Учебно-методический центр

по аттестации научно-педагогических работников ВУЗов

Главная | Философия | Обществоведение | Книги | Учебники | Методики | История | Религия | Цели и задачи

Межкультурный диалог «Запад — Восток» как фактор формирования толерантности

Ирина НАМЕСТНИКОВА — кандидат философских наук, доцент кафедры философии Гуманитарной академии МГСУ

Статья посвящена, исследованию методологии диалогизма, возможностей межкультурного диалога в формировании общечеловеческой толерантности. В условиях глобализации современного мира межкультурный диалог рассматривается как социокультурный фактор регуляции взаимоотношений между странами, способствующий установлению контактов, осознанию общечеловеческого «мы» и стремлению понять друг друга.

Основной чертой глобального мышления XX в. стала полифония мнений, идейных платформ, позиций, взглядов на мир. Именно это является предпосылкой поиска точек соприкосновения различных культур, их диалога.

В отечественных исследованиях этой проблемы подчеркивается и такая особенность, как тяготение культуры, сформировавшейся и самобытной, к иным ценностям и образам.

Мир объединяется сегодня разнообразными связями: экономическими, технологическими, информационными. Но в нем в то же время врожденные болезни цивилизации — войны — ставят нас перед поистине грозным вызовом1.

Как писал С.Хантингтон, цивилизации, существующие сегодня, несхожи по своей истории, языку, культуре, традициям и религии2. Люди по-разному смотрят на отношения между богом и человеком, индивидуумом и группой, гражданином и государством, родителями и детьми, мужем и женой, имеют разные представления о соотносительной значимости своих прав и обязанностей, свободы и принуждения. равенства и иерархии. Эти различия складывались на протяжении веков, и они не исчезнут в обозримом будущем. Они более фундаментальны, чем различия между политическими идеологиями или режимами. Конечно, различия не всегда предполагают конфликт, а конфликт не обязательно означает насилие. Тем не менее они несут в себе потенциал возможных столкновений.

Эти различия определены и терминами «Запад» и «Восток». Как известно, для Запада характерны рационализм, христианская традиция, просветительство, демократия, приоритет индивидуального начала перед коллективистским. Для Востока же, напротив, — мистерия, интуитивизм, буддистская и исламская (и другие) традиции, традиционализм, приоритет коллективного перед индивидуальным, общинность, особый тип государственности, для которого равенство существует в несвободе.

Определения Запада и Востока не следует жестко привязывать к конкретным странам. Это не географические понятия, ведь культуры могут в ходе своего развития приобретать черты как Запада, так и Востока.

В российской действительности легко обнаружить корни обеих цивилизаций, которые часто разобщены. Они соседствуют рядом, но не переплетены, не едины. Мы празднуем два новых года, в некоторых регионах даже три: западный Новый год, который стал уже привычным, православный и восточный. У нас есть и свой, и восточный календарь. Мы лечимся и по западной медицине, и по китайской, и по тибетской: каждый образованный человек слышал о хатха-йоге и у-шу. В этой разобщенности заключаются истоки многих конфликтов. Промежуточное положение России, при котором она, по образному выражению П.Я.Чаадаева, «упирается одним локтем в Китай, а другим — в Германию», вынуждает ее принимать особое участие в решении проблемы диалога культур.

Характерной чертой диалога является возникновение смысловой и социальной целостности, даже если эта социальная целостность образована всего лишь двумя людьми. Существенная черта диалога заключается в том, что ни одному из говорящих не позволяется занимать в беседе центральное положение, т.е. монополизировать право на высказывание (либо на окончательность суждения). В противном случае диалог в большей или меньшей степени приобретает черты асимметрии и. стало быть, обретает тенденцию к превращению в монолог. Поэтому диалог -это признание равноправия частей возникающего целого. Иными словами, лишь диалог может считаться предпосылкой симметричности и равновесия человеческих сил. а потому и основанием ненасильственного (в том числе и культурного) союза.

Сторонники концепций, объединяемых общим названием «философия диалога», не просто ставят понятие диалога в центр своих рассуждений, но и полемизируют с теми философами, которые видят некоторое «я» («эго») в качестве изолированного и самостоятельного элемента. Тем самым они выступают против принципа «центризма».

При этом предполагается, что человек начинается не с изолированного и самодостаточного «я», а смотрится в «зеркало» другого человека, которое способно открыть ему то, чего он не видит сам и не может увидеть, отражаясь от чисто зеркальных поверхностей. Таким образом, утверждается, что только другой человек может помочь нам узнать всю полноту истины о самом себе. «Философия диалога» кладет в основу рассуждений тезис о том, что «человек как человек начинается не с осознания собственного «я», а с осознания своего отношения к другому человеку»3.

Философия диалога видит истоки кризисного состояния современной западной культуры в том, что в ее основе лежит именно принцип монолога, т.е. «центризма». В 1922 г. вышла книга М.Бубера «Я и Ты», определившая кризис Запада как утрату отношения «Я — Ты»4. Обычное деление мира на субъект и объект скрывает опасность, толкает рассматривать мир как совокупность вещей, в которых нет места духу, лишает дух опоры в реальности.

Итак, «монологическая» культура, в которой есть фиксированные говорящие и фиксированные слушащие, — это «центрированная культура», под сенью которой могут быть признаны легитимными только «центрированные» формы мысли. Там «Другой» лишается своих неповторимых особенностей и насильственно превращается в «Двойника». Замысел «диалогизма» и состоит в том. чтобы позволить «Другому» оставаться «Другим», что предполагает наличие «нецентрированной» социокультурной целостности.

Возвращаясь к диалогу «Восток-Запад», отметим, что его качество исторически менялось. Например, в XIX веке казалось, что процесс вестернизации приведет к простому выравниванию и европейская (западная) модель станет всеобщей. Однако сам процесс усвоения западной культуры стал давать парадоксальные результаты. Например, в России поначалу шло освоение европейской формы романа, но когда в творчестве Тургенева было достигнуто совершенство, изящество, близкое к французскому, тут же появились Толстой и Достоевский, которые «переломали» это изящество и создали новую форму, внесли в европейский мир русское чувство бездны. противопоставили завершенным формам Европы русскую незавершенность, русскую открытость неразрешимым вопросам — и покорили этим Европу. То же получилось с Индией и Японией. Именно европейски образованные индийские мыслители — Вивекананда, Ауробиндо и др. — создали образ индийской культуры на Западе. Именно европейски образованные японцы передали европейцам и американцам свою преданность дзен-буддизму.

Во времена «железного занавеса» диалог существовал лишь как полемика с выискиванием у противоположных сторон наиболее уязвимых мест. Глобальное противостояние двух мировых систем — коммунизма и антикоммунизма — убеждало в коренной разнородности цивилизационных начал и их неустранимой антиномичности. Естественно, что основное внимание исследователей было сосредоточено на осмыслении и анализе самобытности и неслиянности культурных традиций Востока и Запада. Здесь диалог выступал как закрытая система без обратных связей.

Сегодня мир становится целостным и требует нового сотрудничества, связанного с поисками «со-развития» и взаимной безопасности. В сегодняшнем мире ни одна цивилизация, невзирая на ее культурную специфику не может избежать вовлеченности в глобальные процессы экономической и политической модернизации. Трудно предположить, к примеру, что в этом тесном взаимозависимом мире западные страны способны обеспечить свою безопасность. отвлекаясь от проблем, существующих на Востоке.

В то же время глобальная экспансия западных экономических, политических и культурных стандартов, искусственное насаждение западных образцов культуры в странах восточного региона обостряют и осложняют противоречие между Западом и Востоком, превращают культуру в товар, обмениваемый на широком рынке, где все ценности, складываясь, взаимно аннулируются и где вместо понятия «диалога культур» возникает понятие «обмен продуктами культуры». Рассуждая по этому поводу еще четверть века назад, К. Леви-Строс писал: «Современный человек старается понять различия культур, одновременно уничтожая то. что в них его не устраивает»5.

Каким будет западно-восточный диалог в ближайшие 10 -15 лет? Будущее неопределенно. Но то. что идеи. влиятельные сегодня, завтра могут потерять свой вес и наоборот, те. которые сегодня имеют лишь маргинальный статус, завтра могут овладеть умами. — позволяет рассматривать диалог как фактор формирования общечеловеческой толерантности и борьбы с экстремизмом.

1 См.: Тойнби А.Д. Современный момент истории // Цивилизация перед судом истории. М., 1995. С.32.
2 См.: Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. Полис, 1994, № 1.
3 См. об этом подробнее: Махлин В.М. Я и Другой: истоки философии диалога ХХ в. СПб, 1995. Его же: Я и Другой: к истории диалогического принципа в философии ХХ в. М., 1997.
4 The philosophy of Martin Buber, ed. by P.A.Schilipp and V.Friedman. La Salle-London, 1967. P.24-25.
5 Цит. по кн. Бернар Э.Диалог культур. 50/50: Опыт словаря нового мышления. М., 1989. С.22.

Written by admin

Ноябрь 9th, 2017 | 7:06 пп