Учебно-методический центр

по аттестации научно-педагогических работников ВУЗов



Главная | Философия | Обществоведение | Книги | Учебники | Методики | История | Религия | Цели и задачи

Утверждение о муже-женственном духе Софии

В контексте культурософии Соловьева андрогинность характеризует возможность единения противоположностей. Она маркирует способность Одного оборачиваться потенциально Другим, способность содержать в себе противоположное, но единое по сути. Андрогин иллюстрирует исихастский принцип принципиальной возможности обожения плоти и оплочения божест­венного. В этом процессе особую роль играет София — «женственная» Душа Мира, которая в своем собственном развитии содержит прообраз движения человека к состоянию андрогинности. В этом контексте «женское» и «муж­ское» не отождествляются с полом, представляют некие духовные начала-первопринципы до грехопадения, после которого эта полярность становится модусом человеческого существования. С.Н.Булгаков полагал, например, что олицетворением андрогинности, то есть сакральной текучести пола, его принципиальной неопределенности до начала истории, выступает Дева («женское, чреватое мужским») и Христос («мужское, чреватое женскими) [47;225-227,250,270, 43; 139,142].

У самого В.С.Соловьева неоднократно встречается утверждение о муже-женственном духе Софии. В самом же человеке как историческом, куль­турном деятеле софийность также содержится как муже-женственная форма. Синтетический, сакральный характер андрогинности делает понятным ее особую энергийность, исключительное значение для развития в мире процес­сов теургии.

В работах 90-х годов, прежде всего в «Смысле любви», В.С.Соловьев вплотную подходит к определению теургии (богоделания) в аспекте Вечной Женственности, которая определяется как «особое состояние». С одной сто­роны, в антропологическом смысле Вечная Женственность воплощается как андрогинность. С другой — в теологическом ракурсе она выступает как «мы с Богом», как мистическое единство тварного и божественного в душе челове­ка. Наконец, в аксиологическом контексте она являет собой Первообраз, Первоценность, Первоформу. Вечная Женственность коренится в сфере Ничто, но одновременно она существует как «вечный предмет и идеал Божьей люб­ви». Воплощая эту любовь через свои потенциальные смыслы, она творит из ничего, повторяя каждый раз таинство божественного сотворения, понятого как одухотворение. В результате Вечная Женственность воплощается в бес­конечном многообразии форм, оставаясь «живым духовным существом». По­этому в строгом смысле Вечная Женственность и определяет, согласно В.С.Соловьеву, процесс культурно-исторического бытия человека и челове­чества. Отношение к Вечной Женственности и плодам ее воплощения в тар­ные формы рассматривается философом как сложное мистическое пережива­ние, ярко аффективно и эмоционально окрашенное, вызывающее у человека

«восторженный экстаз», ощущение онтологической полноты существования, воспринимаемой как счастье.

Written by admin

Сентябрь 12th, 2011 | 12:28 пп