Учебно-методический центр

по аттестации научно-педагогических работников ВУЗов

Главная | Философия | Обществоведение | Книги | Учебники | Методики | История | Религия | Цели и задачи

Осень и зима будут жаркими

Прогноз Центризбиркома: осень и зима будут жаркими

Борьба за голоса избирателей стала набирать обороты уже до официального старта избирательной кампании в Государственную думу. На этот раз выборы, назначенные на 7 декабря с.г., пройдут по новым правилам. Центризбирком совместно с Администрацией Президента и Парламентом разработали новое законодательство.

Теперь в выборах имеют право участвовать, кроме самих кандидатов, только политические партии. Все иные общественные объединения ушли с политической арены.

С вопроса о плюсах и минусах избирательного законодательства и началась беседа главного редактора журнала «Государственная служба» Евгения Павлова с Председателем Центризбиркома Александром Вешняковым.

– Если говорить про новое законодательство, то это в основном плюсы, да и сама задача его разработки заключалась в том, чтобы устранить те негативные явления, которые были отмечены практикой прошлых выборов. В том числе через усиление роли политических партий, их ответственности в избирательном процессе. А также через дополнительные правовые меры по введению реального общественного контроля за организацией голосования, по подведению итогов голосования, чтобы те элементы сомнения, которые иногда возникают у разных людей, были сведены к минимуму.

– Вы считаете это возможным?

– Я думаю, Вы в этом убедитесь на этих выборах. На 109 миллионов избирателей миллион человек работают в избирательных комиссиях, и требовать полного идеала в таком сложном вопросе, как формирование власти, при тех соблазнах, которые существуют, наверное, – это утопия. Но, по крайней мере, удержать эту борьбу в рамках права, конфликт, по природе заложенный в выборах, – задача вполне посильная.

– Многие отмечают, когда говорят о новом избирательном законодательстве, что оно практически регламентирует каждый шаг участника выборной кампании. При разработке этого законодательства Вы опирались на опыт тех выборных кампаний, которые проходили у нас в России: шумные, зачастую скандальные?

– Сам по себе процесс детализации ряда процедур, которые предусматривает законодательство, объясним тем, что практика выборов показывает, что общие позиции, которые в законе заложены, приводят (есть юридический термин), порой, к злоупотреблению правом. Это все время подталкивает законодателя на детализацию. И в этой части с моей точки зрения это объяснимо.

Вы отчасти правы. Например, если бы мы не сделали четкую регламентацию всех действий и процедур при организации голосования, в подсчете голосов избирателей и оформлении протокола итогов голосования, передачи данных наверх, то мы получили бы в каждом субъекте регулирование этих вопросов и применение их на практике по своему усмотрению, что привело бы к массе скандалов. А в некоторых случаях – к невозможности вообще определить результаты выборов. Благодаря правовым формулам, прописанным в нашем федеральном законодательстве, универсальным единым требованиям для всех выборов Российской Федерации при всех спорах, которые возникают в ходе выборов, мы имеем единичные случаи, когда дело доходит до судов. Это не потому, что нет желающих оспорить результаты, отменить их. Они есть всегда. Но дело в том, что эти процедуры настолько четко прописаны, что невыполнение их невозможно. И если они где-то нарушаются, то вскрыть их и, как говорят, «за ушко и на солнышко» поднять некоторых нарушителей на местах полностью позволяет наше законодательство. Еще раз хочу повторить то, о чем говорил сначала – именно детализация правил организации голосования и подведения итогов минимизировала скандалы на наших выборах на самом главном этапе избирательной кампании.

– Вместе с тем, лидер Хельсинской группы Л.Алексеева в интервью «Новым известиям» заявила, цитирую: «Члены участковых комиссий манипулируют бюллетенями, члены региональных избиркомов – цифрами и начальства боятся больше, чем Уголовного кодекса, предусматривающего за эти действия до 4х лет тюрьмы». Вы только что пытались это опровергнуть и тем не менее…

– Это некорректно. В комиссиях, как я уже говорил, в общей сложности работает миллион человек. В то же время я понимаю, что «в семье – не без урода». Есть разного рода отщепенцы, в том числе и в комиссиях, которых неоднократно «брали за руку» и привлекали к уголовной ответственности. А для того чтобы минимизировать такого рода желания на будущих выборах, мы специально предложили еще одну дополнительную форму общественного контроля. Самая главная гарантия – общественный контроль на наших выборах. Он может быть очень действенным. У каждой партии, у каждого кандидата, в том числе и общественных объединений, которые не участвуют в выборах, есть право направить своих наблюдателей на каждый избирательный участок. 94 тысячи участков в России, пожалуйста, направляйте! Я думаю, есть партии, которые наверняка этим воспользуются, и мы будем им всячески в этом помогать, чтобы они направили своих наблюдателей практически на все избирательные участки. На участке они имеют право видеть не только, как проходит голосование, но и сам процесс подсчета избирательных бюллетеней, с демонстрацией каждого бюллетеня всем присутствующим, чтобы не было никакого сомнения в объективности подсчета голосов избирателей. И тут же, прямо на участке – заполнение итогового документа (протокола) участковой избирательной комиссии. Вы как наблюдатель, в том числе и средства массовой информации, имеете право получить заверенную копию итогов голосования этого протокола с печатью участковой комиссии. Получил юридический документ – копию протокола участковой комиссии, пришел и ночью сдал ее в свой штаб. Утром в штабе, собрав все копии протоколов, садятся к компьютеру, включают соответствующий сайт в Интернете избирательной комиссии субъекта, на котором избирательная комиссия субъекта обязана в течение суток разместить все данные протоколов, которые введены в систему ГАС «Выборы», по которой, в свою очередь, будет подводиться итог голосования в целом по России. Сопоставляйте! Если обнаруживается где-то игра цифрами (сознательная или ошибочная, разные могут быть причины), то выяснить, где это произошло и кто это сделал, не составит никакого труда. Вот к чему я призываю многих, в том числе представителей общественных организаций: не клеймить позором всех подряд, а участвовать в процессе, потому что законодательство, за которое боролась Центральная избирательная комиссия, позволяет нам сегодня вести этот контроль и «хватать за руку» тех, кто будет пытаться манипулировать голосами избирателей.

Мы за то, чтобы того, кто нарушает закон, действительно вылавливать и создавать ситуацию, чтобы он не имел возможности даже при огромном желании манипулировать результатами выборов. И мы действительно этим занимаемся. Этого никто не может отрицать.

А другие специализируются на иных вопросах: нагнетают ситуации всеобщего недоверия к выборам власти в России. Мы – люди, занимающиеся конструктивным решением существующих проблем, а некоторые занимаются кликушеством.

– Насколько сможет изменить ситуацию все-таки существующего у отдельных граждан недоверия к результатам выборов государственная автоматизированная система «Выборы»?

– Эта система позволяет мгновенно, как только она получает данные протоколов, зафиксировать их и оставить в своей памяти для всеобщей наглядности. Ведь махинации можно делать тогда, когда темно, там, где все спрятано «под сукном». А когда все высвечено, совершать какие-то неправовые действия становится почти невозможно. Как только начинаешь совершать, сразу видно твое движение, где ты его совершил, как ты его совершил. При этом система ГАС «Выборы» дает возможность стать коллективным наблюдателем за подведением итогов выборов Российской Федерации всей стране. И не только всей стране: Интернет – общемировая система. То есть мы в России готовы на такой беспрецедентный шаг, и мы его решили и с юридической точки зрения, заложив соответствующие требования закона, и с точки зрения технической, потому что обработать результаты голосования надо моментально, и организационно мы к этому готовы. Система ГАС «Выборы» способствует и ведению учета и контроля за финансированием избирательного процесса. При помощи информационных технологий мы становимся на рельсы современных методов решения проблем, связанных с организацией проведения выборов. Это делается в интересах всего общества, потому что вся информация, с одной стороны, защищается, чтобы не было возможности перекидывать и менять цифры, а с другой стороны, она открыта для общества.

– Насколько надежна эта система для проникновения всевозможного рода хакеров?

– Если говорить слова – «надежна», «найдены соответствующие решения», – все это правда. Но это не очень убедительно, тем более для тех, кто придирчив ко всему, что говорится о выборах. Давайте говорить о практике. ГАС «Выборы» применялась сначала в опытном режиме, начиная с 1995 года. В эксплуатации с 2000 года. За это время ни одного случая вмешательства в систему, несанкционированного входа в нее, попыток взломать и извратить результаты мы не допустили.

– Сколько денег затрачено на создание и внедрение этой системы?

– Если говорить о Программе модернизации, которая ведется уже с 2001 года, а завершится в 2004 году, на реализацию этой программы предусмотрено 1,8 миллиардов рублей. Большую часть уже освоили.

– Александр Альбертович! Высказали, что за новейшими технологиями будущее. Однако на одном из последних заседаний ЦИК, когда рассматривался вопрос о возможности голосовать по почте, Интернету, Вы были тем не менее достаточно сдержаны…

– Почему сдержан? Мы в данном случае не позволяем себе каких-то непроверенных проектов. Вводить голосование по почте сразу по всей России, не опробовав на практике в отдельных регионах, – это было бы безответственное решение. Поэтому наш подход: давайте начнем опробовать эту систему голосования, что давно уже применяется в ряде западных стран, но не в масштабах всей России, а в регионах, которые к этому готовы. Такая норма в законе появилась, она разрешает субъектам Российской Федерации рассматривать возможность проведения голосования по почте. Основные правила голосования по почте определяет Центральная избирательная комиссия Российской Федерации. В Свердловской области на выборах губернатора в сентябре впервые будут применяться элементы системы голосования по почте. Мы нашли хорошо понимающих нас людей в этом вопросе в Министерстве связи. Они с интересом откликнулись на наше предложение и участвовали в разработке соответствующего нормативного документа о временном порядке голосования по почте в тех субъектах Российской Федерации, где это предусмотрено законом.

Кроме этого, мы отрабатываем другую технологию электронносенсорного голосования, когда не нужно вообще никаких бюллетеней. Вы приходите на участок, заходите в кабину для тайного голосования, там стоит компьютер. На компьютере высвечивается весь избирательный бюллетень, и вы, нажимая на квадрат, соответствующий кандидату или политической партии, за которую вы голосуете, таким образом производите голосование. Убедиться в том, что компьютер именно ваш результат принял, а не кого-то другого, вы сможете, получив контрольный чек. На нем будет указано, например: ваш кандидат «Иванов», партия «Х», вопрос референдума «да». Получили контрольный чек и опускаете его в ящик для голосования. Это наше ноу-хау. Если вдруг у кого-то будет подозрение к этому компьютеру, потом можно пересчитать вручную. Контролировать машину надо, потому что психологически мы еще не готовы. Я увидел подобную машину в Америке, но у них контрольный чек не предусмотрен. Я им задал вопрос: «Вы все проголосуете, уйдете, а программа уже настроена, что за Буша – 52%, и как бы ни голосовали, получится так, что за Буша – 52%, за другого – 38% и т.д…». Для того чтобы этого не было и даже возможности такой не существовало, мы решили, что нужно сделать контрольный чек, который будет гарантировать от программных решений подобного рода. К этим выборам электронно-сенсорная система не будет готова, но к будущим выборам вопрос будет решен. Здесь нужно и техническое решение, и финансовое. А финансовое – это серьезная тема. В Америке один такой комплекс стоит 4 тысячи долларов, а на участке их должно быть три-четыре штуки. Финансовые же возможности Америки и России разные. Но мы будем искать варианты кооперации, может, с Министерством образования, которое поставляет компьютеры во все школы. Компьютер использовать или приставку к нему сделать – работа по этому вопросу идет. Кроме этого, мы входим в состав комиссии Совета Европы по электронному голосованию, где вместе отрабатываем перспективные и проблемные вопросы, в том числе правового регулирования электронного голосования. В том числе с применением Интернета, голосования по радиотелефонам.

– Вы полагаете, что в обозримом будущем избирательные участки с их непременными урнами отойдут в прошлое?

– Не скоро. Но, по крайней мере, это еще при нашей с вами жизни станет вполне достижимой целью. Только идти к ней надо поэтапно, не перепрыгивая определенные рубежи, и предлагать то, что вызывает доверие общества.

– Судя по тому, что Вы так много говорите о технической стороне выборов, Вы всерьез намерены исключить из выборов так называемый «человеческий фактор»…

– Я понимаю, что человек подвержен разным влияниям, эмоциям, он – человек. Это его достоинство, но и недостаток в определенных обстоятельствах. Поэтому многие страны мира переходят на системы без участия человека при подведении итогов голосования, подсчете избирательных бюллетеней. И мы отработали такой комплекс обработки избирательных бюллетеней. Впервые 500 штук заказано, чтобы применить на выборах депутатов Госдумы в различных регионах Российской Федерации.

Уже несколько лет отрабатываются специальные автоматические устройства подсчета избирательных бюллетеней на участке. Хочется избавить человека, со свойственными ему ошибками разного характера, от трудоемкой, напряженной, нервной работы подсчета избирательных бюллетеней и передать эту работу машине. При этом это должна быть такая машина, которая не просто безукоризненно работала бы, но работа которой полностью воспринималась бы обществом в лице тех, кто участвует в выборах.

– Александр Альбертович, на встречах с Президентом Вы наверняка не раз поднимали вопросы доверия и недоверия к выборам. Какова его позиция?

– Президент очень заинтересован, чтобы не было возможности обвинять власть и нашу избирательную систему в том, чего они не заслуживают. Попытки тех, кто пытается недостатки в нашем правосознании использовать в интересах какого-то кандидата, мы должны перекрывать соответствующим правовым регулированием и созданием механизмов общественного контроля, о которых мы с Вами говорили. В этой части мы ощущаем полное понимание и поддержку Президента.

– Вместе с тем, когда произносят слово «выборы», как-то невольно, ассоциативно, в общественном сознании всплывают слова: «черный пиар», «черный нал». Есть ли какие-то механизмы, которые можно было бы реально задействовать в борьбе с различного рода политтехнологиями? А в том, что они будут вновь задействованы, я, например, не сомневаюсь…

К сожалению, в данном случае исключить этого нельзя. Но согласитесь, что возможности контроля за выборными процессами – это довольно действенный инструмент в руках общественности. Что касается финансового контроля, то здесь тоже сделаны серьезные шаги. Первое – у нас до сих пор партии не были обязаны предоставлять какие-то отчеты о своей финансовой деятельности. И если им задавали вопрос: «Кто и сколько средств перечислил на партийную деятельность?», они отвечали, что это коммерческая тайна. Теперь они так ответить не смогут, потому что закон о политических партиях, принятый 2 года назад и вступивший сейчас в действие в полном объеме, предусматривает по завершению каждого года предоставлять финансовый отчет Министерству по налогам и сборам. Все статьи дохода, и откуда они их получили. Допустим, пожертвования, издательская деятельность, членские взносы и все расходы на аппарат, на съезды, на конференции, на агитационную и благотворительную деятельность – все это расписано. С началом избирательной кампании мы обратимся в Министерство по налогам и сборам и получим все копии отчетов и результаты проверки, а затем мы передадим в средства массовой информации специальный информационный материал. Это же шаг вперед в вопросах борьбы с различными теневыми средствами, которые, к сожалению, пока используются в избирательных кампаниях. То же самое в процессе избирательной кампании: средства можно тратить только из избирательного фонда, доходы и расходы все прописываются, сами средства, которые можно тратить на эту кампанию, увеличены в 68 раз, чтобы не было попыток объяснять, что раз средств предусмотрено мало (а на самом деле – намного больше), то в результате нарушителями становятся все. А если все – нарушители, контролировать невозможно.

– Я с Вами согласен, но, с другой стороны, читая высказывания различных политиков, тех, кто участвует в выборных кампаниях, нельзя не заметить – они откровенно говорят, что на 6 миллионов рублей (200 тысяч долларов) избирательную кампанию провести фактически невозможно.

– Я могу поспорить с такого рода «аргументированным» утверждением. Первое – речь идет о самой избирательной кампании, которая теперь 3 месяца, а не 5, как было раньше. Та рекламная деятельность, что идет до начала избирательной кампании, эти 6 миллионов не учитывает. То, что тратится до начала, не регулируется законами о выборах. Только тратить надо из средств политической партии и показывать в отчетах.

Второе – все забывают, что у нас в отличие от многих стран мира есть одно преимущество: государство для того, чтобы каждому кандидату, каждой политической партии дать гарантию на представление своей позиции на выборах, предоставляет бесплатное эфирное время на федеральных теле и радиоканалах. А это большие деньги.

На выборы для реальных кандидатов, партий не нужен миллиард рублей, как утверждают наши политтехнологи. У них в этом есть свой коммерческий интерес: чем больше денег заложено, тем больше им достанется. Их подход такой: при объявлении выборов из пустышки сделать красивую игрушку, при помощи огромных денег и современных политтехнологий. Если кто-то расценивает выборы как мероприятие для обогащения, то извините…В этой части должны быть ограничения по средствам, которые можно тратить на избирательную кампанию, чтобы она при помощи огромных денег не превращалась в манипуляции с общественным сознанием по отношению к тем или иным политическим партиям и кандидатам. Вот в этом разница между их и нашей концепциями.

– Еще один вопрос, который бы хотелось уточнить: новое законодательство предусматривает сохранение предвыборных блоков до следующих выборов. Зачем сохранять блоки, коалиции, в которые могут входить общественные объединения?

– Это компромисс. Я был противником такого подхода. Но когда принимался закон о политических партиях, помните, какой был накат на авторов этого законопроекта и обвинения в том, что мы строим авторитарную систему, подгоняем законы о политических партиях под одну партию? Где все это утверждавшие? Практика показала другое. Тем не менее обвинения были, и заявления были, что на переходном периоде, когда не все партии преобразовались, структурировались, надо дать возможность участвовать в этом процессе и общественным объединениям. В конечном итоге законодатель, принимая этот закон, как одно из компромиссных решений принял, что на ближайших выборах в Государственную думу могут образовываться блоки, в том числе когда в блок входит и общественное объединение общероссийского масштаба. Трагедии в этом нет. Нужно и этим «переболеть», «созреть». Тем более что есть оговорка, что блок не может объединять более трех субъектов, один из них должен обязательно быть политической партией. Но это будет применяться только на этих выборах 2003 года, после этого блоки могут быть только из политических партий.

– В 2004 году – выборы Президента, и кандидатов будут выдвигать политические партии без существовавшего обязательного сбора подписей…

– Чем интересны выборы 2003года? Они принципиально отличаются от прошлых и дают новую перспективу для будущего. Почему? Сейчас на линейке готовности 43 партии, которые зарегистрированы по Закону о политических партиях и которые зарегистрировали свои отделения в большинстве субъектов России. При объявлении Указа о выборах Президента 43 партии теоретически имеют право участвовать в них путем выдвижения своего кандидата по партийным спискам. Тот, кто докажет свою состоятельность, а что такое состоятельность на выборах языком закона: получил 5%ую поддержку избирателей, значит за тобой действительно миллионы людей, разделяющих твою позицию, программу, они доверяют тебе от имени избирателя выступать в законодательном органе. Так вот, тот, кто свою состоятельность докажет, тот получает совершенно объяснимую привилегию, приз: потом при выборах любого уровня (сельского совета, Президента) вам не надо будет собирать подписи в свою поддержку, потому что вы доказали, что общество вас принимает, ваши кандидаты пользуются определенным доверием. Пожалуйста, выдвигайте своего кандидата без сбора подписей. Это огромное преимущество по отношению к другим.

Второе, что будет решено и уже в законе записано, – государственное финансирование. Тоже по совершенно понятному принципу: сколько ты голосов получил, столько ты получишь денег. Чем больше голосов, тем больше денег из государственного бюджета. Причем чиновник Минфина не сможет манипулировать. Он будет обязан выполнять норму закона. Получил по итогам выборов 25 миллионов голосов избирателей – 25 миллионов рублей получишь в бюджет своей политической партии в начале 2004 года.

– Это положение нередко подвергается критике, потому что партии становятся зависимыми от государства…

– А почему? Зависимости от государства нет. Что такое государство? Если Вы хотите сказать, что государство – это Президент, то Президент никакого отношения к распределению этих средств не имеет. Они закладываются в бюджет Российской Федерации, который принимается депутатами Государственной думы. Это, наоборот, попытка выхода из зависимости от олигархических структур, которые покупают партии и создают партии для продвижения и защиты своих интересов в Парламенте. В результате: кто деньги платит, тот и музыку заказывает. Данная зависимость становится опасной, потому что тогда работа идет не в интересах граждан, а в интересах определенной группы лиц. От этого надо защищаться. Поэтому механизм государственного финансирования – попытка защититься от олигархических кругов, которые иногда ставят политические партии на свое обслуживание.

– На Ваш взгляд, эти выборы будут более «чистыми», чем предыдущие?

– Думаю, что эти федеральные выборы, которые нас ожидают, будут менее скандальными. В этой части новые нормы закона значительно «разминируют» избирательное поле. Чем меньше скандал, тем больше чистоты будем наблюдать.

Четыре года назад во время старта избирательной кампании мы ко многому были не готовы. Многие вещи для нас были неизведанными, и в результате нам приходилось действовать по ситуации. Мы подготовились к нынешним выборам более основательно, смогли профессионально осмыслить и положительное, и отрицательное, что получили на наших выборах, выработать программу действий по совершенствованию законодательства и реализовать ее, развернуть работу и по разъяснению, и по профессиональной подготовке людей, работающих в комиссиях и политических партиях, что должно сказаться на качестве работы всех, кто будет участвовать в этой избирательной кампании. Приведу пример: если 4 года назад фантазии у политических партий и Центризбиркома хватило только на то, чтобы заключить договор о своем корректном поведении на выборах, то сейчас те же партии предлагают создать специальный Наблюдательный совет, который бы контролировал, как эти обязательства, созданные ими же, выполняются. Это уже другой механизм, другой уровень культуры в том числе.

– Значит, на Ваш взгляд, политическая культура у нас начинает постепенно расти?

– Нарабатывается. И в данном случае не только у партий, но и у избирателей. Если на первых выборах верили только одному слову и красивой подаче соответствующего материала и за это готовы были голосовать и верить безоглядно, то теперь на такого рода приманки, как правило, никто не идет.

– Как Вы думаете, активность избирателей будет высокой?

– Предполагаем и всячески будем к этому стремиться, чтобы она была на уровне того, что было четыре года назад, не ниже. Для этого у нас есть все предпосылки и возможности.

Мы сумели дать отдохнуть и работникам Аппарата, и членам Избирательной комиссии, может, и не по полной программе, но достаточно, чтобы и физически, и морально подготовиться к предстоящей избирательной кампании.

– Для Вас осень будет жаркой?

– Не только осень, но и зима.

– Спасибо за беседу, Александр Альбертович!

А. Вешняков: Урны для голосования уйдут в прошлое. В обозримом будущем.

Written by admin

Январь 11th, 2018 | 2:36 пп