Учебно-методический центр

по аттестации научно-педагогических работников ВУЗов



Главная | Философия | Обществоведение | Книги | Учебники | Методики | История | Религия | Цели и задачи

Красноярская формула

Александр Геннадиевич ХЛОПОНИН — губернатор Красноярского края
Родился в 1965 г. в г. Коломбо (Шри-Ланка), в семье переводчика советского внешнеэкономического ведомства. В 1989 г. окончил факультет международных финансов Московского финансового института. С 1992 по 2002 гг. — руководитель ведущих финансовых и промышленных структур России.

17 октября 2002 г. вступил в должность губернатора Красноярского края.

4 июня 2007 г. по представлению Президента РФ Владимира Путина депутаты Законодательного собрания единого Красноярского края (включая Эвенкийский и Таймырский (Долгано-Ненецкий) автономные округа) утвердили А.Г. Хлопонина в должности губернатора края.

Почетный гражданин города Норильска. Награжден орденами «За заслуги перед Отечеством» IV степени (3 апреля 2008 г.) и Почёта (15 апреля 1998 г.), а также орденом Святого благоверного князя Даниила Московского (РПЦ, 2005 г.)

—    Александр Геннадиевич, существует множество оценок государственно-частного партнерства — как положительных, так и резко отрицательных. Споры иногда достигают точки кипения. А как лично Вы оцениваете этот механизм управления? Что значит ГЧП для экономики края и России в целом?

—    Я не знаю ни одного резонного довода против частно-государственного партнерства. У нас реализуется большое количество таких проектов: создание центра газодобычи, с общим объемом финансирования в 420 млрд рублей; освоение Ванкорского нефтегазового месторождения, стоимостью почти 180 млрд рублей; строительство железнодорожной линии Кызыл-Ку-рагино в увязке с освоением минерально-сырьевой базы Республики Тыва, почти 100 млрд рублей; создание Красноярского международного авиатранспортного узла на базе аэропорта «Емельяново» и многие другие.

Практическая реализация выглядит следующим образом: государство создает инфраструктуру проекта и условия его осуществления, а бизнес вкладывает деньги и развивает проекты в рамках долгосрочных программ. Соотношение государственных и частных инвестиций — 1:6. В среднем по стране считается нормальным, если государство и частные компании вкладывают средства в общий проект в пропорции 1:5, а наши показатели говорят о том, что Красноярскому краю удалось создать атмосферу делового доверия и привлекательности региона для инвестирования.

—    А можно ли привести один из примеров крупного проекта, реализуемого с помощью ГЧП?

—    Укрепление промышленного потенциала Нижнего Приангарья. Общий объем инвестиций — почти 215 млрд руб., в том числе средства Инвестиционного фонда Российской Федерации — 34,223 млрд руб., краевого бюджета — 0,695 млрд рублей, частные инвестиции -179,692 млрд рублей. Создается транспортная и энергетическая инфраструктура, осваиваются природные ресурсы. Строятся промышленные объекты, устраняется потенциальный дефицит электроэнергии в объединенной энергетической системе Сибири, ставший серьезной проблемой после аварии на Саяно-Шушенской ГЭС.

Что в итоге реализации инвестиционных проектов получают край и Россия? Повышается уровень жизни населения, укрепляется социальная стабильность, экономическая безопасность и конкурентоспособность Российской Федерации. Только налогами мы получим от железной дороги Кызыл-Курагино около 18,8 млрд руб., от Ванкора — 12 млрд руб. в год.

Конечно, пришлось основательно подумать над проблемами структуры собственности, гарантий вложений и участия в прибылях, обеспечения прав всех сторон. Но сегодня у меня есть все основания говорить, что реализация проектов на базе ГЧП будет набирать обороты.

—    Есть ли какие-то особые условия, методики для столь успешной реализации масштабных, долгосрочных проектов? На что, на Ваш взгляд, должны делать упор управленцы регионального уровня?

—    Безусловно, у краевой администрации есть прямые функции, которые мы обязаны выполнять с точки зрения действующего законодательства по разграничению и ведению полномочий. И мы, как и все другие регионы, ведем здравоохранение, образование, социальную защиту, культуру, спорт и т.д. Но экономический блок край переформатировал, исходя из собственных нужд.

Прежде всего, обязанности по работе в рамках ГЧП возложены на Министерство экономики и регионального развития Красноярского края.

В его ведении находятся все практические вопросы создания условий для развития инвестиционной политики. Суть его деятельности заключается как раз в проработке практических аспектов различных форм и вариантов взаимодействия федеральных органов в крае, региональных и местных органов власти.

Может быть, Красноярску легче потому, что это — в большей степени сырьевая территория, у нас богатые природные ресурсы и есть возможность маневра. Здесь работает много крупных компаний, с которыми проще реализовывать масштабные долгосрочные проекты.

Краевая администрация при этом решает стратегические задачи. Во-первых, разрабатывает систему приоритетов. То есть обозначается та или иная сфера деятельности, в которой необходимо достичь позитивного результата.

Во-вторых, мы договариваемся с крупными частными корпорациями и согласовываем то, что требуется государству, с их собственными планами. Например, при разработке проекта «Нижнее Приангарье» удалось согласовать интересы металлургов, энергетиков, транспортников, лесохимиков.

В-третьих, нам нужно определиться с долгосрочной стратегией развития региона в целом. Потому что каждый из больших проектов нуждается в соответствующей инфраструктуре, которую должна создавать местная власть. Эта позиция сложна и достаточно разнообразна. В нее входят не только дороги или жилье, но еще и научные разработки. Очень многие из проектов, осуществляемых в крае, невозможно реализовать, если использовать только имеющиеся технологии. Надо дополнительно проводить исследования, организовывать НИОКРы, создавать новые производства. Все это тянет за собой шлейф вопросов, решать которые частная компания никогда не будет. Значит, этим должны заниматься специалисты министерств края.

—    Насколько важно для успешного государственно-частного партнерства заниматься подготовкой кадров? Кто должен их готовить: государство или бизнес? Не проще ли закупить где-то «в развитых странах» необходимые технологии, обучить им имеющихся специалистов и дальше только получать прибыль?

— Не проще. Идеи и технологии — это товар. Чем серьезнее проблемы, тем больше надо заплатить за их решение.

При формировании проектов развития региона мы выясняем: какие специалисты нужны, как изменятся потребности субъектов экономической деятельности. Затем запускаем процесс их подготовки, и к нужному моменту приходят специалисты для работы в этих проектах.

Такая стратегия развития и привлечения научных и образовательных учреждений отработана нами в сотрудничестве с компаниями «Роснефть», «Газпром», «Лукойл», с другими крупными корпорациями. Но потребности растут и ужесточаются. Дело все в том, что условия работы тех же нефтяников крайне сложны. Взять нашу нефть можно только с совершенно новыми технологиями, которые еще надо создать.

Так возникла идея создания Сибирского федерального университета (СФУ) как мозгового центра и инновационного образовательного учреждения региона. В его состав вошли четыре вуза: Красноярский государственный университет, Красноярский государственный технический университет, Красноярская государственная архитектурно-строительная академия, Государственный университет цветных металлов и золота. Но СФУ — это не просто комбинация нескольких вузов, зданий и сооружений. Это переход на новый уровень образовательных стандартов, это прямая заинтересованность компаний, которые развивают наши территории на долгосрочной основе, и им для этого нужны новые кадры и новые технологии. Поэтому тут синергия получилась хорошая.

Сегодня в состав СФУ входят 35 научно-инновационных подразделений, среди которых НИИ, КБ и центры трансфера технологий, лаборатории, технопарки, опытные производства и так далее. В нем учатся более 40 тысяч человек, численность профессорско-преподавательского состава — свыше 3300 человек, общее число сотрудников и преподавателей — более 8 тысяч.

Наши условия постоянно требуют новых и новейших технологий, создать которые можем только мы сами. К этому мы и приучаем студентов СФУ. Кстати, сразу показываем им, что таланты хорошо оплачиваются. У нас есть система грантов на университетские НИРы. Например, на 2010 г. запланирована достаточно крупная сумма —    около 200 млн рублей для поддержки талантливой молодежи. Распределением этих средств занимаются специальная комиссия, а также инновационные фонды по трем стратегическим направлениям: высокие технологии, энергетика, экология и здравоохранение.

Дополнительное финансирование при продвижении идей на рынок ведет наша венчурная компания, у которой около 150 млн бюджетных средств.

—    Как у вас складываются отношения с соседними регионами? Не возникает ли желания объединить ресурсы для решения особо масштабных проектов?

—    Такая работа ведется, и успешно. Логика в межрегиональном сотрудничестве чисто экономическая. При проработке и согласовании государственных планов стратегического развития и стратегий развития регионов, крупных корпораций и компаний мы, естественно, выходим на имеющиеся и наиболее перспективные точки роста. Из них в свою очередь вырастают «экономические районы», которые чаще всего охватывают несколько субъектов.

Вот пример — экономические проекты «Нижнее Приангарье» или освоение Северного нефтяного района. В них задействованы Ямал, Красноярский край, Иркутская и Томская области. К освоению новых ресурсных баз должна подключаться наука. А это не только Сибирский федеральный университет, но и Томск со своим научным потенциалом.

Можно привести еще один пример проекта, затрагивающего сразу множество территорий, — нефтепровод, который строится от Юрубчено-Тохомской зоны до станции Карабула. От решения вопросов межрегионального сотрудничества зависит и развитие месторождений в Эвенкии, и выполнение Россией международных обязательств, поскольку нефть из этого нефтегазового месторождения пойдет в нефтепровод до КНР.

Как раз здесь мне представляется очень важным определить конкурентные преимущества каждого субъекта, на чем он будет специализироваться. Естественно, это не должно проводиться по принципу: кто быстрее пролоббирует или кто ближе находится к органам государственной власти, у кого лучше отношения с федеральными руководителями — тот и главный в ряду других регионов. Необходимо выстраивать экономику, прежде всего, на базе глобальных общероссийских приоритетов. Это вот и будет давать возможность образовывать экономические союзы и альянсы, создавать экономические кластеры с объединением различных субъектов Федерации.

На мой взгляд, основой для такого сотрудничества должна быть государственная стратегия, реализуемая под контролем Минэкономразвития. Простейший пример: строим мы Богучанскую ГЭС. Она захватывает и часть Иркутской области. Значит, федеральное министерство должно наладить взаимодействие на уровне межрегиональных комиссий.

Следующим уровнем организации таких контактов должны быть федеральные округа, разрабатывающие собственные стратегии межрегионального взаимодействия. Надо, например, решить вопрос взаимной подготовки кадров. Нельзя же до бесконечности строить институты в каждом регионе только для собственных нужд!

—    Какие перспективы, на Ваш взгляд, есть для государственно-частного партнерства в крае и в России в целом? Как оно должно развиваться и над какими направлениями следует работать, используя этот механизм?

—    Разработкой планов занимается Красноярский экономический форум. О том, насколько далеко он смотрит, говорит, например, тот факт, что в феврале 2009 года мы обсуждали, как будет развиваться Россия в посткризисный период.

Следующий форум состоится в феврале 2010 года. На нем мы планируем обобщить итоги антикризисной деятельности как государства, так и частных компаний и корпораций. По первым прикидкам, дискуссия развернется масштабная: что выгоднее — сдерживать инфляцию или нет, держать рубль или ослабить его, обеспечить приток средств и создать больше рабочих мест, если создавать инфраструктуру, то какую и где? Это все мы намерены обсудить на уровне правительства, на уровне специалистов, принимающих решения.

Красноярский форум в большей степени как раз касается моделей частно-государственного партнерства, возможностей для инвестиций в экономику, создания кластеров. На прошлом был предложен новый формат -большой дискуссионной площадки, на которой все без исключения имеют возможность высказать свою точку зрения и спорить по концептуальным вопросам с федеральным правительством. Мне кажется, формат получился очень удачным. Часть предложений, которые были тогда разработаны, уже реализованы федеральным правительством или находятся в исполнении. А часть идей еще не до конца осознаны, и мы по их поводу продолжаем спорить.

Жизнь кипит. Не развивается только то, что уже умерло. Валерий ПЕРЕВАЛОВ

Written by admin

Декабрь 5th, 2018 | 7:04 пп