры проектирования изменений
института государственной службы:

  • экстраполяция на основе реального анализа нынешнего состояния российской государственной службы («проектирование от достигнутого»)
  • реальный анализ доминирующих тенденций ее будущего развития («проектирование от необходимого и возможного»)
  • установление системы запретов и императивов в становлении качественно новой системы государственной службы («проектирование от того, чего не должно быть»)

Государственную службу никому нельзя «приватизировать», особенно в научном плане. Концептуальный взгляд на нее, приближающийся к истине, всегда будет парадоксальным, вновь и вновь наталкиваясь на вечные противоречия политического и административного управления, государственных структур и граждан.

Напомню: именно об этом идет речь в работе У. Бока «Организационные теории и мифы, направленные на повышение производительности в государственном секторе»: «…Менеджеры государственного сектора испытывают некоторую неловкость от собственной преданности мечте о рациональном «рае». Вдохновляемые идеями административной науки применительно к  экономическим структурам частного сектора, они  испытывают трудности в  попытках выполнить работу «хорошо» из за действий политиков, которые представляются им иррациональными. Поскольку по своему образованию они не  подготовлены к осуществлению взаимодействия  между государственными учреждениями и политическими институтами, немало профессиональных государственных  чиновников испытывают разочарование и изолированность в рамках специализации и профиля, присущих данному учреждению. Последствия этого для значительной части профессионалов оказываются, по меньшей мере, пагубными…Неудивительно, что многие профессионалы государственной службы полагают, что они  не  только не  в состоянии культивировать свой рациональный «рай», но и заслуживают того,  чтобы быть изгнанными из него…Они сомневаются в логике, здравом смысле и принципиальности влияющих на их работу политических институтов. Вот почему многие из них обречены в самом трагичном смысле слова, на цинизм в отношении цели своей деятельности и отсутствии творческого оптимизма…  Политическое руководство также демонстрирует общее непонимание значимости прикладной теории производительности государственных структур. Становится все более очевидным,  что путь к повышению эффективности этих структур лежит через способность профессионалов справляться с парадоксами, присущими их организациям и вызываемыми конфликтом целей и задач – этой уникальной особенностью государственных учреждений»1.

О существенном повороте института государственной службы к гражданам как доминирующей тенденции, характерной для ряда моделей государственной службы, в том числе США, Германии, что соответствует структурным изменениям в системе государственного управления: от централизованной организации  к ориентации на граждан; от  ориентации на стабильность к ориентации на изменения; от ориентации на процессы к ориентации на результаты; от монополизма к  конкуренции2.

Это выражается для России, прежде всего, в увеличении объема, уровня и качества государственных социальных услуг на рынке социальных услуг страны; в опоре не только на минимальную «социальную корзину», а на социальные стандарты, соответствующие представлениям о достойной жизни; в изучении системы и динамики реальных социальных потребностей граждан. Пришла ли пора освободиться от иллюзии, что правительство всегда лучше самого народа знает, что нужно народу? Инновационная деятельность получит широкую поддержку лишь в том случае, если осуществляется в рамках повышения уровня и качества жизни граждан. Весьма вовремя в своих телепередачах историк Феликс Разумовский напомнил, что в старину на Руси считали: «обновить жизнь, значит ее исправить». После многих идущих «сверху» российских реформаций авторитет и доверие к структурам управления и государственной службы настолько снизился, что пора об этом задуматься всем власть имущим.

1 Бок Уолтер Л. Организационные теории и мифы, направленные на повышение производительности в государственном секторе // Эффективность государственного управления (пер. с англ.). М., 1998. С. 655-656.

2См. об этом: Лобанов В.В. Проблемы реформирования государственного управления в России // Государственное управление в XXI веке: традиции и инновации. С. 312.

Раздел 10. Основания гендерного прорыва

Мужчины и женщины имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации.
Конституция Российской Федерации
Справедливость не есть простое равенство, а равенство в исполнении должного.
В.И. Соловьев
«Пол женщины — это ее потолок».
Г.В. Старовойтова
И.М. Хакамада
«Никто не родится, пока не появится женщина».
Симона де Бовуар

Феминистское движение, прошедшее долгий и драматический путь, по иронии судьбы (после матриархата!) всегда было направлено на «отвоевание» у мужчин равных прав и возможностей женщин, не имевших или потерявших эти права и возможности. Были завоевания и поражения в России и за рубежом, словом «на войне, как на войне»…
История движения получила хорошее освещение в специальной литературе1, к сожалению, если судить по авторам, — как правило, женской. Настойчивость феминисток внушала и уважение, и некоторое подозрение за излишнюю «чистоту жанра» («борьба, борьбы, борьбой, с борьбою, о борьбе»). Порой феминистки «устрашали» даже женщин. В некоторой части российского женского населения родилась забота: «Берегите наших мужчин!». В 70-е годы прошла серьезная дискуссия по этой проблематике с участием демографа Б.Ц. Урланиса. Это был путь от первичного «избирательного» или «равноправного» феминизма (США, Франция, Англия), «радикал» или «анархо» феминизма, «культурного феминизма», «эко-феминизма», «поп-феминизма», «сепаративного» феминизма, «либерального феминизма», «социал-феминизма» до «постмодернистского феминизма», «феминистского психоанализа», «квотного» феминизма; от «феминизма различий» до «феминизма равенства»; от «феминизма» до «гендерного движения».

К позитивным результатам движения можно отнести эффективную борьбу за права женщин, против их дискриминации во всех областях жизни, за мир и социальную свободу. Многие женщины стремились стать субъектами  всего, что происходит, и перестать быть лишь объектами всяческого воздействия. Замечу, что российский опыт советского периода по преодолению векового угнетения женщины вызывал уважение во многих странах; он повлиял и на феминистские завоевания за рубежом. Феминизм стал неотъемлемой частью западной культуры, вошел в российское самосознание.

Но самый главный и парадоксальный его результат – появление на нынешнем этапе феминистского движения гендерного способа2 организации взаимодействия, взаимоотношений, социального сознания социальных групп «мужчины» и «женщины». То есть, феминизм можно рассматривать и как основу становления гендерной теории, идеологии, политики. Побочным результатом (эффектом) стало появление «мужского вопроса», в том числе в российской действительности.

Консервативное крыло феминистского движения пытается приспособиться к новой ситуации и продолжает борьбу с мужчинами (до полной победы!) и под знаменем гендера, рассматриваемого в качестве нового «оружия» традиционного феминизма. Однако, моя ирония ничуть не снимает значимости новых женских завоеваний и на этом пути. Логика здесь — преодоление традиционной гендерной асимметрии, как социальной несправедливости и гендерного неравенства. Замечу, что мужчины сегодня довольно миролюбиво относятся к массовому превосходству женщин (асимметрии) в искусствах – пении, танцах, музицировании, кулинарном искусстве, любовной игре; обучении, воспитании и педагогике; в вербальных навыках; торговле и ведении домашнего хозяйства; общении с природой; в преодолении семейных трудностей; страдании и испытаниях, в горе и радости, терпении и прощении, в верности, лукавстве и нежности… Женщина, наконец, иначе понимает жизнь; мужчины, включаясь в великую игру жизни, поддерживают идею о женщине, как изначальной тайне, позволяя «читать себя как книгу». Питер Друкер, о котором уже шла речь в книге, напоминает, что по Библии к источнику за водой всегда ходили только женщины, и мужчина никогда не был прядильщиком. Однако тот же Друкер полагает, что, к примеру, интеллектуальные работники, к какому бы полу они не принадлежали, – в первую очередь профессионалы, владеющие теми же знаниями, выполняющие ту же работу, следующие тем же стандартам и оцениваемые по тем же результатам. Социальные качества продолжаются в социальном поведении, занятиях, профессиях, предпочтениях.

Лидеры центристского направления феминистского движения интуитивно ощущают его стратегическую уязвимость, пытаются перестроиться, сохраняя верность женской проблематике, но и задумываясь о проблематике мужской. Эта сторона движения весьма привлекательна по своим делам и намерениям для социальной группы «мужчины», в том числе для мужчин – руководителей.

Инновационное крыло, оставаясь для многих «вещью в себе», тем не менее, успешно преодолевая традиционные стереотипы, со временем может стать источником гендерного прорыва, равного которому, возможно, еще не было в человеческой истории.

Гендерная теория, идеология приобретают собственную «структуру», многосубъектность. Гендерный подход становится основой гендерной социологии, опирается на самосознание, идентификацию, институциализируется, встраивается в реальное социальное время/пространство, то есть приобретает и предмет исследования, и методы, и принципы. И вряд ли решение такой инновационной задачи будет состоять в традиционном «наложении» социологического инструментария на новую область. Гендерная социология успешно развивается в творческой деятельности социологов Л.А. Василенко, известной гендерным инкорпорированием в учебный процесс, Т.А. Гурко, О.М. Здравомысловой, Е.А. Здравомысловой, М.М. Малышевой, А.А. Темкиной, Г.И. Осадчей и др.; экономистов М.Е. Баскаковой, Е.Б. Мезенцевой, Н.М. Римашевской, Л.С. Ржанициной и др.; философов Е.А. Баллаевой, О.А. Ворониной, И.С. Кона, Н.Л. Пушкаревой и др.: политологов С.Г. Айвазовой, Н.С. Григорьевой, Е.А. Кочкиной, Т.А. Мельниковой и др.; представителей некоторых других  направлений.  Возможно социология, опираясь на гендерную симметрию и асимметрию социальной группы «мужчины» и социальной группы «женщины», и будет социологией неравновесных социальных систем и процессов. В свою очередь, это может «встряхнуть» всю нынешнюю социологию, зациклившуюся на «обществе», мало замечающую государство, за исключением, пожалуй, государственной службы, как предмет исследования, утонувшую «во мнениях», превращаясь в «социологию заблуждений», а в гендерном аспекте — в социологию «положения женщин».
Контент-анализ нынешней гендерной специальной литературы показывает малочисленность авторов – мужчин, да и ваш автор — не был исключением из правил. Тем не менее, пришла пора внести и собственную мужскую лепту в основание гендерного прорыва.

Вначале о некоторых концептуальных предположениях. Если есть социальное равенство и социальная справедливость, то и в отношениях социальной группы «мужчины» и социальной группы «женщины» этот феномен присутствует, его динамичные контуры и характеристики постоянно фиксируются в общественном сознании. У социологии здесь несомненная заслуга. Однако, полагаю, что это в значительной мере – «равенство в неравенстве», гендерная «симметрия в асимметрии». И не только потому, что существуют биологические, физиологические, психологические и иные аспекты, рожденные Природой, которые требуют уважения и учета в социальной организации. Тем более, что люди, и мужчины и женщины, в природном отношении, как известно, не очень изменились.

Отношения социальные основаны на функциональных особенностях и приоритетах, на разделении общественного труда, то есть, в конечном итоге, на социальных потребностях и интересах всего социума, основу которого и составляют социальная группа «мужчины» и социальная группа «женщины» в их взаимоСОдействии и взаимодополнительности. Не мужская (женская) самоидентификация или другие качества, а естественные социоприродные процессы во многом определяли разделение труда и условия жизни мужчин и женщин.
Принятые ООН «Цели Развития Тысячелетия», направлены среди прочих и на решение гендерных проблем человечества. По Махбубу эль Хаку, пакистанскому экономисту, инициировавшему в 1990 году подготовку мировых докладов о развитии человека в рамках Программы Развития ООН, автору индекса развития человеческого потенциала (ИРЧП), основная цель человеческого развития – обеспечение людей более широким выбором, создание окружающей среды, предоставляющей возможность людям наслаждаться долгой, здоровой и творческой жизнью.

Гендерный анализ «позволяет понять в каждом конкретном случае различные способы организации общественного производства и воспроизводства, проанализировать, какую роль в обществе (производительную, репродуктивную или социальную) играют мужчины, а какую — женщины, а также проанализировать время, которое они посвящают этой деятельности в разные периоды жизни. Эти роли обычно определяются социальной и культурной организацией общества и обусловливают специфические потребности и различные поведенческие стратегии мужчин и женщин»3.

1См.: Айвазова  С.Г. Гендерная асимметрия российской повседневности// Русские женщины в лабиринте равноправия (Очерки политической теории и истории. Документальные материалы).  М., 1998; Гендерная история. Теория исследования: учебное пособие, материалы к курсу «От женской истории к гендерной истории. Смена познавательных ориентаций». Калуга, 2001; Гендерное равенство и расширение прав и возможностей женщин в России  в контексте целей развития тысячелетия. М., 2005; Ельникова Г.А. Философия феминизма (альтернативные феминистские концепции социокультурного развития). Белгород, 2002; Карелова Г.Н. Женщины в обновляющейся России: опыт реализации гендерного подхода. М., 1997; Костикова А.А. Гендерная философия и феминизм: история и теория // Общество и гендер. Рязань, 2003; Малышева М.М. Экономика и социальная политика: гендерное измерение. Курс лекций. М.,2002; Мельникова Т.А., Василенко Л.А., Рыбакова И.Н.,Мельникова Н.С. Национальный механизм по улучшению положения женщин в Российской Федерации. Обеспечение политики равных прав и равных возможностей для мужчин и женщин// Гендерные бюджеты в структуре социальной политики. Учеб. пособие. Часть 1. М., 2006; Осадчая Г.И., Юдина Т.Н. Гендерное равенство в России: стратегия и показатели. М., 2003; Феминизация бедности в России М., 2004; Фонг М. Роль женщин в перестройке российской экономики. Вашингтон, 1994; Шабанова А.Н. Очерк женского движения в России. СПб, 1912; Щепкина Е.Н. Из истории женской личности в России. СПб, 1914.

2 Гендер — социальный пол, выражение взаимодействия мужчин и женщин как социальных групп.

3 Sophie Charlier and Hele¢ne Ryckmans. Женские движения за другую глобализацию// Глобализация сопротивления: борьба в мире. М., 2004. С. 208-209.

Раздел 10. Основания гендерного прорыва — Часть 2

Так что, социальное равенство в гендерном измерении не в том, что «все делили пополам», а прежде всего рождается в естественном социальном отборе, является ценностью единого Социального рынка, в котором и институты, и социальные услуги, и «социальные сборки». С учетом этого решаются все социальные проблемы и вопросы, и, прежде всего,– гендерные.
В сложных процессах социальной самоорганизации и целенаправленных воздействиях и может вызреть то оптимальное социальное состояние, которое и станет «золотым сечением» в социальной динамике. Гармония отношений включает не только соразмерность (симметрию), но и несоразмерность (асимметрию). Об этом в эпоху Ренессанса писал Леонардо да Винчи, который не сводил гармонию к пропорции. Все дело в «золотом сечении», которое математически выглядит следующим образом:

А•   •В•   •С

АВ : ВС=АС : АВ
Или иначе — 5/3, еще точнее – 8/5, 13/8 и т.д., то есть отнюдь не «fifty-fifty» (50 на 50).

В русле наших размышлений ключевая проблема – гендерная симметрия и асимметрия, завершенность в незавершенности, взаимодополнительность, я бы сказал: «симметрия в асимметрии».  Пожалуй, именно здесь и, прежде всего, в гендерной асимметрии в принципиально новом измерении, лежит корневая система гендерной теории.
Если мы хотим перейти на уровень гендерного анализа, — полагает Н.М. Римашевская, – то целесообразно рассматривать социальные процессы по крайней мере в трех аспектах:

  •  с точки зрения гендерной асимметрии, оценивая положение мужчин и женщин по отношению к различным социальным структурам или в различных социальных структурах;
  •  с точки зрения равных возможностей для женщин и мужчин в отдельных сферах жизнедеятельности, что фактически измеряет перспективы гендерной асимметрии;
  • с точки зрения гендерной нейтральности социальных институтов и процессов, развитие которых происходит независимо от влияния половой принадлежности субъектов1.

Среди специалистов по гендерной теории – С.Ю. Рощин, эксперт-экономист: «…Невозможно говорить о гендерном равенстве, если мы имеем в виду только положение женщин. Это тоже очень существенная российская специфика. Формула, которую я как-то предложил и которую предлагаю использовать: мы сталкиваемся с асимметрией выгод и издержек для мужчин и женщин в России»2.

Я не отрицаю индивидуальной возможности и права на нее для любого человека (сменить пол, выбрать любую профессию, верить в Бога или справедливость и т.д.) — «каждый сам кузнец своей судьбы» (Гай Саллюстий Крисп), человек «сам отвечает за свой собственный проект» (Ж-П. Сартр). Из этих индивидуальных решений и образуются социальные процессы, социальные тенденции, социальные закономерности. Но раз возникнув, они живут своей жизнью, развиваются по своим собственным законам. Так и встает основная гендерная задача: исследовать законы (закономерности) взаимодействия социальной группы «мужчины» и социальной группы «женщины» и действовать в соответствии с ними во взаимном дополнении, обоюдном «строительстве». Полагаю, что это и будет динамичный, цивилизованный и справедливый асимметричный ответ на желания и надежды социальных групп «мужчины» и «женщины», ожидания всех институтов российского социума, во многом — и планетарного социума.

Вот так гендер, преодолевая «бинарный подход» («с одной стороны, с другой стороны»), становится «тринитарным» подходом. Когда-то В.Г. Белинский пошутил: «Господа, что же вы расходитесь? Мы же еще не выяснили, есть Бог или нет». И нам еще тоже предстоит осмыслить и понять великую тайну синергии действительно гендерного подхода. Какие характеристики приобретают в данном контексте социальное взаимодействие, социальное действие (Т. Парсонс, А. Турен), социальный диалог, доверие (Фукуяма), солидарность и согласие (Э. Дюркгейм, Ф. Знанецкий, О. Конт, Г. Спенсер), сотрудничество (Р. Дарендорф, К. Маркс, Ф. Энгельс), социальный обмен (П. Блау, Дж. Хоманс), социальное партнерство как тип взаимодействия (Ю.Е. Волков, Е.Н. Киселев, В.Г. Смольков) социальных групп «мужчины» и «женщины»? Следовательно, новую глубину получат и социальная самоорганизация, и социальное управление во всех своих ипостасях – государственное, муниципальное, конфессиональное, бизнес- управление, управление семейное и всякое другое.

ГЕНДЕРНЫЕ ПРИНЦИПЫ
КАК ВЫРАЖЕНИЕ ГЕНДЕРНЫХ ЗАКОНОМЕРНОСТЕЙ

  • принцип социальной обусловленности гендерного подхода
  • принцип включенности гендерного подхода как обеспечения качества жизни в реальное социальное время/пространство
  • принцип гендерного (социального) равенства и гендерной асимметрии
  • принцип соразмерности (соотнесения, соотнесенности) как выражение меры гендерного равенства и гендерного неравенства
  • принцип оптимального взаимодействия социальных групп мужчин и женщин, социального партнерства между мужчинами и женщинами во всех областях жизни
  • принцип обеспечения ликвидации дискриминации по полу, приоритета мер в пользу «догоняющего» пола (мужского или женского)
  • принцип обязательности гендерной экспертизы социально-значимых программ, проектов, планов, реформ
  • принцип необходимости специальной гендерной подготовки руководителей (как мужчин, так и женщин)
  • принцип эффективного инкорпорирования гендерной проблематики, знаний о гендере в учебные программы, учебники и учебные пособия, образовательные стандарты
  • принцип ответственности за реализацию государственной и общественной (неправительственной) гендерной политики
  • принцип научной, социокультурной, духовно-идеологической и иной поддержки гендерной теории и практики

На мой взгляд, существенно дополняет представленные гендерные принципы как выражение гендерных закономерностей поддерживаемая Г.И. Осадчей «активная модель» реализации гендерной стратегии, которая характеризуется

  • во-первых, нацеленностью на создание таких социальных условий, при которых обеспечивается гендерный баланс в обществе, и каждый человек независимо от гендерной природы может стать равным самому себе в профессиональном (карьерном) смысле, свободен в выборе системы гендерных отношений, экономически независим;
  • во-вторых, ориентацией на российскую специфику гендерной культуры и конструирования гендерных отношений, на соединение личных интересов каждого человека независимо от пола и интересов общества;
  • в-третьих, пониманием того, что сегодня наука не имеет полного представления об особенностях мужской и женской идентичности, о реальном выборе мужчинами и женщинами гендерных стратегий, предпочтений различными социальными группами мужчин и женщин, конкретных гендерных ролей и моделей поведения, что отсутствуют знания о том, кто наиболее сильно влияет на гендерную социализацию в современном обществе;
  • в-четвертых, нацеленностью на решение реальных социальных проблем мужчин и женщин: низкой продолжительности жизни мужчин и высокого уровня суицида, необеспеченности, юридически существующего права мужчин на участие в воспитании детей; невысокой конкурентоспособности женщин на рынке труда; более низкой заработной платы в отраслях, где преимущественно заняты женщины, недостаточностью представленности в органах управления, особенно на высшем уровне; реально существующем насилии в семье, обществе, гендерной дискриминации3.

Авторские суждения, предварительные выводы, опирающиеся и на ряд положений «группы поддержки», приобретая новую и новую аргументацию, дают некоторое основание для выдвижения (разработки) возможного документа под условным названием «Этический кодекс субъектов гендерных отношений и взаимодействий в российском социуме». Я рассматриваю кодекс как существенный компонент обретения новых смыслов и значений институциализации гендерных отношений, а его принятие — как важный шаг в реализации гендерного прорыва в России.
При положительном решении этой задачи, заинтересованном отношении ПРООН, Организации Объединенных Наций в целом, появляется мощная перспектива развития гендерных отношений и в планетарном социуме. Со своей стороны предлагаю возможный структурный проект этого документа, оставляя на будущее расшифровку его компонентов.

Этический кодекс
субъектов гендерных отношений и взаимодействий
в российском социуме

  • Гендерные потребности и интересы социума, социальной группы «мужчины» и социальной группы «женщины» в динамике взаимосодействия, взаимонесодействия, взаимопротиводействия

 

  • Гендерные цели и стратегии. Духовные ценности

III. Принципы и приемлемые способы взаимодействий. Гендерная симметрия и асимметрия

IV. Ответственность, обязательства сторон в социальном партнерстве всех субъектов гендерного взаимодействия

V. Гендерные ограничения и императивы, стимулирование и мотивация

VI. Гендерный мониторинг в контексте будущего

Разработка подобного документа могла бы опираться на отечественные и общечеловеческие ценности, опыт движений, организаций, государств, религиозных конфессий, цивилизаций. И нашлось бы в нем место и нравственному императиву Иммануила Канта «Поступай так, как ты хотел бы, чтобы поступали по отношению к тебе», и его «максимам»: Что я могу знать? Что я должен делать? На что я смею надеяться? И «вера, надежда и любовь» появятся в своем первозданном виде и смыслах, и иные религиозные заповеди, и социальные ориентации, и принцип «делить по-братски», и русский вызов «велик всяк, кто положит живот свой за други своя».
Институциальную базисную структуру гендерного сознания как социальную реальность показывает схема 8.

Схема 8 Гендерное сознание

Гендерная идеология, в данном контексте, – теоретическое выражение коренных интересов и потребностей мужчин и женщин как двух социальных общностей. Поддерживая этот вектор, распространим эти рассуждения не только на общество, но и на государство как социальный институт и Социальный рынок, то есть на весь социум.
Немного о гендерной технологии, незнакомой многим читателям.

10 ступеней включения гендерного измерения в процесс подготовки и принятия стратегических решений
(Региональное Бюро ПРООН по странам Центральной и Восточной Европы и СНГ)

Ступень 1. Гендерный подход к составу участников: кто разрабатывает и принимает решения на политическом уровне?
Ступень 2.Упрочение гендерных программных подходов: в чем суть вопроса?
Ступень 3.На пути к гендерному равноправию: какова наша цель?
Ступень 4. Отображение ситуации: какой информацией мы располагаем?
Ступень 5. Уточнение вопроса: исследование и анализ.
Ступень 6. Формулировка стратегии или мероприятий в рамках проекта с позиции гендерной перспективы.
Ступень 7. Аргументируйте ваш подход: гендерные вопросы имеют значение!
Ступень 8. Мониторинг: постоянный контроль за ходом событий с позиции гендерной перспективы.
Ступень 9. Оценка: чего нам удалось добиться?
Ступень 10. Взаимодействие в интересах упрочения позиций гендерного подхода.

Остается надеяться, что гендерная идеология, овладевая сознанием большинства граждан, в том числе людей управляющих, имеет будущее. Залог этой надежды — то, как складываются самосознание молодежи как социальной группы, его доминирующие ценности и заблуждения. Не скажу, что молодые люди разделяют интенцию бесконечно обаятельного героя из фильма режиссера Г. Данелия «Мимино» Фрунзика Мкртчана, пославшего «зеленого крокодила» из Москвы для сына своего друга: «ему будет приятно, а мне будет приятно, что ему приятно». Мне не нравится замена жизненных ценностей эрзацами, независимо от их формы — от языка и наркотиков до выпадения в информационные сети (впрочем СМС, постоянное нахождение в режиме on line – тоже наркотик). И все же что-то смутное, трудноуловимое, не очень понятное, одновременно закрытое и открытое, незащищенное в своей грубости и вместе с тем привлекательное своими инновациями, традиционно мобильно-компьютеризированное заставляет относиться к этой социальной группе с оптимистической гипотезой.
Однако, лейтмотив всех моих суждений и выводов заключается не только в законодательстве, регулирующем отношения социальных групп «мужчины» и «женщины», специальном управленческом воздействии и социальной самоорганизации, но и в том, захотят ли мужчины и женщины понять друг друга — таких одинаковых и таких различных одновременно. Но это уже вопрос культуры, поиска ее новых смыслов и оснований в гендерном измерении и оценке российского социума.

1 См.: Римашевская Н.М. Реформирование социальной сферы в контексте гендерных отношений// Гендер как инструмент познания и преобразования общества. Материалы Международной конф. «Гендерные исследования: люди и темы, которые объединяют сообщество», Москва, 4-5 апреля 2005 г. М., 2006. С. 62-63.

2 Рощин С.Ю. Гендерное распределение выгод от экономического роста: российский вариант// Гендер как инструмент познания и преобразования общества. Материалы Международной конф. «Гендерные исследования: люди и темы, которые объединяют сообщество», Москва, 4-5 апреля 2005 г. М., 2006. С. 82.

3 См.: Осадчая Г.И., Юдина Т.Н. Гендерное равенство в России: стратегия и показатели. С.8.

Раздел 11. Об инновационных технологиях государственного управления

Параллельно проходят две великих эволюции: биологическая (автор которой — Природа) и технологическая (ее автор или конструктор – Человек, сын матери Природы и отца Случая).
С. Лем

Технология (от греч. «techno» — искусство, мастерство, умение) — совокупность методов, форм, приемов, операций изменения состояния объекта, осуществляемых в определенном процессе, в логике профессионального действия.
Появление феномена «социальная технология» связано с потребностью быстрого и крупномасштабного «тиражирования» новых видов, форм и способов социальной деятельности и отношений. Технология, по К. Марксу, вскрывает активное отношение человека к природе, непосредственный процесс производства его жизни, а вместе с тем и его общественных условий жизни и протекающих из них духовных представлений.

Социальные технологии выступают как обусловленные состоянием знаний и общественной эффективностью способы достижения целей, поставленных социальными субъектами, в том числе и таких, которые никто, приступая к делу, не имел в виду. Нарастание сложности целей, задач, решений (ускорение техноэволюции) обусловило необходимость регулирования: эпоха, не знавшая регулирования, приближается к концу1.
Логика рассуждений С. Лема облегчает понимание социальной технологии как отрасли (направления) технологической эволюции, связанной с социальным регулированием или управлением.

Итак, социальная технология — совокупность способов циклической целевой деятельности, направленной на изменение состояния социального объекта (социума, социального института, личности), осуществление наперед заданных результатов; система методов и методик выявления и использования скрытых потенциалов социальной системы в соответствии с целями ее развития, социальными нормативами и стандартами.
Обратим внимание на опасность абсолютизации социальных технологий: социальная технология должна быть естественной частью нормального функционирования государства и общества, но не средством манипулирования людьми; социальная технологизация также имеет свои пределы и ограничения, может быть рутинной и утопической, дает побочные эффекты; ее влияние на социальную и природную среду может быть и непреднамеренным.

Да и социосинергетика, подчеркивая темпоральную чувствительность социального развития, наличие «стрелы времени», ставит вопрос о необратимых процессах. Необратимость (флуктуации) и случайность, рассматриваемые не как исключение, а как общее правило, лежат в основе большинства процессов самоорганизации. Выяснение природы необратимых процессов, на наш взгляд, будет способствовать преодолению технологической парадигмы XX века, в которой повторение, «тиражирование» – основа технологии. Появится ли в новом тысячелетии новая социальная технология? Вне сомнений и методология нанотехнологий, других сверхвысоких технологий не может не сказаться на уникальных технологиях конструирования социальной реальности ХХI века. Прорыв неизбежен!

По Ф. Хайеку, «приспособление к неизвестному – ключевой момент всей эволюции…В сложных условиях порядок – и приспособление к неизвестному – эффективнее достигается при помощи децентрализованных решений, рассредоточение власти способствует… возможности создания всеобъемлющего порядка, значение и ценность которого возрастают с увеличением разнообразия составляющих его элементов»2. Этот вывод предопределяет особую значимость региональных социальных технологий.
Как мы стремились показать, технологизация социального управления может стать мощным фактором повышения уровня и качества жизни граждан, обеспечения цивилизованного развития российского социума, упорядочения социальных отношений. В свою очередь, данный социальный факт требует определенных изменений в содержании и формах подготовки, переподготовки и повышения квалификации управленческих кадров, в стиле руководящей деятельности.

В бизнес-управлении, управлении конфессиональном, государственном военном управлении отчетливо осознается идея, что владеть технологией – значит владеть будущим. Да и характеристика XXI века, как века сверхвысоких технологий, у многих на устах. Однако, вопрос о том, «откуда возьмутся высокие технологии?» (В.Ю. Сурков), требует ответа.
Вряд ли кто-либо возьмется ревизовать имеющийся технологический арсенал государственного управления по критерию инновационности. Скорее – жесткая нужда заставит инновационно изменить технологию на том или ином участке с последующей диффузией инновации в системе. Но и в процессе естественного социального отбора, экспериментов, лучшего опыта могут быть выделены (обоснованы) инновационные технологии государственного управления. В процессе эволюции социальной технологии происходит соединение знания, возникают новые значимые продукты жизнедеятельности, доминирование инновационных технологий над традиционными.

С позиции технологической методологии здесь становятся важными инженерные возможности социального знания, «технология технологии» и инновационная технологическая матрица выбора (отбора) социотехнологических приоритетов, необходимых для государственного социального заказа на их разработку, а также – включения в учебные планы и программы подготовки, переподготовки и повышения квалификации государственных служащих. Существенным в этом плане является проработка целенаправленных технологий и осмысление диффузии инноваций – их спонтанного распространения.

Ключевые параметры концепции инновационного (опережающего) обучения государственных служащих включают параметры образовательные (ориентация обучения на кардинальные изменения в государстве и институте государственной службы; инновационные программные приоритеты; приоритеты в содержании профессионального образовательного продукта; характеристики способности государственных служащих к профессиональной деятельности при встрече с неожиданными и незнакомыми ситуациями; цели будущих преобразований в обучении); организационные (образовательные эксперименты, организационные нововведения; факторы управления и реорганизации системы профессионального обучения), технологические (уровни и приоритеты; технологическая образовательная «матрица»)3. В «снятом» виде концепция профессионального опережения сохраняет функции высшей школы: передачу генетического кода общества, подготовку элиты, тех людей, которые возьмут на себя принятие стратегических решений в разных областях, массовую подготовку квалифицированных специалистов, передачу профессиональных стандартов (Г.Г. Малинецкий).

В учебном и научном процессах Российской академии государственной службы при Президенте РФ обозначились некоторые инновационные технологические приоритеты государственного управления:

  • технологии обеспечения перехода государства и общества от выживания к развитию, повышения качества жизни граждан;
  • технологии «сохранения и сбережения народа российского» (М.В. Ломоносов) в условиях нового социального времени и пространства;
  • наукоемкие социальные технологии обеспечения реализации национальных государственных приоритетов;
  • способы государственной поддержки высоких технологий в развитии российского социума, инновационного управления социальными изменениями, опережающей адаптации к изменениям;
  • технологии традиционного и инновационного взаимодействия, взаимопонимания и взаимоуважения города и деревни, развития современного аграрно-промышленного комплекса страны;
  • технологии инновационного управления проблемным регионом;
  • опережающие технологии в государственном управлении развитием ВПК, асимметричные технологии в области военного управления, национальной безопасности;
  • развитие информационно-коммуникативных технологий, в том числе – российской глобальной навигационной системы, иных технологий, способных обеспечить технико-технологический рывок в будущее;
  • технологии государственного управления природными ресурсами, обеспечения партнерских отношений человека и Природы, формирования нового экологического сознания;
  • технологии экстремального управления, международного антитеррора, борьбы с социальным фанатизмом, экстремального самоменеджмента руководителя;
  • технологии опережающего профессионального образования государственных гражданских служащих в контексте профессионального развития;
  • инновационная ориентация технологий подготовки кадров государственного и муниципального управления;
  • технологии производства государственных социальных услуг на рынке социальных услуг России, обеспечения социальных стандартов, реализации Целей развития, провозглашенных «Декларацией тысячелетия» ООН;
  • технологии взаимодействий государственных и муниципальных структур управления, конфессионального и бизнес-управления, поддержки социальной самоорганизации граждан;
  • технологии государственного управления в социокультурной среде, развития фундаментальной науки, интеллектуального потенциала и образования;
  • технологии индивидуального и коллективного творчества в решении инновационных задач высокой сложности;
  • технологии разработки и поддержки государственной идеологии как выражения, теоретического осознания коренных интересов народа и его институтов;
  • технологии социального предвидения: реальные возможности и алгоритмы снижения неопределенности, управления социальными рисками;
  • технологии организации государственного научного мониторинга, прогноза и предупреждения кризисных явлений, техногенных и социальных катастроф;
  • гендерные технологии, обеспечивающие оптимизацию отношений социальной группы «мужчины» и социальной группы «женщины».

Технология инновационной технологии опирается на функции управления инновационными процессами: а) диагностика – анализ ситуации, выявление проблем; б) генерация идей, прогноз – рассмотрение рожденных самостоятельно и привнесенных извне альтернатив, выбор и коррекция целей, перспектив, изменений; в) программирование (проектирование) – определение этапов, сроков, технологий, средств решения задач; г) организация – выстраивание рабочих структур и связей, обеспечение реализации нововведения; д) контроль и оценка результатов инновационной деятельности4.

«Матрица»
разработки и реализации инновационной технологии государственного управления5
(технология технологии)

  • Диагностика инновационных потребностей государства, общества, социального рынка, управленческих инновационных проблем и задач
  • Источники, смыслы и назначение инновационной технологии государственного управления
  • Параметры разработки инновационной технологии государственного управления
  • Стадии и этапы инновационного технологического цикла
  • Факторы, влияющие на применение инновационной технологии государственного управления
  • Преодоление сопротивления инновациям
  • Моделирование инновационных процессов и систем
  • Управление рисками инновационного государственного управления
  • Выбор и реализация инновационных методов и форм государственного управления, решение инновационных задач
  • Итоги (результаты) применения инновационной технологии государственного управления
  • Оценка эффективности инновационной технологии государственного управления
  • Целевое распространение и диффузия инноваций в области государственного управления

1 См.: Лем С. Сумма технологии. М., 1968.

2 Хайек Ф.А. Пагубная самонадеянность. Ошибки социализма. М, 1992. С. 133, 134–135, 140.

3 См.: Карпичев В.С. Теоретико-методологическое обоснование опережающего обучения государственных служащих//Социально-организа­ционные основы государственной службы. М., 2005. С. 258 – 266.

4 См.: Усманов Б.Ф. Социальная инноватика. С. 67.

5 См. также: Карпичев В.С. Технологический аспект инновационной подготовки государственных служащих // Инновационная подготовка кадров государственной службы. М., 2006. С. 39–40.

Раздел 12. Технологический аспект инновационной подготовки государственных служащих

Науку часто смешивают со знанием. Это глубокое недоразумение. Наука есть не только знание, но и сознание, то есть умение пользоваться знанием как следует.
В.О. Ключевский

Возможно ли преодолеть один из наиболее распространенных в преподавательской среде стереотипов: «любое образование опережает»? Разумеется, любое образование лучше, нежели его отсутствие. Мы же ведем речь о степени профессионального образовательного опережения, о его адекватности кардинальным изменениям в мире, государстве и обществе в режиме «future line». Школа  всегда обладает мощным зарядом консерватизма,  но ее лидеры, преподавательский состав способны развивать ту ее сторону, которая связана с качественными изменениями, образовательным поиском параллельно развивающейся науке.

Другой аспект проблемы – технологический – также представляется трудно реализуемым. В контексте методов и методик встает вопрос «Как возможна инновационная образовательная технология?» в учебных заведениях по подготовке кадров государственного и муниципального управления.
Отталкиваясь от доминирующих тенденций государственного управления и социальной самоорганизации – масштабной трансформации экономики, демократизации российского общества, усложнения социальных структур и взаимодействий, спонтанно возникающих «режимов с обострением», нарастания неопределенности и непредсказуемости, вероятности встреч субъектов управления со стратегической неожиданностью, увеличения цены стратегической ошибки – можно попытаться технологизировать ответ на  вопрос о месте России и российского профессионального образования в супериндустриальном обществе. Что нам предстоит испытать в будущем? Будет ли это действительно массовый шок или удастся добиться «мягкой посадки»?

Инновационный проект – опережающее профессиональное образование государственных служащих – обоснованный ответ образовательной системы на социальный заказ государства и общества. Модель опережающего профессионального образования государственных служащих представляет собой систему современных идей и предпочтений, ценностных ориентаций и установок, организационно-технологических приоритетов, адекватных российской и мировой образовательной ситуации, вызовам и угрозам XXI века. По существу, встала проблема управления опережающим профессиональным образованием, включающая ее технологический компонент.
Возможно, здесь и кроется ответ на профессионально- образовательное противоречие «научить нельзя, научиться можно», подкрепленный конструктивной идеей «соученичества».
Образовательные технологии в системе профессиональной подготовки, переподготовки и повышения квалификации государственных служащих включены в контекст реализации доминирующих образовательных парадигм. Более или менее осмысленными, получившими отражение в специальной литературе, являются научно-технократическая и гуманистическая парадигмы.

Первая, научно-технократическая (как и любая другая парадигма, дающая научно-образовательному сообществу в течение продолжительного времени модель постановки проблем и их решения (Т. Кун), являющаяся параметром порядка (Г. Хакен)) – содержит в своей основе идею доказательности истины конкретным научно-обоснованным способом, проверенном опытом. Технократические технологии – это технологии  «формализации знаний, передачи знаний, не опирающейся на понимание и оценку способностей и особенностей учащегося, это система запрограммированных заранее форм и методов проведения занятий, система жесткого регламента содержания обучения, нагрузки»1.

Представление о «должном знании и поведении» формируется на общественно-государственном уровне; преподаватель, устанавливая жесткую дистанцию между собой и студентом, слушателем, навязывая ему свои мнения и решения, по сути – манипулирует его поведением. Обучаемые – пассивны, но это естественно, знание – сила, оно все равно возьмет верх2. В рамках данной парадигмы происходит абсолютизация техники, технологии и методики. Появляется феномен «методического принуждения».

Вторая, гуманистическая парадигма позволяет отказаться от образовательного манипулирования, интеллектуального подавления слушателей, развивая диалог, соученичество, сотрудничество. Отсчет успехов слушателя идет от его прежних достижений, а не от достижений других и заданных нормативов. В условиях приватизации профессионального образования в рамках этой парадигмы нарастает опасность оказаться вне международных и межгосударственных образовательных стандартов, требований, доминирующих тенденций.
Третья, рождающаяся в наши дни, – парадигма опережающего образования – основана на реальном анализе будущего, инновационной расстановке в социальном времени и пространстве приоритетов и способов решения проблем, сверхвысоких образовательных технологиях. В явной и неявной форме она проявляется и в инновационной технологической деятельности, в качестве технологий адаптивного типа и креативного обучения.

Поддерживая модель опережающего профессионального образования, развивая технологическое опережение, не следует, однако, забывать предупреждение Н. Бора о недопустимости абсолютизации в познании и деятельности сложных субъектов и объектов какого-либо одного подхода, одной теории или науки. Характерно, что, рассуждая о «потерянной парадигме», «бегстве от парадигмы», и социолог Э. Морен справедливо полагает: «…Мы должны вырваться из плена проблем, неотложность которых приводит нас к пониманию их актуальности, и постигнуть эти проблемы во всей их глубине. Я все более и более убеждаюсь в том, что наши принципы познания скрывают то, что является отныне жизненно важным в познании»3.
Следовательно, полипарадигмальная (характеризующая учебно-образовательный процесс, изучаемый одновременно и с разных сторон несколькими научными дисциплинами) и транспарадигмальная (характеризующая учебно-образовательный процесс, изучаемый «через», «сквозь» дисциплинарные границы, благодаря трансдисциплинарным стратегиям исследования) оценки профессионально-образовательных процессов становятся инструментом кардинальных преобразований в этой области деятельности, определяют характер ее технологий,  наполняют новыми смыслами «высокое время учебы» (Марина Цветаева).

К основным принципам проектирования технологий опережающего профессионального образования государственных служащих можно отнести:

  • научную и практическую обоснованность опережения;
  • профессиональное исполнение опережающих программ;
  • информационно-знанивое наполнение опережающего обучения;
  • нормальное общественное восприятие нововведений;
  • необходимую простоту, достаточность, ясность, удобство эксплуатации, возможность повторения;
  • интегральность, гибкость, вариативность, дополнительность, адаптивность;
  • надежность в достижении опережающих образовательных целей и задач, экономичность;
  • социально-образовательное недопроектирование.

Опираясь на эти принципы, автор исследования стремится следовать определенному технологическому алгоритму.

1 Коротков Э.М. Концепция менеджмент-образования. Вестник университета. 2003. С. 18.

2 См.: Макарова Л.Н., Шаршов И.А. Личность и стиль деятельности преподавателя глазами студентов // Образование и общество. 2004. № 6. С. 37 – 38.

3 Морен Эдгар. Метод. Природа Природы. М., 2005. С. 30.

Раздел 12. Технологический аспект инновационной подготовки государственных служащих — Часть 2

«Матрица» разработки и реализации социальной
технологии опережающего профессионального
образования государственных служащих

  • Смыслы и назначение инновационной (опережающей) образовательной технологии.

 

  • Параметры разработки: рамочные условия (прогнозы экспертов, разработка специалистами программ, методик, способов и процедур; нормативно-правовое обеспечение; использование опыта).
  • Стадии и этапы инновационного технологического цикла (активный экспериментальных поиск; целеполагание; изучение взглядов, мнений, ожиданий участников социально-образовательных изменений; оценка факторов влияния; преодоление «блокирования сознания» в образовательном учреждении, введение ограничений; контроль и корректировка).

 

  • Факторы, влияющие на применение инновационной технологии (системное использование; научная обоснованность; ресурсные затраты; профессиональная компетентность специалистов; социально-экономическая, политическая и духовная ситуации; восприятие нововведений).
  • Итоги (результаты) применения данной технологии (переориентация социальных ценностей и оценок; новые способы и формы организации жизнедеятельности; реальные изменения социальных структур и институтов).

 

  • Оценка эффективности опережающей образовательной технологии (технологический образовательный мониторинг).

Технология опережающего профессионального образования также предполагает следование определенным алгоритмам:
определение государственной и общественной стратегической потребности в кадрах управления соответствующего  уровня и качества (потребность управляющей системы в обучении)

постановка и обоснование стратегических и оперативных (тактических) целей и моделей опережающего образования
(образовательная стратегия)

определение типа образовательных структур и технологического сопровождения, содержания, методов и форм обучения
(технологическая парадигма)

разработка опережающих образовательных программ
(программная стратегия)

коренные изменения в государственных образовательных стандартах по государственному и муниципальному управлению
(образовательный стандарт)

подбор и отбор профессорско-преподавательского состава с учетом требований стратегического, ситуационного антикризисного управления, их специализированная подготовка, переподготовка, повышение квалификации
(кадровая стратегия)

 

организация, контроль и стимулирование учебного процесса, управление качеством преподавания
(учебная стратегия и тактика)

проведение мониторинговых (упреждающих) исследований учебно-научного процесса, определение горизонтов образовательного прогноза
(исследовательская стратегия)

Технологический проект предусматривает реализацию внешней и внутренней сторон образовательного процесса, к которым могут быть отнесены:
а) социальный механизм передачи культуры от старшего поколения младшему, от прежде жившего человечества к ныне живущему (внешняя сторона);
б) саморазвитие и самообразование как основа педагогического процесса (внутренняя сторона)1.

Другими словами, в технологиях опережающего профессионального обучения проявляется диалектика глобального и общенационального, федерального и регионального, государственного и общественного, управляемого и спонтанного. Технология опережающего профессионального образования предусматривает модульную систему обучения, включающую нелинейный подход к приобретению знаний, умений, навыков, возможность выбора дисциплин и форм обучения (образовательную инициативу, самостоятельный поиск).  Тот, кто сегодня работает над проблемами завтрашнего дня и таким образом подготавливает себя и свою организацию к новым задачам, в недалеком будущем займет лидирующие позиции. Тот же, кто откладывает их решение на потом, останется позади и, возможно, никогда не сможет наверстать упущенное (П. Друкер).

К инновационным образовательным технологиям, в первую очередь, следует отнести:

  • технологии реального анализа будущего;
  • обеспечение меж- и трансдисциплинарности;
  • ориентацию профессионального обучения на кардинальные изменения в институте государственной службы;
  • разработку образовательных инновационных программ и услуг;
  • управление образовательными рисками и алгоритмами;
  • инновационную образовательную самоорганизацию;
  • технологию «косвенного» управленческого воздействия;
  • проектирование креативной информационно-образовательной среды;
  • гендерные образовательные технологии, рефлексивные технологии профессионального обучения;
  • формирование информационно-знаниевой культуры будущего;
  • возможности и перспективы сетевых информационных структур. Обучение в сетевых режимах.
  • опережающую адаптацию к изменениям.

 

1 См.: Каптерев П.Ф. Педагогический процесс. СПб, 1905.

Раздел 13. Инновационная ориентация самоменеджмента руководителя

Когда человек не знает, к какой пристани он держит путь, для него ни один  ветер не  будет попутным.
Сенека

Определи себя сам…Повелевай своей натурой, иначе она будет повелевать тобой.
Иммануил  Кант

Кто не исследует движения собственных мыслей, не может быть счастлив.
Марк Аврелий

Никакие программы модернизации, реконструкции, реформирования не могут быть приняты и реализованы без личной инициативы, индивидуальной и коллективной самоорганизации. В свою очередь, все это зависит от самоменеджмента  руководителя, его способности управлять собой, организовывать свою жизнь и деятельность, опираясь на науку, личный опыт, искусство жизни и интуицию1.

Школа личной тектологии (самоменеджмента) за более чем десятилетний период своего существования в Российской академии государственной службы весьма существенно обновила цели самоменеджмента руководителя: на смену целевой установки на успех пришло в качестве цели управление качеством своей жизнедеятельности; организацию и экономию времени как цель сменила установка: управление социальным временем/пространством и собственным временем руководителя; рационализация мышления как цель превратилась в управление мыслительными процессами. Появились и такие цели как работа  в команде, технология здоровья, проектирование внешней среды, экстремальный самоменеджмент,  многие другие.
Таким образом, самоменеджмент

  • это менеджмент в полном объеме, однако развернутый во всей мощи теории и практики управления и социальной самоорганизации не во вне, а на субъекта управления – руководителя, государственного служащего, менеджера
  • это глобальные проблемы человека, способ организации жизни. Его нельзя воспринимать как элементарный набор тех или иных правил, зафиксированных житейской мудростью. Он исходит из факта уникальности индивидуальной жизни и самосознания, о котором образно сказал С.Л. Рубинштейн: уходит человек – уходит целый мир. Построенный на плюралистических системах ценностей, самоменеджмент тесно соприкасается и с религиозным способом организации жизни, учитывает опыт мировых религий, различных конфессий в России, особенно в плане поиска новых возможностей человека, укрепления духа и воли, укрощения неадекватных желаний, обогащения самооценки. При этом личная тектология, включающая с определенными ограничениями идею Жан-Поль Сартра «человек сам осуществляет свой собственный проект», в духе русской персоналистской философии не решает вопрос, как подчинить мир человеку. Она оперирует в рамках социального континуума «Я» и «Мы», а также метаконтинуума, получившего в научной литературе название социобиотехносферы
  • это процесс преодоления и возвышения себя, смена состояний, качеств, отношений, что предполагает наличие   этапов, тенденций, закономерностей, детерминаций, случайностей, особенностей, то есть возможность научного анализа. Личная тектология имеет объективные предпосылки: она «вписана» в человеческую природу (биоритмы, генетическая программа), тесно связана с организацией жизни (вещей, идей, людей, отношений, деятельности,  социальных институтов), с социальным управлением, социальной самоорганизацией
  • это умение жить в «отсеке сегодняшнего дня» (Д. Карнеги), основанное на «опережающем отражении действительности» (П.К. Анохин). Самоменеджмент не ограничивается внутренними процессами, включает проектирование внешней среды, в том числе – социальной, в интересах субъекта управления, преодоление внутренних и внешних преград. Руководитель, менеджер, государственный служащий не «зацикливаются» на самом себе (чтобы знать и понимать себя, человек всматривается в других людей как в зеркало). И мы не призываем руководителя строить из себя постчеловека, однако проектировать и формировать свои способности, знания, умения, навыки он обязан. Это и означает быть проактивным
  • это организация собственной жизни, включающая творчество, импровизацию, нестандартный подход. Самоменеджмент всегда ситуативен, разрушает любой стереотип, порой – алогичен. Его, как и управление, нельзя «уложить» в рамки гуманитарной науки, он всегда богаче теории. Это и искусство   открывания себя в мире и мира в себе. Включая обобщенный  и теоретически  осмысленный  опыт  всей цивилизации, личная тектология глубоко индивидуальна, окрашена талантом и личным опытом, связана с откровением, осмыслением ошибок и пороков, является авторской творческой лабораторией поиска истины и преодоления себя, когда «мои недостатки» кажутся дороже «ваших достоинств»
  • ключевое понятие личной тектологии в гносеологическом аспекте – самосознание, выступающее результатом самопознания: самоощущения, самовосприятия, самопредставления, самопонятия. Смысл самопознания, обладающего  регулирующей  функцией   (действовать   по отношению к себе «со знанием»), – в отражении взаимодействия и взаимоотношений человеческого «Я» с другими людьми, социальными институтами и природой, включая Космос, осознании себя как члена сообщества, гражданина государства, субъекта исторического действия, в регулировании отношений к себе самому, умении видеть себя в других людях, в моделировании образа  своего  «Я».  Существенную  часть  самосознания государственного служащего, его менталитета составляют осознание себя как «корпоративного гражданина» (человека государства),  имеющего дополнительные возможности, ограничения и ответственность в системе госслужбы, осознание гендерных отношений.

«Восхождение» личной тектологии в социально-гуманитарный мир ХХI века возможно, прежде всего, через рационализацию мышления (парадоксальное мышление, мышление альтернативами, преодоление стереотипов, мыслительных ловушек и т.д.), проектирование внешней среды (планирование жизни, понимание путей выхода из конфликтов, «социальных воронок», разработка новых ценностей и норм, социальных программ, воздействие на организационно-управленческую и научную среду и др.), создание противовесов, экстремальное самоуправление, информационный поиск, выбор новых моделей общения.

Если удастся перейти от ситуации «борьбы» к ситуации «работы», сделать российский социум более человечным и производительным, вписаться в эпицентр мирового развития, личная тектология, участвуя в этом процессе, может подняться еще на порядок, займет собственную и вполне легитимную  нишу в жизни науки и отдельного человека, принадлежащую ей по праву. И может быть, как и всякий великий мечтатель, был прав В.И. Вернадский, утверждавший, что человек – не венец творения, а лишь звено в длительной эволюции живых существ.

Какими мы будем завтра, зависит от того, захотим ли мы понять себя сегодня и будем ли изменять именно себя, а не других, как обычно не замечая «ослиные уши воспитательного замысла» (А.С. Макаренко).
Масштаб целей деятельности руководителя, прежде всего, зависит от «планки жизни», жизненного этапа, переживаемого Вами. Представленная схема показывает это наглядно (см. схему 9):
Схема 9
Масштаб целей деятельности руководителя

Наступление вершины жизни – наивысшего творчества, наибольшей пользы, полноты жизни, мироощущения  и самочувствия, «акме¢», как говорили древние философы,– конечно же зависит от многих обстоятельств, но прежде всего – от самого человека.
Технология целеполагания,  овладения творческой жизнью вполне коррелируется с технологией овладения новой работой (см. схему 10).
Схема 10
Этапы овладения новой работой
(по М.Вудкоку, Д.Френсису)

1. Вызов. Новая работа предъявляет много требований. Человек пытается овладеть работой.
2. Компетентность.
3. Мастерство.
4. Ухудшение.
Однако напомню: линии жизни человека многовариантны. И когда кажется, что реализуя одну из них, вершина достигнута, Вы добились всего, чего желали, и жизнь начинает терять смысл – включите освежающий душ самокритики и скептицизма, начните новую жизнь в новой сфере. Вполне возможно, что «акме¢» еще впереди. Мудрость не в оценке прожитой жизни, а в самой жизни. Недаром говорится, что масштаб человека равен масштабу его ума.

1 См. об этом: Варламов К.И., Карпичев В.С. Личная тектология (самоменеджмент). Курс лекций. М., 1993; Карпичев В.С. Антикризисный самоменеджмент//Антикризисные социальные стратегии. М., 2004; Карпичев В.С. Личная тектология руководителя: новые смысловые ориентиры// Наследие Н.А. Богданова и современность М., 2004; Карпичев В.С. Управление мыслительными процессами. Технологии. М., 1999; Личная тектология руководителя. Технологический практикум (В соавторстве с Ю.В. Колесниковым, В.Л. Романовым, В.Г. Смольковым, Н.Н. Шуваловой ). Архангельск, 1997.

Раздел 13. Инновационная ориентация самоменеджмента руководителя — часть 2

Система планирования времени по Л.Зайверту
(принципы планирования)

  • структурирование времени
  • фиксирование результатов
  • установление приоритетов
  • делегирование полномочий
  • системность
  • реалистичность
  • альтернативность
  • восполнение потерь

Схема 11
Личный план работы руководителя
(типовой вариант организации и управления временем)

На смысловых сетках (вверху и внизу от временно¢й сетки) Вы располагаете в зависимости от ваших управленческих функций, должностных обязанностей, планов работы организации, фирмы ваши дела – отдельные акции, встречи, мероприятия, подготовка документов, звонки, контрольные действия и т.п. Личное планирование (сетевой график) на основе смысловых и временно¢й сеток поможет Вам организовать свое время с наибольшей эффективностью. Не забудьте, при этом, что Вы планируете только приоритетные для вас дела. Заглядывайте в Ваш план в начале и в конце дня, недели, месяца, квартала. Когда это станет привычкой, Вы будете управлять своим временем.

Управление мыслительными процессами
Как известно, умение думать и при этом знать, что думаешь, свойственно только человеку. Мыслительные процессы (возникновение и смена мыслей, мысленных моделей, познание, сознание, самосознание), являясь отражением объективного мира, сами выступают объектом мышления, подвергаются организации. Рационализация мышления означает обеспечение оптимального взаимодействия разума, рассудка и чувств.
Алгоритмы рационализации мышления
1. ОПРЕДЕЛЕНИЕ УРОВНЕЙ ЗОНЫ МЫСЛИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

  • Зона абсолютно ясного /максимального/ сознания, реализующаяся в самосознании человеком своей деятельности
  • Зона ясного сознания
  • Зона,  в которой психическая деятельность опускается ниже порога сознания  /досознательное, подсознательное или предсознательное состояние/
  • Зона неосознанного /бессознательного/

Дополним представление о зонах мыслительной деятельности схемой – моделью процесса самопознания (см. схему 12):

Схема 12 Модель процесса самопознания

  • Религиозная система мышления
  • Эзотерическая система мышления
  • Научная система мышления
  • Философская система мышления

Представляется наиболее приемлемым тот вариант, где, во-первых, имеется осознанный выбор, приоритет одной из систем, как доминирующий вектор мышления, и, во-вторых, в котором используются преимущества других систем. Быстротечность, единственность и многоцветие жизни также убеждают в истинности и практичности такого решения.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПРИОРИТЕТОВ МЫСЛИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (по Дж.Рейнуотер)

Определяем приоритеты своей жизнедеятельности (самодеятельности), то есть «субличности в себе».
Выделение приоритетной деятельности дает возможность осмысления приоритетов мыслительной деятельности, ибо наши мысли «вращаются», в основном, вокруг того, что мы делаем. Как отмечает А.Н.Леонтьев, действительное объяснение сознания лежит в общественных условиях и  способах той деятельности, которая создает его необходимость, — в деятельности трудовой.

4. КОНТРОЛЬ НАД СОЗНАНИЕМ. УСТАНОВКА

Наиболее продуктивный метод  контроля  над сознанием – занять его мысленным движением /по определенному плану к какой-нибудь цели /Наполеон Хилл/. Высота цели, уровень планки жизни определяют содержание контроля. Если нам трудно, может быть, невозможно контролировать самосознание, то мы располагаем известным контролем над  нашим мышлением по поводу сознания:  придав нашим мыслям то или иное направление, мы можем индуцировать сознание (П.Д. Успенский).
Иначе – мыслительную  деятельность направляет установка /Д.Н. Узнадзе/, характеризующая нацеленность человека на активную деятельность в том или ином направлении, или запрет на эту деятельность.  Установка побуждает отыскивать в кладовых памяти неосознанно воспринятую  информацию. Поясним на примере обучения взрослых смысл установки.

 

Принципы обучения
/по Н. Энкельманну/

  • учите только то,  что вам необходимо для достижения своей цели
  • занимайтесь только такими вопросами, к которым вы испытываете внутреннюю склонность
  • составьте  для  себя программу усовершенствования своих знаний: сформулируйте свои учебные цели
  • серьезная  умственная работа предполагает необходимую для нее внутреннюю готовность

 

  • не идите путем самообмана и с самого начала не довольствуйтесь половинчатыми знаниями, не пропускайте неясные для себя места
  • постарайтесь при изучении каждой темы выявить то, что проходит в ней красной нитью
  • избегайте искушения выучить много сразу

 

Технология жизненной установки
(по Д. Карнеги)
В советах Дейла Карнеги, как перестать беспокоиться и начать жить, есть семь правил выработки такого умонастроения, которое принесет Вам душевное спокойствие и счастье:

  • думайте и ведите себя жизнерадостно и вы почувствуете себя жизнерадостно;
  • не пытайтесь свести счеты с вашими врагами, потому что этим вы принесете себе гораздо больше вреда, чем им;
  • вместо того, чтобы переживать из-за неблагодарности, не ожидайте благодарности, делайте добро ради собственной радости;
  • ведите счет свои удачам, а не своим неприятностям;
  • не подражайте другим, найдите себя и будьте собой;
  • когда судьба вручает вам лимон, постарайтесь сделать из него лимонад;
  • забудьте о себе, когда проявляете интерес к окружающим, каждый день делайте доброе дело.

Религиозный вариант самоконтроля: пост – воздержание – духовное размышление (самоанализ) – отказ от чего-то – принятие чего-то – внутренняя перемена (Кирилл, митрополит Смоленский и Калининградский). Обратим внимание на связь физического и духовного.

Раздел 13. Инновационная ориентация самоменеджмента руководителя — часть 3

5.ТЕЗАУРУС: ЗАШИФРОВКА СМЫСЛА В СЛОВЕ

В теории информации запас знаний (понятий, суждений), размещенный в памяти воспринимающего информацию (отраженное разнообразие) субъекта, называется  тезаурус (от греч. – сокровище, сокровищница). Это – структурированное знание в виде понятий и смысловых отношений между ними, «языковое сознание».
Чтобы содержание сообщения (последовательность смыслов, значений, символов, знаков) было понято, традиционно считается, что оно должно иметь общие точки с тезаурусом получателя информации. Иначе: если в сообщении есть какой-то термин, например – профессиональный, то в памяти должно быть понятие, которое составляет его смысловое значение. Если его нет, или  если оно не будет вызвано из памяти (актуализировано), то термин не будет понят (участие непрофессионала в разговоре профессионалов). При наличии в сообщении большого числа подобных терминов  полученные  данные для адресата не будут содержать никакой информации, как всякое сообщение, выраженное на незнакомом языке, либо будет воспринята лишь часть информации (Ф. Бэкон – «призраки рынка»).

Эти потери информации – из-за семантического шума. Более основательно, всесторонне, профессионально подготовленный менеджер, руководитель почерпнет из сообщения больше информации. Если же содержание сообщения полностью отражено в тезаурусе получателя, то и в этом случае оно не доставит ему никакой информации. В этом смысле можно считать, что информацией являются только новые сведения, обогащающие тезаурус адресата.

Но такой подход не дает ответа на вопрос: как будут оценены сведения получателем (использует ли он их полностью, частично, не примет во внимание)? В  этом случае возникает  прагматический шум, связанный с оценкой данных по их полезности и отбором тех из них, которые ценны с точки зрения субъекта управления. Исходя из такого подхода, некоторые специалисты считают, что информацией являются новые сведения, воспринятые, понятые и оцененные как полезные для решения управленческих задач.
Таким образом, данные, чтобы из них была извлечена информация, должны пройти как бы трехслойный фильтр:
1. Физический канал связи с определенной (заданной) пропускной способностью;
2. Семантический фильтр – тезаурус (здесь достигается понимание);
3. Прагматический фильтр (здесь оценивается полезность).

6. СПОСОБЫ ОВЛАДЕНИЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫМ ЯЗЫКОМ

 

  • общение с профессионалами данной сферы деятельности;
  • чтение специальной литературы;
  • профессиональная учеба;
  • изучение специальных документов;
  • подготовка доклада, сообщения на специальную тему;
  • научное исследование в области интересующего вас вида профессиональной деятельности;
  • подготовка научных публикаций;
  • преподавание;
  • публичное выступление.
  • 7. УБЕЖДЕНИЕ
  • Компоненты убеждения:
  • мысль, идея, знание, в которых отражаются связи  объективной действительности в их значении для человека;
  • субъективное признание истинности  знания;
  • уяснение соответствия данного знания потребностям и интересам человека, осознание им жизненной важности этого знания, необходимости в его практической деятельности;
  • субъективная готовность к действию в соответствии со знанием, принятым за истинное и необходимое.
  • Убеждение с технологической точки зрения представляет собой процесс переориентации сознания:
  • осмысление референтных идей, выражающих глубинные тенденции эпохи, цивилизации, этапа, момента;
  • овладение новым, в том числе альтернативным, знанием;
  • преодоление внутреннего сопротивления: прежних стереотипов, догм, мифов, полузнания, устаревшего знания;
  • изменение системы оценок и ценностных ориентаций, обновление принципов и идеалов;
  • изменение индивидуальных критериев истины, способов верификации (проверки) знания;
  • переосмысление собственного опыта и стратегий жизни и деятельности;
  • овладение «божественным даром»: интуицией1, стилем мышления, адекватным новой жизненной ситуации.

8. ФОРМИРОВАНИЕ МЕНТАЛИТЕТА

Менталитет – это особое состояние сознания, склад ума, способ восприятия, понимания и переживания личностью жизненно важных структур социума, зафиксированных в языке, традициях, культуре.

 

Компоненты формирования  менталитета руководителя,  менеджера:

 

  • осознание миссии,  социальной задачи в возрождении России, планетарном социуме вашей управленческой структуры;
  • овладение  корпоративной культурой  организации, фирмы,  корпорации, предприятия;
  • развитие мышления проактивного и предпринимательского типа, поддержание традиций российского государственного менеджмента и предпринимательства;
  • овладение профессиональным языком, понятийным аппаратом, современным лексиконом, адекватным российской управленческой ситуации, обучение родному языку, другим языкам;
  • разработка принципов индивидуального стиля работы и алгоритмов собственного мышления;
  • ориентация на духовность, нравственность, служение гражданам, Отечеству, а не начальнику;
  • учет при принятии и реализации решений «психологического эха», социальной (в том числе – исторической) памяти населения, его ментальных структур (духа народа), самоидентификации российского государства;
  • идентификация (отождествление) себя с другим человеком (социально значимым другим), социальным институтом, в том числе государством, российским социумом в целом;
  • социализация – усвоение руководителем, менеджером определенной системы социальных знаний, норм и ценностей, соответствующим институциальным базисным структурам.

 

 

9. ОВЛАДЕНИЕ МЕДИТАЦИЕЙ

Медитация /от лат. meditari – движимый к центру, meditatio – размышление/ – психическое самовоздействие, способ снятия нервного напряжения, укрепления душевных сил, средство приведения психики в состояние глубокой сосредоточенности.  По  существу это способ духовного воспроизводства, система духовной практики,  которая позволяет человеку  взять  на  себя  ответственность за содержание своих мыслей.

Основное звено медитации – погружение умом в предмет, идею, концентрация внимания на анализе мыслей,  ощущений, состояний; рассредоточение внимания, достижение состояния «вне ума» для обеспечения завтрашнего интеллектуального прорыва. «В состоянии концентрации внимания, – отмечает Л.П. Гримак, – человек полностью выключается из системы внутренних и внешних раздражителей и сосредоточивается на единичном объекте, а следовательно теряет возможность правильно оценивать временны¢е промежутки. Основным содержанием переживаний становится ощущение необычной пустоты. Поскольку же временна¢я составляющая является необходимым компонентом в самосознании личности, в формировании ощущения Я, потеря временно¢й ориентировки приводит к формированию иллюзорного самовосприятия своего Я («слияние с беспредельным», «растворение в солнечном свете», «парение в невесомости» и т.п.). Естественно, что подобного рода психическая иммобилизация, связанная с временным выключением основных интегративных механизмов мозга, способствует восстановлению нервно-психических функций человека, оставляя после себя ощущение свежести, внутреннего обновления и радости бытия»2.

Методы медитации: созерцание предмета;  счет и осознание дыхания; учет каждой посторонней мысли, мягкое освобождение от нее; возвращение сознания  в  центральную точку.

Приемы медитации:  выбор времени, места, позы, дыхания.

Результат медитации – мощный прилив творческой энергии.

Медитация, по Багвану Шри Раджнишу (ОШО), — это дверь  к тайнам бытия, единственный способ превзойти себя, выйти за пределы себя. Она не должна быть усилием, выбирайте ту, которая Вам подходит.  Не создавайте самодельные медитации. Иногда медитация может быть очень опасна: Вы играете с  тонким, очень тонким механизмом ума.

 

Формы медитации:

 

Медитация «золотой свет» (Вы лежите утром в своей постели. Глаза закрыты. Когда вы вдыхаете, представьте себе золотой свет,  входящий через вашу голову в тело, как будто солнце встало рядом с вашей головой, улыбнитесь).

Медитация смехом (Первое, что нужно сделать утром, это рассмеяться, и это задаст тон всему дню).

Бег как медитация (Миг, когда бегун исчезает, остается только бег).

«Избиение подушки»  (Если вы чувствуете, что побили бы кого-нибудь,  – бейте подушку. Снимите энергию гнева – мысль о том, как кому-то сделать больно, постепенно исчезает).

«Размышляйте о противоположном» (Если вы разгневаны — думайте о сострадании,  если вы недовольны – думайте об  удовлетворенности).

Работа как медитация (Превратите работу в творчество).

«Подружитесь с деревом» (Общение, работа с деревом увлечет и отвлечет вас. Петр I принимал иностранных гостей в мастерской, вытачивая деревянные детали при этом).

Танец как медитация (Если Вы молоды или  хотите  быть молодым –танцуйте с наслаждением, самозабвенно, забудьте об окружающих, остались только Вы и Ваш партнер).

Секс как медитация (Естественная сексуальная жизнь даст Вам тонус во всех ваших делах, особенно в творчестве).

Общение с природой (Вас свяжут с ней избранная профессия, некоторые, включая экстремальные, хобби, разовые прорывы в естественный природный мир).

 

10. ОВЛАДЕНИЕ СИСТЕМНЫМ И АЛГОРИТМИЧЕСКИМ МЫШЛЕНИЕМ
Универсализация мышления – его многосторонность, многофункциональность, стремление к целостности, отталкивающаяся от идеи универсума. Его  результат  –  своеобразный  мыслительный Универсум. Однако феномен универсализации мышления возможно понять лишь через осмысление универсальности деятельности человека в его отношениях с природой, социальными институтами, другими людьми. Человек относится к самому себе «как к существу универсальному и потому свободному» (К.Маркс). Универсальность мышления базируется на единстве строения мира – его материальности, единство мышления – в его идеальности.
Лучшие решения принимаются в результате системного мышления /М. Биркенбиль/, включающего «структурное мышление». Наше мышление неминуемо должно быть открытой системой (системой систем), допускающей парадоксальность, неординарность, способность к восприятию нового, иначе нам уготована судьба динозавров. Системный подход включает в себя понимание тектологии системы (строение),  функционирования  (воспроизводства), эманации (обратного движения, дезорганизации), диссипации (создания «диссипативных структур»).
Напомню, что самой совершенной системой является не «здравый смысл» /рассудок/, а разум. По Конфуцию, у человека есть три возможности действовать умно: размышляя – это самый благородный путь;  подражая — это самый легкий путь; накапливая опыт – это самый печальный  путь.  Обогащайте  логическое мышление,  учитесь аргументировать. Его вершина – мышление методологическое.
«Наше мышление – благодаря пронизывающей его логике – все еще остается глубоко греческим: до такой степени, что, прежде чем приступить к изучению характера собственного мышления, мы должны внимательно всмотреться в мышление греков, – утверждает Ричард Тарнас. – Они заложили основу и других наших особенностей. Любознательность, страсть к нововведениям, критические наклонности, глубокий интерес к проблемам Жизни и Смерти, стремление к упорядоченности, скептическое отношение к общепринятым истинам – всеми этими характерными качествами греки заложили те интеллектуальные ценности, которые сегодня значат не меньше, чем в V веке до Р.Х.»3. Об этом стоит подумать.

1 Любопытно, что по Эйлеру интуиция – это способность отобрать 2-3 значимых факта из сотни фактов, чтобы решить проблему.

2 Гримак Л.П. Резервы человеческой психики. Введение в психологию активности. М., 1987. С.226.

3  Тарнас Ричард. История западного мышления. М., 1995. С.8.

Раздел 13. Инновационная ориентация самоменеджмента руководителя — часть 4

Алгоритмы

Виды
алгоритмов:

  • простой (режим дня)
  • обучающий (программное обучение)
  • общий (ритм жизни, темп жизни)
  • разрешающий (альтернативный выбор)

 

Составляющие алгоритма:

  • исходные данные для решения задачи (идея)
  • правила решения (свод правил)
  • найти результат в каждом шаге (решение)

Регулярные процессы легче управляются, обеспечивается упорядоченность состояний. Д. Карнеги советует, когда одолевает множество дел и хочется бросить все, делать одно дело в определенный промежуток времени (начало алгоритма). При разработке алгоритма, осмыслении «алгоритмической сложности» идем по принципу «сверху вниз». Сначала выделяем крупные шаги:

        Затем расписываем каждый из этих шагов в виде последовательности более мелких шагов:

Исходные данные могут меняться в определенных пределах.  Правила определяют последовательный путь решения задачи. Они привязаны к идее, исходным данным, регулируемым пульсацией, ритмами времени на каждой стадии процесса, нацелены на ожидаемый результат, действуют автоматически, не поддаваясь влиянию внешней среды.

Правила решения собираются в блоки, модули, что дает возможность, как и во всяком кодировании, бороться с избыточностью информации (помехами). Решение задачи, как и новое сообщение, возникает в определенном смысле как выбор из известных элементов (групп элементов, блоков, модулей). Итак, язык алгоритма: следование, альтернатива, цикл.

Опираясь на науку, практику, свои возможности и симпатии, каждый из нас выбирает свои собственные алгоритмы деятельности и самодеятельности.

Алгоритмический подход может быть использован руководителем в антикризисном управлении, в том числе — в антикризисном самоменеджменте. Некоторое представление об этом дает следующая схема (см. схему 13).

Смена алгоритмов

В ответ на внешние воздействия, «вызовы и угрозы среды» социальная система, чтобы обеспечить свое функционирование и развитие, меняет алгоритмы своей жизнедеятельности. Также поступает и человек при смене обстоятельств, возникновении стратегической неожиданности, инновационной задачи. Следовательно, мы должны не только иметь определенный набор алгоритмов, но и менять алгоритмы, вести поиск оптимального алгоритма в новых обстоятельствах.

Вы решаете сложную мыслительную задачу и не находите решения. Иногда можно биться об эту задачу всю жизнь, насилуя разум. Но возможен иной выход: включаем мыслительный алгоритм, переключаем алгоритмы. Меняем перспективу  на ретроспективу или, наоборот, профиль мыслительной деятельности, скажем, философский анализ, на теоретическую управленческую мысль, или, напротив, социологию управления на социологию сознания. Иногда сфера «отлета» мысли довольно далека от поставленной задачи, но задача прочно «сидит» в подсознании. И вдруг, чаще по аналогии, по ассоциации, возникает идея, «божья искра», и Ваша задача решена в оптимальный срок. История великих открытий полна примеров подобного рода. Когда будет написана история самоменеджмента, таких примеров будет не меньше. Кстати и психологи советуют: если что-то не получается, может возникнуть апатия или агрессия. Смените задачу, снимите планку притязаний, поищите новые радости в жизни и деятельности.

*
*     *
Таковы основные компоненты методологии осмысления инновационного прорыва в области государственного управления и разработки его инновационно-технологического оснащения на рубеже веков и тысячелетий для России и всего остального мира. Социальный мир стал иным, и надо строить с ним отношения. Куда, в какое будущее ведет эта дорога? Как полагают мои товарищи по исследованиям, тоже оптимисты, разумная жизнь возможна на многих планетах, включая и нашу.

Библиография

Айвазова С.Г. Гендерная асимметрия российской повседневности // Русские женщины в лабиринте равноправия (Очерки политической теории и истории. Документальные материалы). М., 1998
Анисимов О.С. Задача// Методологический словарь для управленцев. М., 2002.
Анохин П.К. Опережающее отражение действительности // Вопр. философии. 1962. № 2.
Анохин П.К. Теория функциональной системы / Успехи физиологических наук. 1970. Т. 1.
Аршинов В.И.. Синергетика, как феномен постнеклассической науки. М., 1999.
Аршинов В.И. Синергетика как сетевое мышление//На пути к постнеклассическим концепциям управления. М., 2005.
Астафьева О.Н. Синергетический подход к исследованию социокультурных процессов: возможности и пределы. М., 2002.
Атаманчук Г.В. Управление: всегда есть выбор. М.; 1999.
Атаманчук Г.В. Теория государственного управления. М., 1997.
Бергер П., Лукман П. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М., 1995.
Богданов А.А. Тектология: Всеобщая организационная наука. В 2 –х т. М.,1989.
Буданов В.Г. Междисциплинарные технологии и принципы синергетики/Первый российский философский конгресс. Т. VIII. М., 1997.
Будон Р. Место беспорядка. Критика теорий социального изменения. М., 1998.
Бурдье П. Социальное пространство и символическая власть//Начала. М., 1994.
Бурдье П. Социология социального пространства. М., СПб, 2007.
Василенко Л.А. Аутсорсинг – инновационная кадровая технология государственной службы. М.,2007.
Василенко Л.А., Рыбакова И.Н. Информационная культура в системе государственного управления. М., 2004.
Василькова В.В. Порядок и хаос в развитии социальных систем: Синергетика и теория социальной самоорганизации. СПБ, 1999.
Винер Н. Человек управляющий. СПб, 2001.
Гидденс Э. Ускользающий мир: как глобализация меняет нашу жизнь. М., 2004.
Глобализация и перспективы современной цивилизации.  М., 2005.
Гор А. Земля на чаше весов // Новая постиндустриальная волна на Западе. Антология. М., 1999.
Государственное управление в ХХI веке: традиции и инновации. Материалы 4-й ежегодной международной конференции факультета государственного управления МГУ им. М.В. Ломоносова (24–26 мая 2006 г.). М., 2006.
Граждан В.Д. Теория управления. М., 2006.
Гримак Л.П. Резервы человеческой психики. М., 1987.
Делокаров К. Х., Демидов Ф.Д.Глобализация и проблема нелинейности цивилизационного развития // Глобализация и перспективы современной цивилизации. М., 2005.
Делокаров К. Х., Демидов Ф.Д. Глобализация и нелинейный мир// Глобализация: синергетический подход. М., 2002.
Демидов Ф.Д., Егоров В.С. Немарковские процессы становления современного мировоззренческого подхода в обществознании//Синергетика: человек, общество. М., 2000.
Друкер П. Общество будущего//Управление в обществе будущего. М., 2007.
Друкер П. Принципы инновации//Энциклопедия менеджмента. Санкт-Петербург, Киев, 2004.
Дудченко В. С. Основы инновационной методологии. М., 1996.
Егоров В.К. Философия русской культуры. М., 2006.
Егоров В.С. Синергетика: человек, общество// Синергетика: человек, общество. М., 2000.
Елчев В.А. Аппарат Государственной Думы и законотворческий процесс. М., 1999.
Инноватика государственного управления: прорыв в будущее. Материалы Международной научно-практической конф. М., 2006.
Инновационная подготовка кадров государственной службы. М., 2006.
Капица С.П., Курдюмов С.П., Малинецкий Г.Г. Синергетика и прогнозы будущего. 2-е изд. М., 2001.
Капустин В.С. Синергетика социальных процессов. Учеб. пособие. М., 1996.
Карелова Г.Н. Женщины в обновляющейся России: опыт реализации гендерного подхода. М., 1997.
Карпичев В.С. Алгоритмическое (технологическое) мышление. Стереотипы. Мышление в иной системе координат//Управление мыслительными процессами. Технологии. М., 1998.
Карпичев В.С. Императив // Организация и самоорганизация социальных систем. Словарь. М., 2004.
Карпичев В.С. К вопросу о синергетике и инновационном самоменеджменте//Проблемы социального управления в условиях трансформации российского общества. М., 2005.
Карпичев В.С. Основания инновационного прорыва в области государственного управления. М., 2006.
Карпичев В.С. Теоретико-методологическое обоснование опережающего обучения государственных служащих//Социально-организационные основы государственной службы. М., 2005.
Карпичев В.С. Теоретические основы госслужбы//Государственная служба: теория и организация. Ростов-на-Дону, 1998.
Карпичев В.С. Технологический аспект инновационной подготовки государственных служащих // Инновационная подготовка кадров государственной службы. М., 2006.
Карпова Ю.А. Введение в социологию инноватики. Учеб. пособие. Спб. Питер, 2004.
Карташев В.А. Система систем. Очерки общей теории и методологии. М., 1995.
Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество, культура. М., 2000.
Кастельс Мануэль. Становление общества сетевых структур// Новая постиндустриальная волна на Западе. Антология. М., 1999.
Киселев А.С. Приоритеты общественного развития. Их влияние на концептуально-стратегический характер инновационных процессов в системе государственного управления. Санкт-Петербург, 2007.
Князева Е.Н. Природа инноваций и некоторые проблемы инновационного управления//Управление: социально-философские проблемы методологии и практики. Санкт-Петербург, 2005.
Князева Е.Н., Курдюмов С.П. Основания синергетики. Режимы с обострением, самоорганизация, темпомиры. СПб., 2002.
Константиновский Д.Л., Овсянников А.А., Покровский Н.Е. Совершенствование социологического образования. Аналитический доклад. М., 2005.
Копнин П.В. Гносеологические и логические основы науки. М., 1974.
Кравченко С.А., Красиков С.А. Социология риска. Полипарадигмальный подход. М., 2004.
Крозье М. Основные тенденции современных сложных обществ // Социально-политический журнал. 1992. №№ 6 – 7.
Кузнецова М.А. Дезорганизация государственной службы//Теория и практика государственного управления. Международный журнал. 1993. №6.
Култыгин В.П. Современные зарубежные социологические тенденции. М., 2000.
Култыгин В.П. Теория конструирования социальной реальности Лукмана и Бергера // Современные зарубежные социологические тенденции. М., 2000.
Куракин П.В. Малинецкий Г.Г. На пороге «субъективной» синергетики (синергетика 2) // Синергетика. Труды семинара. Т. 3. М., 2000.
Курдюмов С.П. Малинецкий Г.Г. Подлазов А.В. Историческая динамика. Взгляд с позиций синергетики. М., 2004.
Курдюмов С.П., Малинецкий Г.Г. Синергетика и системный синтез/Новое в синергетике: взгляд в третье тысячелетие. М., 2002.
Куценко В.И. Социальная задача. Киев, 1972.
Лем С. Сумма технологии. М., 1968.
Литвинцева Е.А. Государственная служба в контексте социальных изменений. М., 2003.
Луман Никлас. Общество как социальная система.   М., 2004.
Лужков Ю. Российские законы Паркинсона.   М., 1999.
Малышева М.М. Экономика и социальная политика: гендерное измерение. Курс лекций. М.,2002.
Материалы научно-практической конференции «Реализация мероприятий федеральной программы «Реформирование государственной службы Российской Федерации (2003–2005 годы) и основные задачи реформирования государственной службы на 2006–2007 годы». М., 2006.
Мейер К., Дэвис С. Живая организация. Компания как живой организм: грядущая конвергенция информатики, нанотехнологии, биологии и бизнеса. М., 2007.
Мельникова Т.А., Василенко Л.А., Рыбакова И.Н., Мельникова Н.С. Национальный механизм по улучшению положения женщин в Российской Федерации. Обеспечение политики равных прав и равных возможностей для мужчин и женщин// Гендерные бюджеты в структуре социальной политики. Учеб. пособие. Часть 1. М., 2006;
Мешкова И.В. Социальная реальность в контексте управления и самоорганизации// Стратегия динамического развития России: единство самоорганизации и управления. Материалы международной научно-практической конф. М., 2004.
Мерсер Д. ИБМ: Управление в самой преуспевающей корпорации мира. М., 1991.
Мидоуз Данелла, Мидоуз Деннис, Рандерс Йорген. За пределами допустимого: глобальная катастрофа или стабильное будущее?//Новая постиндустриальная волна на Западе. Антология. М., 1999.
Миронова Н. И. Социальная динамика: метаморфозы самоорганизации и управления.   Челябинск, 2005.
Моисеев Н.Н. Расставание с простотой.   М., 1998.
Морен Эдгар. Метод. Природа Природы.   М., 2005.
Морен Э. Принципы познания сложного в науке XXI века // Вызов познанию: стратегии развития науки в современном мире. М., 2004.
Налимов В.В. Вселенная смыслов // Разбрасываю мысли. В пути и на перепутье. М., 2000.
На пути к постнеклассическим концепциям управления.   М., 2005.
Немировский В. Г. Универсумная парадигма в российской социологии // Социология на пороге XXI века: Основные направления исследований. 3-е изд., доп. перераб. М., 1999.
Николис Г., Пригожин И. Познание сложного. М., 1990.
Новая постиндустриальная волна на Западе. Антология.   М., 1999.
Организационная культура государственной службы.   М., 2001.
Осадчая Г.И., Юдина Т.Н. Гендерное равенство в России: стратегия и показатели. М., 2003.
Парсонс Т., Толкотт. Система современных обществ.   М., 1997.
Пригожин А.И. Дезорганизация: причины, виды, преодоление. М., 2007.
Пригожин А.И. Методы развития организаций. М., 2003.
Пригожин А.И. Нововведения: стимулы и препятствия (Социальные проблемы инноватики). М., 1989.
Пригожин А.И. Управленческое консультирование нововведений // Методы развития организаций. М., 2003.
Пригожин И. Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой.   М., 2000.
Прогноз инновационно-технологической и структурной динамики экономики России на период до 2030 года с учетом мировых тенденций. М., 2006.
Реформа государственной гражданской службы в Российской Федерации. М., 2006.
Римашевская Н.М. Реформирование социальной сферы в контексте гендерных отношений// Гендер как инструмент познания и преобразования общества. Материалы Международной конф. «Гендерные исследования: люди и темы, которые объединяют сообщество», Москва, 4-5 апреля 2005 г. М., 2006.
Рощин С.Ю. Гендерное распределение выгод от экономического роста: российский вариант// Гендер как инструмент познания и преобразования общества. Материалы Международной конф. «Гендерные исследования: люди и темы, которые объединяют сообщество», Москва, 4-5 апреля 2005 г. М., 2006.
Романов В.Л. Проблемы административного реформирования (социосинергетический поиск).   М., 2004.
Романов В.Л. Социально-инновационный вызов государственному управлению.   М., 2006.
Рыбакова И.Н. Социокультурное пространство субъектов государственного управления. М., 2007.
Савеленок Е. Данные результатов опроса по идеологии управления//Идеология организации. М., 2001.
Савченко А.Б. Искусство управления ситуацией: опыт Востока и Запада. Учебно-практическое пособие. М., 2006.
Санто Б. Инновации как средство экономического развития. М., 1990.
Соколов В.М. Российский менталитет и исторические пути Отечества. Записки социолога. М., 2007.
Сорокин П. Главные тенденции нашего времени. М., 1977.
Социальная инноватика в управлении: вопросы и ответы, структурно-логические схемы. Учеб. пособие для вузов. 2-е изд., доп. и перераб.   М., 2004.
Социальная инноватика в управлении: муниципальные финансово- производственные группы. Учеб. пособие. 4-е изд., перераб. и доп.   М., 2006.
Степин В.С. Теоретическое знание. М., 2003.
Судьба России: вектор перемен. Материалы международной научной конф. Т. 1. Екатеринбург– Москва, 2007.
Тоффлер Э. Предисловие// Пригожин И. Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. М., 2000.
Тоффлер Э. Шок будущего. М., 2001.
Тощенко Ж.Т. Парадоксальный человек. М., 2001.
Турчинов А.И. Профессионализация и кадровая политика: проблемы развития теории и практики. М., 1997.
Турчинов А.И. Целостность государственной службы в системе государственного управления России // Сб. статей РАН, ИНИОН, РАГС при Президенте РФ. М., 2003.
Управление: социально-философские проблемы методологии и практики. Санкт-Петербург, 2005.
Урсул А.Д. Ноосферная концепция устойчивого (глобального) развития мира. Новая парадигма развития России.   М., 1999.
Усманов Б.Ф. Социальная инноватика.   М., 2000.
Федулов Ю.Г. Ситуационный антикризисный тренинг. Учеб.метод. пособие. М., 2002.
Хайек Ф., фон. Пагубная самонадеянность. Ошибки социализма. М.1992.
Хайдеггер М. Время и бытие.   М., 1993.
Хакен Г. Синергетика. М., 1980.
Штомпка П. Инновации и инноваторы // Социология. Анализ современного общества.   М., 2005.
Штомпка П. Теоретическая социология и социологическое воображение// Социологический журнал. 2001. № 1.
Эрхард Людвиг. Полвека размышлений. Речи и статьи.   М., 1993.
Эффективность государственного управления (пер. с англ.). М., 1998.
Яковец Ю.В., Кузык Б.Н. Россия – 2050: стратегия инновационного прорыва. М., 2005.
Янсен Ф. Эпоха инноваций. М., 2002.

Написано: admin

Январь 19th, 2016 | 2:40 пп