Учебно-методический центр

по аттестации научно-педагогических работников ВУЗов

Главная | Философия | Обществоведение | Книги | Учебники | Методики | История | Религия | Цели и задачи

Проблемы развития межгосударственного сотрудничества России и НАТО

Россия всегда выстраивала свои отношения с ближними и дальними соседями на двухсторонней либо многосторонней основе. Однако ника­ких отношений с НАТО, ведущей организацией безопасности в Европе до 1991 г. по известным причинам не складывалось. Первые шаги на­встречу друг другу начались только после распада СССР и образования новой суверенной России.

Максим АНДРЕЕВ — заведующий кафедрой права, истории и политологии Академии государственного и муниципального управления при Президенте Республики Татарстан, кандидат юридических наук

В 1991 г. Российская Федерация официально присоединилась к Североат­лантическому Совету сотрудничества (да­лее он был переименован в Совет евроатлантического партнерства]. Дальнейшим шагом должно было стать участие РФ в программе «Партнерство ради мира», в рамках которой страны Центральной и Восточной Европы, а также ряд бывших советских республик уже активно сотруд­ничали с НАТО. В России же многие экс­перты не без оснований скептически и даже негативно оценивали перспективы реализации данной программы, считая, что она «выполнила задачу «перекинуть мостик» к НАТО, чтобы по нему некото­рые страны шли в альянс, а другие оста­лись с обещанием быть принятыми в бо­лее близкой или далекой перспекти­ве»!]. Тем не менее в мае 1995 г. Рос­сия согласилась участвовать в программе на уровне встречи министров иностранных дел в г. Нордвик, где А. Козырев кардинально изменил свою прежнюю позицию о нежелании сотруд­ничать, так как НАТО приняло решение расширяться.

В отношениях между Россией и бло­ком НАТО в то время явно намечалась позитивная динамика, однако они носили нерегулярный и ситуативный характер. Сказывалось отсутствие определенного международно-правового документа, рег­ламентирующего порядок и формы взаи­модействия Россия – НАТО. Выработкой такого документа занялись как в России, так в аппарате НАТО с 1996 г.

Для НА­ТО его подписание было необходимо для того, чтобы согласовать с РФ взаимные позиции в обеспечении европейской бе­зопасности и, как следствие, получить потенциальную возможность продвиже­ния НАТО на восток. 27 мая 1997 г. в Париже на встрече на высшем уровне был подписан основополагающий Акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Российской Федера­цией и Организацией Североатлантичес­кого договора, на основании которого был создан Совместный постоянный со­вет Россия – НАТО [СПС]. Б.Н. Ельцин при подписании акта заявил, что «он оп­ределяет новое качество взаимоотноше­ний между Россией и Североатлантичес­ким альянсом, оберегает Европу и мир от новой конфронтации, закладывает фун­дамент равноправного и стабильного партнерства с учетом безопасности всех и каждого» [2].

Безусловно, данный документ отра­жал позитивную динамику соответствую­щих межгосударственных отношений, од­нако содержал множество деклараций, которые так и не были реализованы. Жизнеспособность этих деклараций бы­ла подорвана вопиющим прецедентом аг­рессии НАТО против Югославии в марте 1999 г. Определенный оптимизм относи­тельно сотрудничества был полностью развенчан, и Россия приостановила свое участие в СПС. Однако уже после приня­тия Резолюции СБ ООН № 1244 от 10 июня 1999 г. российский военный кон­тингент участвовал в операции по под­держанию мира в Косово.

Дальнейший виток сотрудничества начался с избранием в 2000 г. Прези­дентом России В.В. Путина. Взаимодей­ствие стало расширяться на взвешен­ной, прагматичной основе. Было возоб­новлено и сотрудничество в рамках СПС (встреча министров иностранных дел Рос­сии и НАТО во Флоренции в 2000 г.). В 2001 г. открылось Информационное бюро НАТО в Москве.

В связи с активизацией сотрудничест­ва, необходимостью его качественного изменения, в первую очередь в сфере борьбы с международным терроризмом, в НАТО и России приступили к согласова­нию новых форм взаимодействия. Осе­нью 2001 г. британский премьер Т. Блер выступил с инициативой создать Со­вет Россия – НАТО по принципу не двух­стороннего диалога (19+1), а полноцен­ного многостороннего диалога в рамках «двадцатки».

В течение всех лет существования СПС НАТО всячески стремилось укрепить эту форму сотрудничества вплоть до при­менения «положения о снятии вопроса с повестки дня в случае чрезвычайных об­стоятельств» [3].

Однако к 2001 г. руко­водство России и НАТО признавало про­блемы и отсутствие нормального взаимо­действия в работе СПС. Несмотря на существование Совета, страны вели свою политику в сфере безопасности самосто­ятельно, изолируясь друг от друга. Как заявил генсек НАТО Д. Робертсон: «Мы осознаем, что в сегодняшнем мире ни одно государство не в состоянии достичь подлинной безопасности в изоляции» [4].

На встрече в верхах в 2001 г. была принята римская Декларация «Отноше­ния Россия – НАТО: новое качество». В соответствии с данным документом вме­сто СПС был создан Совет Россия – НА­ТО. Двухсторонний характер взаимоотно­шений был изменен на многосторонний. В рамках нового Совета Россия и все члены НАТО встречаются как равноправ­ные члены, при принятии решений дейст­вует принцип консенсуса. Заседания Со­вета стали проводиться два раза в год на уровне министров иностранных дел, ми­нистров обороны либо начальников ген­штабов и время от времени на высшем уровне. Для большей мобильности засе­дания проводятся и на уровне постоян­ных представителей в ранге послов – не реже одного раза в месяц. При совете начали действовать не менее 20 рабочих групп по конкретным направлениям со­трудничества, в первую очередь по во­просам миротворчества, борьбы с орг-преступностью, терроризмом. Для пред­варительной подготовки решений и доку­ментов, принимаемых на Совете, был создан Подготовительный комитет, кото­рый, кроме того, осуществляет контроль и надзор за деятельностью экспертных групп.

Однако и этот Совет, к сожалению, так и не сыграл определяющей роли в по­литике безопасности. Сотрудничество продолжалось по линии МЧС, в ходе сов­местных учений, но о согласованных дей­ствиях в вопросах обеспечения безопас­ности на континенте нет и речи. В пер­вую очередь этому мешает недоверие сторон к позициям и деятельности друг друга.

По данным социологических исследо­ваний ВЦИОМ, проведенных по заказу информационного бюро НАТО в РФ, пред­ставления российских граждан о НАТО сформулировались главным образом на основе советской пропаганды и кампа­ний 1990-х годов, прошедших в россий­ских СМИ, которые лишь ухудшили имидж альянса в глазах населения. Ана­литики дают однозначные и даже цинич­ные оценки: «При этом поражают резуль­таты опроса в Москве и Санкт-Петербурге. Наиболее информированная публика, этакий «питательный бульон» для россий­ской элиты, наиболее негативно настрое­на в отношении альянса. Здесь почти в два раза меньше тех, у кого НАТО вызы­вает положительные ассоциации (11%), а число тех, кто не любит альянс, дости­гает 61%. В целом 58% россиян продол­жают считать НАТО агрессивным блоком. Менее 10% россиян действительно ве­рят в партнерство с НАТО» [5].

Как известно, НАТО выдвинуло свой вооруженный потенциал к непосредст­венным границам России. Поэтому ни на­селение нашей страны, ни ее руководст­во не могут быть спокойны и чувствовать себя в безопасности. Россия не может верить утверждениям представителей НАТО и ее членов о мирном характере присутствия военной инфраструктуры у российских государственных границ.

На самом деле «проводятся масштаб­ные работы на литовских аэродромах Кармелава и Зокняй, эстонском аэродроме Эмари. Проводимые работы включают адаптацию аэродромов под прием боевых самолетов всех типов. Расширяются воз­можности военно-морских баз в каждой их трех балтийских стран. Прибалты вклю­чились в интегрированную систему ПВО альянса» [6, с.82]. Американцы, несмот­ря на уговоры России, планируют разме­щение стратегической ПРО в Чехии. Еще больше обостряется ситуация в связи с отказом стран НАТО от ратификации адаптированного ДОВСЕ. По мнению экспертов, «если адаптированный ДОВСЕ не вступит в силу, то правовых механиз­мов, регулирующих возможности наращи­вания вооруженных сил и вооружений вблизи российских границ, фактически не будет. Это создает ситуацию непредсказу­емости в контексте европейской безопас­ности» [6, с. 84]. Как считает К. В. Тоц- кий – постоянный представитель РШ при НАТО, отсутствие согласия по реализации адаптированного ДОВСЕ, несмотря на Стамбульские договоренности, является основной проблемой в современных отно­шениях Россия – НАТО. С его точки зре­ния, «ДОВСЕ утратил роль инструмента поддержания европейской стабильности и баланса интересов государств-участни­ков… сейчас у границ России может обра­зоваться «серая зона» в системе общеев­ропейского контроля над обычными во­оружениями»^]. Таким образом, вряд ли можно согласиться с тем, что НАТО «не представляет угрозы России до тех пор, пока Россия не представляет опасности для стран НАТО» [8].

Настороженности способствует и тот факт, что после вступления в НАТО но­вые члены начинают «задиристо» вести себя в отношении России. Так было в 1ЭЭЭ г. с Польшей, Чехией, Венгрией, а сегодня ситуация повторяется с прибал­тийскими государствами. Нерешенной остается проблема 600 тыс. русско­язычных, проживающих в Прибалтике, которые находятся почти в бесправном положении, у которых нет даже базового права, признанного европейскими сооб­ществами, на получение образования на родном языке. В прибалтийских государ­ствах (особенно в Латвии и Эстонии] про­должает иметь место массовое безгражданство среди русскоязычного населе­ния. Многочисленные проблемы возника­ют с транзитом в Калининградскую область, в том числе военным. С расши­рением НАТО происходит и выдавливание России с традиционных рынков военно- технических средств (особенно в СНГ].

За последние годы наша страна при­няла (хотя и с неохотой] выход США из ПРО, спокойно отреагировала на увели­чение военного бюджета США, размеще­ние военных баз в Центральной Азии и Грузии; были закрыты Разведывательный центр на Кубе и военно-морская база в г. Кармаль во Вьетнаме. Стоит ли идеоло­гам изоляции России, чьи позиции по- прежнему сильны в НАТО, так бояться России?

Если бы страны НАТО в действитель­ности осознали дружественный, мирный характер внешней политики современной России, самой эффективной мерой, поз­воляющей снять все проблемы и создать единую систему безопасности в Европе, могло бы стать вступление России в НАТО как полноправного члена. О такой воз­можности заявлял даже Президент Рос­сии В.В. Путин. При этом у альянса по­явилось бы множество преимуществ:

— членство России в НАТО было бы действенным препятствием для образо­вания в будущем военного альянса РШ с Китайской Республикой, государством, которое в текущем столетии, похоже, до­стигнет равенства с США, если не пре­взойдет [9];

— вступление России в НАТО усилит общую мощь альянса;

— в нарастающем конфликте запад­ной цивилизации и мусульманского мира Россия, став членом НАТО, выполнила бы важную роль связующего звена.

Как считает специалист по России Р. Легволд, отсутствие успешного и эф­фективного сотрудничества России и НА­ТО объясняется тем, что реально в аль­янс Россия могла вступить только на пра­вах младшего партнера (российский ВВП составляет всего 5% от американского), но это ее, естественно, не устраивало [10]. С вступлением РШ в НАТО слишком велик риск войны в силу обязательств о совместной обороне (потенциальные на­падения с юга и востока), а также пре­вращения успешного альянса в неэф­фективную систему безопасности.

Поскольку Россия никогда не станет членом НАТО, важно продолжать проти­водействие попыткам превращения сис­темы безопасности в сугубо НАТО-центристскую модель. НАТО защищает инте­ресы только определенной группы стран. Мы не члены Североатлантического аль­янса, и эта модель, разумеется, не отве­чает интересам национальной безопасно­сти России.

Учитывая нарастающее разобщение внутри альянса, России целесообразно наращивать усилия межгосударственно­го сотрудничества в вопросах безопасно­сти и обороны не только и не столько с региональными организациями (такими как НАТО, ЕС, ОБСЕ), а с конкретными го­сударствами. В первую очередь активно выстраивать подобное взаимодействие необходимо с государствами «старой Ев­ропы» (Германией, Шранцией и др.), кото­рые в последнее время ведут все более самостоятельную политику в данной сфе­ре. Следует согласиться с тем, что «глав­ной проблемой российской политики на Европейском направлении является от­сутствие у России стратегического виде­ния своего места в общеевропейском контексте»  [11].

При всех различиях и даже конфлик­тах в тактических и стратегических при­оритетах России и НАТО объективно име­ется достаточно широкое поле совпаде­ния интересов. Это противостояние тер­роризму, оргпреступности, утечке оружия массового уничтожения (ОМУ) в бывших республиках СССР и многое другое. Раз­витие взаимоотношений России и НАТО, несмотря на их сложный и неоднознач­ный характер, необходимо. Инициатива активного диалога, поиска и согласова­ния единых подходов по проблемам евро­пейской безопасности, определению мас­штабов присутствия и интересов на кон­тиненте, особенно на постсоветском про­странстве, должна стать стратегической задачей внешней политики Российской Шедерации на современном этапе.

Литература

1.   Шакелина Т.А. От иллюзии партнерства к реальности взаимодействия в российско-американских отношениях // США — Канада. Экономика. Политика. Куль­тура. 2004. № 12. С.9.

2. Цит. по: Казанцев Б. Прочему в Москве против расширения НАТО // Междуна­родная жизнь. 1998. № 4. С.63.

3. Blitz J. and Demsey J. NATO and Russia seeking closer links // Financial Times. 13-14 Apr. 2002. P.4.

4.   Робертон Д. Нам нужно нечто большее и быстро // Международная жизнь. 2001. № 12. С.26.

5. Восприятие НАТО населением России. Специальный аналитический отчет, сде­ланный на основе социологических ис­следований, проведенных но заказу ин­формационного бюро НАТО в РФ. М., 2006. С.13.

6. Келин А.В. Россия — НАТО: к новому этапу сотрудничества // Международ­ная жизнь. 2004. № 11-12.

7.   Тоцкий К.В. Россия — НАТО: перспекти­ вы сотрудничества // Дипломатический ежегодник. 2003. С.207.

8. Кузнецова Е. НАТО. Тенденция к раз­мыванию Альянса // Международная жизнь. 2004. № 4-5. С.88.

9. Рае ера Д. В. Расширение НАТО и Рос­сия // Обозреватель=ОЬ8егуег. 2005. № 2. С.67.

10. Legvold R. All the way. Crafting a US — Russia Alliance // The National Interest, Winter 2002/2003. P.21.

11. Алексеева А.А. Расширение НАТО на восток: региональные и глобальные ас­пекты [Электронный ресурс]. Дис… кан. пол. наук 23.00.04. СПб.: РГБ, 2006. С.37.

Written by admin

Март 7th, 2016 | 3:33 пп