Учебно-методический центр

по аттестации научно-педагогических работников ВУЗов



Главная | Философия | Обществоведение | Книги | Учебники | Методики | История | Религия | Цели и задачи

К вопросу о специфике социально-философского знания

Со второй половины ХХ столетия начался редкий период в истории человечества, отмеченный несколькими кризисами — информационным, экологическим и др. Такой характер развития дает основание для того, чтобы переосмыслить некоторые оценки философии природы и социальной философии. Публикуемая статья выносится на обсуждение читателей «ГС».

Виталий ШОЛОХОВ — кандидат технических наук, старший научный сотрудник Федерального агентства по управлению федеральным имуществом

Термин «социальная философия» утвердился в нашей стране лишь после 1991 г., когда прежний курс философии в отечественных вузах, состоявший из двух частей — диалектического и исторического материализма, без каких-либо споров и дискуссий, одним росчерком пера был отменен «сверху» как «научно несостоятельный». Вместо «исторического материализма» в вузовских программах появилась новая философская (по крайней мере, по названию) дисциплина — «социальная философия», проблематика которой до конца так и не определена.

Термин «социальная философия» этимологически означает не что иное, как «философия общества». Но если это философия общества, то чем новая «социальная философия» отличается от других наук об обществе? Кроме того, необходимо раскрыть суть основного вопроса этой дисциплины.

Думается, верно утверждение, что социальная философия — часть философии, которая анализирует общество и его жизнь, а также человека как субъекта деятельности и социокультуры [1]. Объектом социальной философии, полагает другой автор, выступают социальная жизнь и социальные процессы, качественное своеобразие общества, его законы, социальные идеалы, генезис и развитие, судьбы и перспективы, логика социальных процессов [2].

Синергетика и другие достижения междисциплинарных исследований способствовали выработке постнеклассической картины мира. Последняя включает в себя целый ряд новых моментов. «Теория организации с описывающими ее категориями открытости Мира, Миропроявления, безначальности Мира, материи и антиматерии, хаоса и порядка, самоорганизации и организации как производных форм упорядоченности, информация как глобальный язык Природы, открытости и закрытости систем, материального и идеального начал Природы, объективного и идеального, детерминизма и индетерминизма, линейности и нелинейности, стабильности и нестабильности, устойчивости и неустойчивости, однонаправленности и разнонаправленности природных процессов, особого темпомира, диссипативных структур, флюктуаций и бифуркаций, аттракторов и фракталов информационной природы человека, человека как микрокосма, его познавательной потребности и способности, становления человека как приращения его разумности и т.д. выражает, на наш взгляд, современное миропонимание, соответствующее постнеклассической науке» [3].

С претензией на верное понятие сущности философии выступает сегодня постмодернизм, который нередко характеризуется как постнеклассическое состояние философии. Эта параллельная рефлексия науки и философии создает новые взаимоотношения между ними, начиная от полного слияния и кончая противопоставлением. Успехи, достигнутые синергетикой, наталкивают «синергистов» (термин В.Н. Шевченко [4]) на мысль о решающем влиянии синергетики на философию. Между тем постмодернизм возник намного раньше, чем появилась синергетика. Чтобы точнее раскрыть взаимоотношения синергетики (более широко, науки) и философии, приведем некоторые энциклопедические сведения о постмодернизме [5].

Термин «постмодернизм» впервые встречается в 1917 г. в книге Р. Ранвица «Кризис европейской культуры». Конструктивное содержание этому понятию дал А. Дж. Тойнби. Постмодернизм провозглашался как эпоха, начавшаяся после Первой мировой войны; эпоха, которая радикально отличалась от модерна новационными тенденциями, прежде всего, в искусстве и архитектуре. Затем это понятие было использовано в социально-исторических и экономико-технологических сферах. В 1979 г. Лиотар в работе «Постмодернистическое состояние: доклад о знании» придал этому термину статус новой философской категории, которая выражает специфику современной эпохи в целом. Вскоре появилось огромное количество исследований, посвященных ассоциированным проблемам. В результате содержание понятия «постмодернизм» постепенно трансформировалось и сегодня оказалось предметом постмодернистской философской рефлексии.

Ведутся споры о том, когда впервые возник постмодернизм. Постмодернистом (согласно Эко) следует считать уже Гомера. Априоризм Канта также допускает постмодернистскую трактовку его философии (согласно В. Меран). Высказывается точка зрения, согласно которой термин «постмодернизм» следует интерпретировать как «всемирно-историческое понятие» (Г. Кюнг). Вместе с тем имеется и другая, исключающая первую, точка зрения, согласно которой постмодернизм — это эпоха не в развитии философии, а в развитии сознания (З. Бауман).

Философия, равно как и искусство, рефлексивно осмысливает постмодерн как процессуальность. Это требует осознания своих философских полей, понятий и категорий смысловых приоритетов. Основной результат: «философия постмодернизма отказывается от дифференциации знания на онтологию, гносеологию и т.д.». Постмодернизм «фиксирует невозможность конституирования в современной ситуации метафизики как таковой [5, с.810].

В докладе на III Российском философском конгрессе в Ростове-на-Дону в 2002 г. академик В.С. Степин связал прогресс философского знания с уровнями рефлексии: классика — нулевой уровень, модерн — следующий уровень и, наконец, постмодерн — третий уровень рефлексии философского познания: «Классическая, неклассическая, постнеклассическая наука предполагает различные типы рефлексии над деятельностью: от элиминации из процедур объяснения всего, что не относится к объекту (классика), к осмыслению соотнесенности объясняемых характеристик объекта с особенностью средств и операций деятельности (неклассика), до осмысления ценностно-целевых ориентаций целями и ценностями (постнеклассика)» [6].

Так как познание (и организация) использует два уровня рефлексии (начиная с нулевого), то правомерно говорить о конце прогресса философии. Философия как организация информационного взаимодействия познающих систем может иметь только те этапы исторического развития, которые присущи всякой организации. Она не нуждается еще в одном, более высоком уровне рефлексии, поскольку его просто нет в развитой структуре любой организации, каковой остается и философия.

Синергетика выдвигает программу превращения философии в современную универсальную методологию научного исследования, своего рода новую социально-философскую теорию или даже новую философскую методологию. По мнению В.Н. Шевченко, которое мы разделяем, «претензии в свое время кибернетики на решение многих собственно философских проблем оказались по большому счету несостоятельными» [4].

Подобные современные претензии синергетики аналогичны тем, что ранее выдвигали кибернетика и другие междисциплинарные науки. На наш взгляд, саму синергетику следует рассматривать как отдельную ветвь кибернетики, поскольку основные понятия — «самоорганизация» и «информация» были сконструированы кибернетикой на начальном этапе ее развития. Вспомним в этой связи Н. Винера, который наиболее важными и актуальными вопросами, стоящими перед кибернетикой, считал изучение самоорганизующихся систем, нелинейных систем и проблем, связанных с жизнью как таковой.

С современной точки зрения, философия есть организационная структура познания. Она начинает с анализа «основания», т.е. бытия, и двигается в направлении «информации», т.е. знания.

Организационное здание философии перестраивается всякий раз с появлением фундаментальных открытий в области познания. Сегодня это открытия синергетики, которые в первую очередь относятся к области онтологии. Однако полученные синергетикой результаты являются следствием и других междисциплинарных исследований. Данный факт всесторонне проанализирован А.А. Крушановым в книге «Язык науки в ситуациях предстандарта». Однако в этом фундаментальном исследовании не нашли места некоторые важные в методологическом отношении достижения кибернетики, в которых отражаются свойства самоорганизующихся систем, в частности свойство ускорения поиска экстремума функции при параллельном включении экстремальных регуляторов на поиск общей цели. Это свойство позволяет действовать всем процессам природы в одном темпе, несмотря на то, что в иерархии систем все процессы происходят с неодинаковыми скоростями.

Усилия синергетики, кибернетики и других междисциплинарных отраслей знания оказались не напрасными. Об этом пишет, в частности, А.А. Крушанов в упомянутой книге. В то время как на верхних этажах рефлексии неплохо «поработала» философия, на нулевом уровне синергетика заложила мощный фундамент — возникновение организации из хаоса. Проблемное поле синергетики, как уже отмечалось, — онтология. Она возвращает нас к классическим проблемам познания и законам диалектики. Постнеклассическая картина мира выросла с классических, по существу, диалектико-материалистических позиций. Этого важного звена, по нашему мнению, явно не хватало классике для того, чтобы не искать ненужного «начала» (чем занимался Гегель и другие). Раздвоение единого оказалось вовсе не переходом небытия к бытию, а вариацией (в том числе случайной) пространства. Любое случайное изменение в пространстве (или его части) уже есть его вариация. А все то, что стабильно существует, есть инвариант этих изменений. Мы полагаем, что тот же смысл имеет и любое отклонение системы от положения равновесия, даже виртуальное.

Любое отклонение системы от положения равновесия описывается изменением энтропии. Энтропия (греч. еn — в, tropia- поворот, превращение) — понятие классической физики, введенное в науку З. Клаузисом в XIX в. Посредством этого понятия описывается действие второго начала термодинамики: в замкнутой системе, находящейся в стационарных условиях либо в границах энергетической совокупности Вселенной, происходит возрастание энтропии, так как все виды энергии в конечном счете превращаются в тепловую энергию и рассеиваются в окружающую среду.

Исходя из такого определения энтропии Клаузиус и Томпсон выдвинули положение о неизбежной «тепловой смерти» Вселенной в целом. Однако этот вывод не соответствует данным современной физики. Поэтому формула, выражающая значение энтропии, была изменена в соответствии с квантово-механическими представлениями физики как более отвечающими природе естества. В формуле размеренности энтропии вместо температуры среды появилось время. Это позволило уточнить структуру информации, поскольку отрицательная часть изменения энтропии связывается наукой с информацией. Информация же есть основа управления, которая, как известно, изучается кибернетикой.

Таким образом, синергетика вкупе с кибернетикой позволяют получить современную универсальную методологию познания возникновения и развития природных явлений. Они объясняют всеобщие черты природных процессов, а потому обретают статус универсальности.

В уравнениях движения, которые устанавливает наука, находит отражение то, что не противостоит системе. В связи с этим математика становится основным рабочим инструментом науки, а формальная логика — основой переработки информации.

Философия в лице онтологии и диалектики имеет дело со становлением и законами развития сущего, фиксирующими те инварианты, благодаря которым происходит возникновение и усложнение организации (систем). Сегодня эти вопросы берет на себя синергетика. Что до философии, то она занимается в основном свойствами сложноорганизованных динамических развивающихся систем любой природы — неживой, живой, социальной, а также познания. Мы полагаем, что не синергетика вытеснила философию, а, наоборот, философия ассимилировала все то ценное, что дали междисциплинарные исследования. Данный факт не отменяет проблемы построения системы категорий и их взаимосвязей. Но все же, с точки зрения формирования правильного мировоззрения, отнюдь не лишне иметь систему онтологических принципов.

Сегодня к социальной философии предъявляются особые требования. Она должна теперь уже с иных позиций показать полный цикл развития общества, его цивилизованных и формационных типов, дать критерии развития и его границы, т.е. создать логическую картину будущего.

Литература

1. Момджян К.Х. Социальная философия // Новая философская энциклопедия. Т.III. М., 2001. С.610.

2. Грицанов А.А. Социальная философия // Всемирная энциклопедия. Философия / АСТ, Минск, 2001. С.990.

3. Егоров В.С. Синергетика и философия // Синергетика, философия, культура. М., 2001. С.8-51.

4. Шевченко В.Н. Социосинергетика или социальная философия? // Синергетика, философия, культура. М., 2001. С.29-38.

5. Можейко А.П. Постмодернизм // Всемирная энциклопедия. Философия. ХХ век. М., Минск, 2002. С.810-812.

6. Степин В.С. Самоорганизующиеся системы: новые стратегии деятельности / Пленарный доклад на III Российском философском конгрессе «Рационализм и культура на пороге III тысячелетия» // Вестник Российского философского общества. 2003. № 2. С.14-29.

Written by admin

Ноябрь 5th, 2018 | 1:52 пп